Паргелион
Шрифт:
— Три восемь шесть… откуда вы это знаете?
— Не твоё дело. Повтори код.
— Три, восемь, восемь, шесть, два, четыре, четырнадцать.
— Хорошо. Запомни его. Я запрещаю тебе делиться им с кем-либо. Даже с напарником, которого ты возьмешь.
Лиза угрюмо уставилась на него и спросила:
— Если вам так туда надо, почему не сходить самому?
И тут же ужаснулась себе.
Но Келер, к её удивлению, не разозлился, а, чуть подумав, ответил:
— Я не могу — не выдерживаю вибрации червоточин и не в силах находиться так близко от них.
«Надо же, и у всемогущего есть свои слабости», — подумала Лиза, но предпочла никак не комментировать слова собеседника.
— Когда вы войдете в здание,
— Лагмии?
— Сомнительно, но, возможно, попадётся кто-то поменьше. Итак, на минус втором этаже нужно найти секцию два, комнаты с третьей по восемнадцатую. Освещения там нет, потому рассчитайте батареи. Ваша цель — комната номер пятнадцать. Она, возможно, также закрыта кодом. Но он мне неизвестен, потому вам придется вскрыть дверь.
— А если не выйдет?
— Попробуйте. Когда войдёте, ищите стол или шкаф, в котором хранятся бумажные журналы с записями, ридеры, что угодно. Любые носители информации. Соберите всё, что найдёте. Вопросы?
— Сложно идти в такой ливень.
— Пойдёте в первый же день, как распогодится.
— А если в этот день будет моя очередь на обход?
— Не важно. Я решу этот вопрос.
— И мне не надо будет ничего объяснять Айвису?
— Нет. Это всё.
Магик протянул девочке листок бумаги со схемой.
— Помни — код нельзя раскрывать никому.
Выйдя из кабинета, Лиза принялась лихорадочно прокручивать в голове новую информацию. Идти придётся, это несомненно. Но кого ей взять с собой? Она быстро прикинула все за и против и приняла решение.
— Келер обязал меня идти в закрытые лаборатории, и ты должен пойти со мной, — выпалила она после того, как вошла в комнату без стука.
— Стучать не учили?
— А что, ты мог бы быть тут не один?
Тео сидел за столом и что-то рисовал в блокноте, который тут же быстро захлопнул.
Лиза, не спрашивая разрешения, уселась на небольшую табуретку рядом с ним.
— Пообещай, что пойдёшь со мной, — серьёзно сказала она. — Иначе я не смогу рассказать подробности. Он запретил.
— Почему не позовёшь Алиса?
— Ласточка неплохо дерётся и бегает, как бог, но иногда в трудный момент он даёт слабину. А ты — нет.
— Хорошо, — кивнул мальчик.
— Хорошо? — недоверчиво переспросила девочка.
— Ну да.
Лиза посмотрела на него — лицо бесстрастное, глаза смотрят холодно, но всё же по-дружески. Тонкие пальцы барабанят по столу. Может, он уже забыл причину возникшего между ними недопонимания и теперь можно просто быть друзьями, как прежде? Но взгляд, брошенный на неё украдкой, дал ей понять, что нет. Ну, не отказываться же из-за такой мелочи. А с этим можно разобраться позже. И она изложила Тео всё услышанное от Келера, скрыв только продиктованный им код.
— Покажи мне схему, — попросил Тео, когда она закончила. — Так… значит, здесь. Выглядит просто, но разве ты не думаешь, что наши недавние знакомые все ещё околачиваются где-то недалеко? Это будет та ещё встреча, если нас окажется только двое.
— Надеюсь, оставшиеся поджали хвосты и свалили оттуда. Мы же видели их вещи — там и взять-то нечего, это просто бродяги.
Лиза поёжилась, вспомнив овраг, в который они скинули тела, и как полыхало пламя. Айвис считал, что трупы лучше всего сжигать.
— Только мимо того места не пойдём.
— Почему ты не отказалась?
— А у меня был выбор?
Но выбор был. Только она не хотела показать свой страх, потому что страх означает слабость. А она бы скорей умерла, чем продемонстрировала это Келеру.
— Ты разве не понимаешь, к чему я? Аня и Лор.
— Я знаю.
Видя, что Тео сомневается, Лиза добавила:
— В награду Келер отдаст мне ридер. И обещаю, он будет наш общий.
Вышли через день. Дождь прекратился так же внезапно, как и начался, словно грозное божество, насылающее непогоду, решило, что с людей пока достаточно. Лучшая экипировка, которую только удалось достать, должна была увеличить их шансы. Лиза сдержала своё обещание — они никому не сказали о своих планах.
Дорогу сильно размыло, и лошади вязли в раскисшей грязи с угрозой подвернуть ноги. Но сияющее солнце, заставляющее скинуть верхнюю одежду, обещало высушить всё это за день.
Нет в мире орудия более универсального, чем солнечные лучи. Ими можно исцелять, а можно пронзать, они могут согреть, а могут сжечь всё до основания, оставить раны, которые долго не заживают на плоти земли. Это оружие, которым в нашем мире так долго пользовались те, кто прикрывался добром и причислял себя к воинам света. Но это было давно и кануло в Лету, так же как и бесчисленное множество других систем, и земля вобрала в себя память о них. Тео и Лиза, дети нового мира, не знали той, другой стороны. Потому им солнечный свет всегда приносил надежду, он ласково грел их в зимнюю стужу, согревал весенним теплом, и сейчас даже Тео, который никак не мог признаться подруге, насколько он считал опасным идти к башням, потому что ещё больше он не хотел, чтобы она сочла его бесхребетным трусом, улыбнулся сквозь тревогу, и напряжение ожидания последних двух дней ослабло. Тем более откажись он — она пошла бы сама или позвала Ласточку, которого он не считал надёжным спутником, в основном из-за того, что тот никогда и ничего не воспринимал всерьёз. Попади он в плен, где его бы угрожали изжарить на костре, он и тогда бы заржал и попросил, чтобы побольше перчиком посыпали, так как он любит острые ощущения.
Опасность этой затеи была очевидна — к прорицателю не ходи. И сейчас Тео не мог перестать прокручивать в голове, почему есть риск оттуда не вернуться. Во-первых, указание Келера никому не говорить о том, куда они направляются, само по себе лишало их возможной помощи, ведь если с ними что-то случится, никто даже не узнает, где их искать. Во-вторых, банда. Их человек десять-двенадцать сбежало, а это могли быть не все. А ну как они вернулись? И в-третьих, Аня и Лор. Риен брякнул, что они потащились в ту зону по заданию Келера. С чего он это взял? Либо — много знает о делах Келера, что вероятно, либо Аня, которая не раз была замечена в обществе Риена, проговорилась ему. Спрашивается, почему тогда выдающийся телекинетик не прогулялся к башням сам? Вопросы без ответа.
Лиза всю дорогу молчала: нужно быть начеку, и болтать некогда — так она заявила сразу, как только они оказались по ту сторону ворот. Правда, на самом деле говорить она не хотела потому, что опасалась, как бы Тео снова не завёл речи про чувства. Да, что-то у них было, да, тогда ей это тоже понравилось — момент близости, которого у неё не случалось раньше ни с кем. Но ей сейчас всё это не нужно. Лиза сдвинула шляпу, направила лошадь по тропинке в объезд грязевого месива, сняла перчатки — жарко — и засунула их в карман. Да, не нужно, потому что сейчас ей бы хотелось сосредоточиться на проблемах поважней. И на занятиях. Ей было уже семнадцать. Да, выглядела она на пару лет младше, но это не меняло дела. Как говорила Гесса, сейчас наступает переломный возраст, и чего удастся достичь в раскрытии своих способностей, с тем и придётся жить до следующего цикла. А он, как утверждала наставница, начнётся только в тридцать два — тридцать пять лет. Потому что сила, по словам Гессы, набирается по принципу витков спирали. Всё, чего она, Лиза, достигнет сейчас, будет с ней до тридцати двух, а там и старость скоро. Хотя, может, и нет. Гесса вот вовсе не выглядит старой, хотя ей уже сто семь.