Пара Нага

Роуз Аллегра

Что самое примечательное, так это то, как она обходит протоколы безопасности. Она с отработанной точностью избегает углов обзора камер, рассчитывает время своих перемещений между сканированиями датчиков, использует растительные массивы для нарушения теплового обнаружения. Эта омега не случайно наткнулась на запретные зоны — она систематически использовала эти уязвимости, возможно, годами, оставаясь незамеченной.

Такой интеллект заслуживает признания. Такие специализированные знания достойны сохранения.

Когда она замирает возле редкого варианта голубой орхидеи — одного

из наших самых тщательно охраняемых образцов — ее движения становятся все более выверенными. Она извлекает образцы с клинической эффективностью, отмеряя точные порции перед тем, как спрятать их в специальные контейнеры. Ее цель мгновенно выкристаллизовывается: сбор ключевых компонентов для синтеза подавителей. Использование наших ботанических сокровищ вопреки их прямому назначению, чтобы скрыть свое истинное предназначение.

Этот проступок заслуживает суровых последствий. Изобретательность требует признания.

Мое решение формируется с хищной ясностью. Эту омегу не будут оформлять по обычным каналам. Не отправят в центр разведения, где ее интеллектуальный потенциал был бы растрачен впустую, пока ее репродуктивная функция служила бы своей цели. Нет — это редкое слияние биологии омеги и научной проницательности должно находиться под особым контролем.

Под моим.

Я наблюдаю, как она завершает сбор, отмечая растущие трудности с поддержанием физической стабильности. Очередная волна симптомов течки, сильнее предыдущих проявлений. Подавители разрушаются быстрее, чем предполагали ее расчеты. Вскоре ее биохимическая сигнатура станет безошибочно узнаваемой для любого нага поблизости, а не только для того, кто, как я, прошел специальную подготовку в молекулярном обнаружении.

Она начинает отступление по тщательно спланированному маршруту, все еще не подозревая о моем присутствии, отслеживающем каждое ее движение. Каждый шаг раскрывает все более глубокое понимание работы комплекса — использование технических коридоров, предвидение смен караула, эксплуатация схем вентиляции для минимизации рассеивания запаха.

Эта незарегистрированная омега выстроила сложную систему выживания на нашей территории. Впечатляюще. В конечном счете тщетно, но тем не менее впечатляюще.

Я сохраняю оптимальную дистанцию для охоты, позволяя иллюзии побега длиться, пока анализирую ее методы. Лучше осознать ее полные возможности до того, как инициировать присвоение. Знания, которые окажутся полезными, когда она будет служить под моим непосредственным началом.

Мой язык высовывается еще раз, улавливая внезапный сдвиг в ее биохимическом профиле. Теперь подавители отказывают гораздо быстрее, естественные реакции омеги ее тела ускоряются в непосредственной близости от феромонов альфы, даже если она их не воспринимает сознательно. Биологические императивы утверждают доминирование над химическим вмешательством. Естественный замысел подавляет научное вмешательство, как и диктует эволюционный закон.

Идеальный момент. К тому времени, как я завершу ее присвоение, она войдет в полную течку — отзывчивая, несмотря на любое ментальное сопротивление, которое она попытается оказать. Ее физиология признает то, что сознание

все еще отвергает, принимая мое доминирование так, как задумано природой.

Сквозь густую растительность я наблюдаю, как она медлит на перекрестке, проверяя позиции охраны. Ее рука инстинктивно поднимается к горлу — характерный жест омеги, когда симптомы течки усиливаются. Борьба инстинкта с сознательным контролем. Движение подтверждает мою оценку: отказ подавителя приближается к критическому порогу. Вскоре никакой химический барьер не отделит ее истинную природу от моих прав.

Я позволяю ей продвинуться еще на пятьдесят метров, выслеживая с хищным терпением. Пусть еще мгновение верит, что побег возможен. Итог охоты остается неизбежным, но эти финальные наблюдения дают ценную информацию о ее методах.

Мое решение крепнет. Эту омегу не отправят в центр разведения. Ее опыт работы с ботаническими соединениями в сочетании с явным интеллектом делает ее слишком ценной для стандартных репродуктивных задач. Я присвою ее сам — сохраню ее исследовательские возможности под своим непосредственным контролем, одновременно гарантируя, что ее биология омеги выполнит свою эволюционную цель.

Оптимальное решение. Выгодное для научных целей Змеиного Доминиона. Удовлетворяющее мои личные интересы.

Я готовлюсь к броску; мышцы сжимаются с контролируемой силой. Эта охота завершается сейчас, на моих условиях. Незарегистрированная омега продемонстрировала достаточную компетентность, чтобы подтвердить свою ценность. Пора заявить права на то, что по закону Завоевания уже принадлежит мне.

Пора познакомить доктора Лайру Уилсон с ее подлинной природой и ее новой реальностью.

Глава 3

ПОЙМАННАЯ В КОЛЬЦА

Что-то не так. Ужасно, катастрофически не так.

Жар вспыхивает на моей коже, как лесной пожар — ощущение настолько чуждое после многих лет химического подавления, что оно на мгновение парализует мои мысли. Мои тщательные расчеты, мои точные формулы — рассыпаются в прах в одно мгновение. Подавители не должны разрушаться так быстро.

— Пыльца, — шепчу я; озарение приходит, пока я осматриваю экспериментальную зону вокруг себя.

Ну конечно. Модифицированные варианты Nymphaea lumina, выращиваемые для улучшенного перекрестного опыления. Их специализированная пыльца, спроектированная для нейтрализации химических барьеров между видами — очевидно, включая и те барьеры, которые я скрупулезно выстроила в своей собственной биохимии.

Очередная волна жара прокатывается по мне, на этот раз достаточно мощная, чтобы ноги угрожающе подогнулись. Я хватаюсь за ближайший рабочий стол; пальцы белеют на полированной стали. Лихорадочное тепло, расходящееся по моему телу, ощущается как воплощенное предательство. Пять лет точных химических манипуляций с моей собственной биологией распутываются по швам только потому, что я выбрала не тот вечер для сбора образцов.