Пара Нага
Шрифт:
Устрашающий страж комплекса, проводящий внеплановый пред-инспекционный обход. Именно в ту ночь, когда мне нужен доступ к закрытым образцам.
Моя рука инстинктивно прижимается к животу, где очередная волна покалывания сигнализирует об ускоряющемся предательстве моего тела. Если мой подавитель полностью откажет в его присутствии, с его-то обостренными хемосенсорными способностями…
Я на миг закрываю глаза, сжимая панику в тугой, контролируемый узел. Я выживала пять лет, обводя вокруг пальца их системы, понимая науку о запахах и биологии лучше, чем мои тюремщики. Я не провалюсь сейчас.
Секция G находится менее чем в тридцати метрах. Нужная мне Ophidia sedativa
Передо мной выбор: отступить в относительную безопасность и столкнуться с последствиями отказа подавителя, или продвигаться вперед и рискнуть быть немедленно обнаруженной самым опасным хищником в комплексе.
На самом деле, выбора вообще нет.
Я делаю глубокий вдох, убеждаюсь, что нейтрализатор запаха всё еще активен, и начинаю движение — бесшумная, как сумерки, отчаянная так, как может быть отчаянна только загнанная добыча.
Глава 2
ЗАПАХ В ВОЗДУХЕ. ПОВ: НЕЗЗАР
Оранжерея вокруг меня пульсирует жизненной силой, ее атмосфера густа от влаги, откалиброванной точно под физиологию нагов. Я пробираюсь сквозь пышную растительность с привычной бесшумностью, моя змеиная нижняя половина струится по полированным каменным дорожкам, как жидкая тень. Сотрудники службы безопасности вытягиваются по стойке смирно при моем приближении, их чешуя ловит неземное свечение биолюминесцентной флоры, освещающей наши владения. Они хранят почтительное молчание, хорошо обученные надлежащим протоколам. Прошло пять лет со времен Завоевания, и моя наработанная репутация гарантирует, что инспекции проходят без тривиальных прерываний.
Эта предварительная оценка задумывалась как простая формальность. Старейшина Зайлем прибывает завтра со своим контингентом специалистов, и главный исследовательский центр Новой Офидии должен быть безупречен. Сельскохозяйственный Исследовательский Комплекс стоит как свидетельство превосходства нагов, объединяя человеческий ботанический опыт с нашим тонким пониманием химических соединений. Образец интеграции, который другим территориям Змеиного Доминиона было бы разумно скопировать.
Мои мускулистые кольца меняют положение, пока я изучаю журналы безопасности на станции наблюдения. Все выглядит упорядоченным, как и ожидается от объекта под моим командованием. Нижняя часть моего тела едва заметно сокращается — бессознательная перекалибровка мускулатуры, наблюдение за которой смущает людей. Их дискомфорт доставляет мне тихое удовольствие, хотя я сохраняю бесстрастное выражение лица, подобающее моему рангу.
Я собираюсь продолжить свой инспекционный обход, когда что-то привлекает мое внимание. Возмущение в составе атмосферы, настолько слабое, что на мгновение я сомневаюсь в своем сенсорном восприятии.
Мой раздвоенный язык инстинктивно высовывается — пробуя насыщенный влагой воздух, протягивая микроскопические частицы по специализированным хеморецепторам. Информация затапливает мои нейронные пути с первобытной ясностью.
Омега.
Сигнатура специфическая — искусственно приглушенная, химически замаскированная, но безошибочно узнаваемая. Приближающаяся течка. Фертильность и биологическое обещание, закодированные в молекулярных маркерах, которые запускают наследственные охотничьи рефлексы.
— Доложите, — приказываю я ближайшему охраннику; мой голос сохраняет размеренный ритм, несмотря на повышенную бдительность, курсирующую по моей системе. — У какой омеги есть допуск в Секцию G сегодня ночью?
Замешательство охранника кажется искренним.
— Ни у какой, командор. Ни у одной омеги нет допуска в закрытые секции.
Именно так, как я и подозревал. Я снова пробую воздух на вкус, отделяя сигнатуру омеги от ботанической симфонии химических соединений. Запах несет в себе отличительные маркеры: самка, без пары, приближающийся цикл фертильности. Но под ними скрывается нечто беспрецедентное. Химические подавители, достаточно сложные, чтобы почти скрыть ее биологическое предназначение. Почти, но не полностью.
— Продолжайте стандартное патрулирование, — инструктирую я охранника. — Я лично расследую потенциальное нарушение безопасности.
Мое тело переходит в режим охоты, преследуя неуловимый след запаха вглубь Секции G. В этом конкретном квадранте хранятся наши самые ценные ботанические образцы — редкая флора со свойствами, необходимыми для медицинского применения, формул улучшения размножения и механизмов территориальной защиты. Доступ остается строго ограниченным, протоколы безопасности разработаны под моим непосредственным руководством.
И все же кто-то проник сквозь них. Не просто кто-то — незарегистрированная омега.
Мой язык снова пробует воздух, нанося на карту передвижения моей добычи. Быстрое, методичное продвижение. Не случайное блуждание, а целенаправленное перемещение кого-то с четкими задачами. Эта омега знает комплекс досконально. Не внешний нарушитель, а кто-то, кто скрывает свою истинную природу внутри нашей устоявшейся иерархии.
Интригующе. И потенциально ценно.
Я иду по молекулярному следу сквозь лабиринт дорожек; моя мощная фигура скользит между возвышающимися образцами с хищной бесшумностью. Повышенная влажность усиливает сигнатуру омеги, несмотря на химическую маскировку. Каждая проба приносит более четкую ясность — безошибочная сладость приближающейся фертильности, уникальный биохимический профиль конкретной особи, искусственные соединения, пытающиеся подавить биологические императивы.
Незаконные подавители. Серьезное нарушение закона Завоевания. Такое, которое обычно приводит к немедленному переводу в центры разведения.
Сквозь просвет в густо модифицированных папоротниках я замечаю свою добычу — стройную фигуру, двигающуюся с неожиданной компетентностью среди токсичных образцов. Ее движения демонстрируют научную точность наряду с растущей нестабильностью того, кто борется с нарастающими симптомами течки. Медно-рыжие пряди выбиваются из-под темной шапочки, черты лица частично скрыты, в то время как язык тела выдает тренированный интеллект.
Значит, не обычная омега. Кто-то со специализированными знаниями.
Я маневрирую по периферийным маршрутам, используя сложную архитектурную планировку, чтобы наблюдать с нескольких выгодных точек, не выдавая своего присутствия. Я мог бы немедленно прекратить эту охоту, но ее методичный сбор образцов завораживает меня. Она собирает урожай с явным опытом, обращаясь с токсичными вариантами, которые оказались бы смертельными через несколько мгновений после неправильного контакта. Ее руки двигаются с научной уверенностью, несмотря на уловимую мной легкую дрожь — ранние симптомы течки пробиваются сквозь химическое подавление.