Папочка-Горец
Шрифт:
— Нет, пожалуйста…
— Да, — твердо сказал я. — Начинай говорить, малышка. Ты можешь начать с признания. Скажи: «Я маленькая озорная дразнилка, которая надевает гольфы, чтобы привлечь внимание Папочки».
Она повторила это в ответ, постанывая и запинаясь на словах, в то время как ее щеки стали ярко-красными.
— Ну вот, теперь ты привлекла мое внимание, — ответил я, наклоняясь вперед, чтобы пососать ее шею. Я передвинул ее у себя на коленях, погружая свой член глубже в её жар. — Я уделю тебе
Она захныкала, изо всех сил пытаясь пошевелить бедрами.
Я крепко держал ее.
— Продолжай говорить, милая. Расскажи мне, каково чувствовать Папочкин член в этой тугой киске.
Она говорила тихим, дрожащим голосом, опустив ресницы.
— Она полна. Как будто ты прикасаешься к каждой частичке меня
— Что еще? — спросил я, поглаживая её сосок.
— Твердый и горячий... и большой. — Элли подняла взгляд, ее глаза блестели от вожделения. — Ты такой большой внутри меня, Папочка.
Я зарычал… просто зарычал, как чертов зверь.
— И ты хочешь кончить на Папочкин член?
— Очень сильно, — ответила она. — Пожалуйста, Папочка, позволь мне кончить.
Я отпустил ее и откинулся назад.
— Тогда объезди меня, малышка. Скачи на Папином члене, пока не кончишь.
Алисия задвигалась еще до того, как я закончил фразу, её ладони лежали на моих плечах, а бедра двигались вдоль моего ствола. Она прикусила нижнюю губу, ее конский хвостик покачивался назад-вперед, когда она двигалась вверх-вниз.
— Только послушай, — пробормотал я, опуская взгляд на ее блестящие складочки. — Это самая влажная киска, которую я когда-либо слышал.
Элли густо покраснела, но продолжала двигаться, впиваясь кончиками пальцев в мои мышцы.
На минуту я отпустил её, и волны удовольствия прокатились по моему телу. Затем я выпрямился и начал толкаться, заставляя её двигаться вверх и вниз.
Она задохнулась, ее внутренние мышцы сильно сжались.
— Тебе это нравится, не так ли, малышка? Тебе нравится скакать на Папочкином члене.
— Да!
— У тебя маленькая нуждающаяся киска, не так ли?
— Да. Боже, да.
Я шлепнул ее по заднице.
— Как ты меня называешь?
— П-папочка! Да, Папочка!
Я схватил ее за бедра и стал раскачивать сильнее, насаживая на свой член снова и снова. По моей коже побежали мурашки, а затылок загорелся.
— Хорошая девочка, малышка. Прижми свою покрытую волдырями попку к папиным коленям. — Я обнял ее и сжал распухшую ягодицу.
Алисия вскрикнула и впилась пальцами мне в плечи.
Я задвигался быстрее, заставляя её двигаться так сильно и быстро, что у неё клацнули зубы. Она подалась вперед, насаживаясь бедрами на мой член, сосредоточенно сдвинув брови и удерживая мой взгляд.
Я толкался сильнее и быстрее, задавая жестокий, пронзительный
— Вот так, малышка, — выдохнул я. — Кончи для Папочки, — я просунул руку ей между ног и потер скользкий клитор.
Элли взлетела как ракета, запрокинув голову в беззвучном крике, когда ее киска сжалась вокруг моего члена.
Оргазм пронесся по мне, как лесной пожар, а затем я извергся в презерватив, мое освобождение лилось нескончаемым потоком, а мой крик эхом разносился по комнате. В ушах у меня звенело, и я смутно осознавал, что слишком сильно сжимаю её бедра. Но мне пришлось за что-то уцепиться, когда я потерял контроль.
Алисия рухнула на меня, её горячее дыхание обдавало мою шею, в то время как ее киска продолжала содрогаться и сжиматься.
Я рухнул вместе с ней, откинув голову на спинку дивана, и открытым ртом хватал ртом воздух.
Ее тело укрыло меня, как теплое одеяло. Пока я тяжело дышал, а сердце готово было выскочить из груди, мне пришло в голову, что я должен позволить ему вырваться из моей груди, чтобы я мог передать его Элли.
Потому что теперь оно принадлежало ей. Я принадлежал ей телом и душой.
Глава 9
Элли
Должно быть, я потеряла сознание после секса, потому что проснулась в постели Флинна, его рука лежала на моем бедре, а в окна лился солнечный свет. Я повернулась в его объятиях и обнаружила, что он смотрит на меня.
— Доброе утро, — пробормотал он. — Ты хорошо себя чувствуешь?
Воспоминания нахлынули на меня, и мои щеки вспыхнули. Я не потеряла сознания, но была слишком не в себе, чтобы ходить. У меня осталось смутное воспоминание о том, как он укладывал меня в постель, а затем вернулся через несколько минут и провел теплым полотенцем у меня между ног.
Я прочистил горло.
— Да. У меня все хорошо.
Он нежно провел ладонью по моей заднице.
— Болит? Прости, если я был слишком груб.
— Мне понравилось. — На самом деле, я это обожаю. Я все еще слышала его низкий хриплый голос, от его развратных слов я стала такой влажной, что подумала, что могу соскользнуть с его колен.
Его голубые глаза потеплели.
— Мне тоже.
— Думаешь, это неправильно? — внезапно спросила я.
— Неправильно?
Моё лицо вспыхнуло, но я продолжала настаивать.
— Порка и... другие вещи. Мне это нравится.
Флинн приподнялся на локте, его волосы были восхитительно взъерошены, а борода отливала румянцем в утреннем свете.