Ожидание
Шрифт:
— И не накажу её! — подняв удивленно брови, повторила Ника.
— Гера! Гера! Иди сюда, всё в порядке! — закричал мальчик, оборачиваясь назад.
И то, что увидела Ника, до того потрясло её, что, ухватившись крепко за калитку, она сначала стояла, изумленно раскрыв широко глаза, а затем нервно хихикнула раз — дру-гой, и тут-же дикий смех стал сотрясать всё её тело.
Мальчик, удивленно смотревший на неё, перевёл взгляд на то существо, которое он назвал Герой, и также разразился громким смехом, а следом за ним и сама виновница стала смеяться тоненьким переливчатым смехом.
— Господи, я живот от смеха
— Мама, мама это же я, твоя Гера! — подскочившее к женщине грязное маленькое су-щество заверещало тонким голосом, умоляюще складывая перед собой грязные ладони.
Ника, всё так же вытирая с глаз слёзы, выступившие от смеха, обратилась к мальчику:
— Ладно! По голосу узнаю свою дочь. Но ты объясни мне мальчик, как и где, в какой лу-же могла так вываляться эта девчонка?
— Я шёл из школы, и увидел, как Гера дралась с мальчишками, вернее они сначала её дразнили…
— Да! Герой- Мегерой они меня обзывали! — плаксиво затянула девочка.
— А потом, они толкнули её в грязь, и она упала с одним из них прямо в середину лужи.
— Будет знать, как лезть ко мне! — хвастливо заявила Гера, перебивая мальчика, но Ни-ка, строго глянула в её сторону и девочка умолкла, виновато опустив лицо, щедро выма-занное жирной черной грязью.
— Ну ладно, большое спасибо тебе мальчик!
— Меня звать Сашей! — ответил тот, поднимая свой портфель.
— Спасибо тебе Саша! Гера, скажи и ты спасибо Саше, что привел тебя домой…
— Пожалуйста! — буркнула девочка, и демонстративно отвернувшись, носком туфли при-нялась соскребать грязь со своего портфеля, лежащего на земле.
Саша серьезно глянул на Нику и сказал:
— Можно, я буду заходить за Герой утром, а в обед приводить её из школы!
— Можно! — улыбнулась Ника, но Гера, высунув язык, показала его Саше, и помчалась домой, оставляя на чистом асфальте двора свои грязные следы.
— Ты не обиделся на мою дочь? — улыбнулась Ника.
— Нет! — покачал головой мальчик, и тоже улыбнулся:- Она у вас очень забавная и смелая!
Ника внимательно посмотрела на мальчика, и тихо сказав " До свидания!", удивлен-ная и задумчивая пошла в дом. Но, войдя на кухню, она увидела свою дочь, сидящую за столом. Обхватив грязными, немытыми руками пирожок, она с жадностью поглощала его.
— О, Гера! Поистине ты забавна! — простонала Ника, отбирая у дочери пирожок, и, бро-сая его в кастрюльку, где варилась каша для собак.
— Идём в ванную, чудо моё!
А через полчаса, отмытая, благоухающая мылом дочь, сидела на кухне и уплетала борщ с пирожками, рассказывая весело о том, как лихо она дралась с мальчишками из стар-шего, 3-го "Б" класса.
— И тебе не стыдно драться? Ты же девочка! — спрашивала Ника.
Но Гера, возмущенно посмотрев на мать, воскликнула:
— А если бы тебя обижали? Ты что, дала бы сдачи, или побежала плакаться учительнице?
Ника, хитро глянув на дочь, помолчала, а затем, покачав головой, одобрительно хлопну-ла себя по коленке.
— Конечно, дала бы сдачи, и ещё как!
Она весело рассмеялась, и ей вторил тонкий девичий голосок.
Теперь Ника была спокойна. Помощь, предложенная этим светловолосым серьезным мальчиком, была как нельзя кстати. Отправив
Толик подозрительно отнёсся к такой услуге со стороны мальчика, но Ника, посмеявшись над мужем, сказала:
— Неужели ты думаешь, что между мальчиком и девочкой не может быть чистой и прос-той дружбы.
— Что-то я не встречал такую дружбу на своём веку. — мрачно обронил Анатолий и опять уставился в телевизор, где шёл очередной детектив из серии Пуаро, Агаты Кристи.
— А я… — начала было Ника, но вдруг словно запнувшись, замолчала, и, резко подняв-шись с кресла, вышла из зала.
Ей лучше не вспоминать о том времени. Забыть, или просто вычеркнуть эти годы из своей памяти. Забыть, и не вспоминать!
Но этот серьёзный мальчик Саша напоминает ей о той, другой дружбе… Он так похож на другого мальчика своей рассудительностью, у него такой же серьезный, вдумчивый взгляд больших карих глаз, совсем взрослая заботливость, терпение и даже снисхо-дительность по отношению к маленькой девочке. Всё это так знакомо и понятно. Имен-но таким был её Володя. Друг, товарищ, любимый…
Но стоп! Разве она думала о нём? Нет! Её думы теперь должны касаться её детей, и их друзей. И может быть прав Анатолий, что подвергает всё скептическому анализу. Хотя…
Саша, неплохой мальчик, очень воспитанный, не в пример её дочери, которая полна эмо-ций больше, чем разума. Ну, вот и договорилась! Разве её дочь неумна? Судя по успехам в школе, она очень смышленая девочка, а энергия у неё от матери. И разве Ника вправе требовать от неё спокойствия и воспитанности, граничащей с врожденной интеллигент-ностью. Нет, они простые люди, а вот у Саши родители именно интеллигенты, это видно невооруженным глазом. Майер — очень знаменитая фамилия в их городе. Мать Саши, детский врач из областной больницы, а отец хирург- диагностик. Никогда бы Ника не по-думала, что в соседях у неё будет знаменитый хирург, а её дочь будет дружить с его сы-ном. Их большой красивый дом расположился неподалеку, почти напротив, но Ника, от-чего- то до сих пор не умудрилась познакомиться с этой знаменитой семьей, вернее со своими знаменитыми соседями. Может ее, останавливает некоторая заносчивость жены хирурга, красивой дородной блондинки, которая проходит иной раз мимо, гордо подняв голову. Тогда у Ники пропадает всякое желание сказать первой этой женщине обычное "Здравствуйте!". Ей словно что-то пережимает горло, и, наоборот, в свою очередь гордо вскинув голову, она спешит пройти в свою калитку. Соседка баба Галя, напротив, ут-верждает, что "более простых и добропорядочных людей на найти на этом свете". А высо- комерность- это оттого, что люди сами преклоняются перед ними. А как-же не преклонять-ся перед "золотыми" руками и "умной" головой.
— Да и никакие они не высокомерные, а просто знающие себе цену! — добавляла старуш-ка, сердито поглядывая на Нику.
Баба Галя иной раз заглядывает к Нике на "огонёк", по соседству. Жила она здесь, на этой улице уже давно, знала подноготную многих семей и дворов, поэтому Ника вскоре узнала много чего интересного о некоторых соседях. Анатолия раздражали эти, как он го-ворил, "перемывания косточек". Не один раз он выговаривал Нике своё недовольство странной дружбы старушки соседки и молодой женщины.