Отреченный

Нечаев Евгений Алексеевич

– Простите повелитель, мне надо было…

– Помолчи, – попросил я, вслушиваясь в свое тело. Отрешенное сознание, мышцу за мышцей, кость за костью, просматривало тело.

– Ничего. Только шкуру попортили, – облегченно вздохнул я пытаясь подняться. Суккуб мгновенно подставила услужливое плечо.

– Что со стражей?

– Мертва, повелитель. У меня не было другого выхода…

– Я понимаю. Как вижу, целебное снадобье у тебя есть. В соседней камере гном, пригодиться. Если мне не отшибло память мой меч Валиал прихватил

с собой.

Суккуб почтительно внимала моим мыслям вслух.

Когда мы вышли из камеры, первое что я увидел, были стены забрызганные кровью и мозгами. Суккубы всегда убивают жестоко, и моя спутница не исключение. Она попросту разбила головы палачей и стражей о стены, как орехи.

– Кстати, о птичках… – опять вспомнилась поговорка одного понравившегося мне мира. – Как тебя зовут?

– Акеретани, мой повелитель, – поклонилась суккуб.

Я отодвинул засов и вошел в камеру гнома.

Тарн лежал возле самого порога, наверно его втолкнули, он и упал. Я склонился над своим спутником. Аккуратно повернув голову гнома, посмотрел ему в рот.

– Язык на месте, остальное подлечим, – облегченно вздохнул я.

– Что повелитель?

– Язык говорю, на месте. Помоги! – вдвоем мы вынесли гнома, и принялись натирать его массивное тело целебной мазью. – Если гном чувствует, что не выдержит пыток, он откусывает себе язык.

Несмотря на наши старания Тарн упорно отказывался приходить в сознание.

– Ладно, – я стряхнул пыль с остатков штанов. – Сможешь его поднять?

– А вы повелитель?

– Найду метлу подходящую, – отмахнулся я.

Ненавижу пользоваться магией. И на то есть веские причины. Каждое заклинание все более сталкивает меня в подреальность. Настанет день, когда я не смогу уже балансировать на бритвенном лезвии Равновесия. И тогда или Тьма, или Свет, получат нового слугу.

Суккуб уже проявила свои, скрытые магией, крылья. Доспехи покоятся на пыльном полу. Не смотря на сутки в пыточной и осознания того, кто стоит рядом, я с трудом отвел взгляд. Это стройное тело, с высокой грудью, немыслимо крутыми бедрами, манило и звало к себе.

– Акеретани, ты кое-что забыла, – хриплым голосом напомнил я.

– Простите повелитель, – вновь поклонилась демонша. Через миг очарование пропало, и предо мной стояла просто очень красивая девушка. Ну слишком красивая, да еще с широкими кожистыми крыльями за спиной.

Без особых приключений мы прошли весь путь от подвала, до крыши дозорной башни. Кое-где встречались едва заметные потеки бурого цвета, но более явных признаков того, что в башне побывала суккуб, не было. Как это не удивительно, но моя помощница обладает еще мозгами, что прекрасное дополнение к убийственной фигуре и красивой мордашке.

На крыше башни я тихо посмеялся, увидев трупы, изображающие несущих стражу солдат. Акеретани расправила крылья, и взлетела в ночное небо. Я бросил перед собой

двуручный меч одного из стражников. Оружие плашмя упало на камни, но через мгновение поднялось в воздух.

Все-таки кое-что успело вернуться. Сто крат легче заставить левитировать простой предмет, чем свое тело.

Я запрыгнул на висящий в полуметре от земли меч. Во многих мирах любят скользить по волнам на деревянных досках. Но об таком способе им только и мечтать. Меч рванул вперед и вверх так, что заложило уши.

Заложив несколько лихих виражей, я поравнялся с демоншей.

– Летим до вон тех деревьев, – указал я место, где начинался подземный ход в развалины того, что вчера было городом Верем.

Двое летунов, меч и суккуб, понесли своих наездников сквозь тьму ночи.

У потайного входа расположились Иллиал, Сельтейра и, я раздраженно сплюнул, замороженный Вампир.

– Поговорить с киской не мог? – спросил я мага, соскакивая с летающего меча.

– Я не владею магией Тварей, – как прежде, спокойно, ответил мне Иллиал.

– Разморозь, – попросил я мага, роясь в тайнике. О-о, какое удовольствие, просто надеть чистые штаны.

Свежеразмороженный Вампир прижался к моей ноге и зарычал.

– Ну-у, успокойся, – потрепал я лаугара за уши с кисточками, рычание сменилось довольным мурлыканьем.

Как оказалось костер, и ужин были уже готовы. Иллиал погрузил гнома в целительный сон, и пообещал, что тот утром проснется, как новый. Вчетвером мы сели за подстреленного и поджаренного Сельтейрой кабанчика.

Маг рассказал мне, о том, что они с драконицей строили планы, как вернуться в город через подземный ход и вытащить…

– Хотя бы гнома, – прервал я рассказ, желая сбить маску холодности с Иллиала. Тщетно.

Потом мы принялись ужинать невинно убиенным парнокопытным.

– Акеретани, ты вроде упоминала о летающем городе, – вновь завел я разговор, закусывая слова хорошим куском окорока.

– Да повелитель, – откликнулась суккуб. Ела она мало, да и то не лучшие куски. – Вести пришли о летающем городе праведников. Один раз я оказалась поблизости, и хотя город не видела, но почувствовала Свет, словно там был один из Хранителей.

– Архангел? – уточнил я.

– Не уверенна повелитель, – Акеретани говорила медленно, словно растягивая слова. – Я почувствовала Силу хранителя, но Свет словно был ненастоящим. Я не знаю.

– Таким? – я сотворил заклинание.

– Да повелитель. Я не точно помню, но очень, похоже.

Я постучал пальцами по рукояти меча. Теперь все сходилось. Гекатомбы детских жертв и собираемая кровь.

– Что бы поднять в воздух целый город, нужна огромная сила, – опередил я вопрос Иллиала. – Валиал получает ее от жертв в свою честь. Он ведь падший архангел Света, и Акеретани почувствовала Свет сквозь Тьму. Только вот зачем ему летающий город?