Отражение
Шрифт:
В третьей лаборатории Вере Семеновне молодой, но строгий лаборант выдал ей под роспись чемоданчик, выполненный из легкого неизвестного сплава. По середине чемодана-кейса красовались большие вдавленные в корпус цифры - "808". Вера без труда в присутствии лаборанта открыла чемодан. На мягких прямоугольных платформах, выполненных скорее всего из мягкого поролона были закреплены двенадцать шаров серого цвета. Видно было, как внутри за полупрозрачными поверхностями шаров двигалось темная воздушная субстанция. Все это напоминало детские декоративные шары с елочными сюжетами внутри и с кружащимися снежинками заключенными
Вера пересчитала шары и закрыла металлический чемоданчик. Затем она выставила из шести крутящихся цифр на чемодане дату своего рождения и расписалась в журнале лаборанта о приеме световых карточек в количестве двенадцати штук.
5
Машина уже около двух часов ехала по грунтовой дорогой. Пейзаж за окном сменился с редких кустарников на густой лес, вместе с дорогой уходящий вглубь сопок. Вера, всегда любившая сидеть на заднем сидении, все-таки после объяснений Ильи села на переднее пассажирское сидение, туго пристегнувшись ремнем безопасности. На плохой дороге все, что находилось на заднем сидении и в багажнике подбрасывало и шевелилось словно живая биомасса за спинами путешественников.
Илья по заверению координатора держал скорость около пятидесяти пяти километров в час. Напряжение от вождения по неизвестной лесной дороге давало о себе знать. Вера это понимала и старалась не отвлекать Илью от дороги. Лишь один раз, когда они выехали из города, она предложила ему попить заваренный чай из термоса. Но поняв, что это будет невозможно сделать на вечно подпрыгивающем автомобиле, не стала его уговаривать. Ей даже стало немного жаль Илью, что он в отличии от нее терпит определенные лишения и весь сконцентрирован на движении машины.
На всем протяжении пути, пейзаж был один и тот же. Вернее сказать, его вообще не было. Густой лес, вплотную прижался к извилистой дороге, а возвышающиеся сопки вскоре вообще стали закрывать солнечный свет. Постоянное биение веток о кузов автомобиля начинал раздражать, но поделать ничего нельзя было. Начинал моросить небольшой дождь. Дорога становилась мокрой и на резких поворотах внедорожник резко швыряло в сторону. От этого Илья делал резкие движения рулем в противоположную сторону от заноса и тихо почти не слышно посылал проклятья в пустоту.
И он и Вера Семеновна все дорогу были поглощены в свои и только свои мысли. Почти не разговаривая они обменивались короткими фразами и знаками. По определенному взгляду с кивком Ильи, она разворачивала карту прямо у себя на коленях и показывала примерное местонахождение автомобиля в пути. Илья короткими взглядами на измятую карту определял, во-первых, оставшееся время в пути, во-вторых понимал предстоящие резкие повороты и спуски с подъемами на самой дороге.
Ниссан Сафари показывал на уже мокрой дороге настоящие чудеса. Илья даже где-то в глубине поблагодарил рукастого автослесаря, как никогда подготовившего машину к тяжелому путешествию.
Жаль, что к концу пути, ходовая часть придет в негодность и все труды мужика из того гаража обнулятся. Надеюсь, что на обратный путь в Добролюбове найдется
Вера Семеновна смотрела в окно машины, пытаясь хоть как-то разнообразить свое созерцание скучного лесного пейзажа. Сквозь листву и хвою плотно прижатых к дороге деревьев практически ничего не было видеть. Но ожидание увидеть хотя бы подобие лесного дикого зверя не покидало Веру Семеновну. Мысли уносили ее обратно в родной город, университет, где она преподавала и провела там полжизни, с радостями и горестями. Она думала о том, что с ней будет и как она изменится, вернувшись с Добролюбова. И сможет ли она дальше спокойно жить и ходить на работу после того как побывает в самом закрытом от людей месте, в недрах тайги, в месте о котором никто не знает, но хранящем свой секрет.
Обеденное время прошло незаметно. Вера почувствовало, что от голода и постоянной автомобильной встряски у нее начинает давить боль в висках головы. "Неужели так и начинается укачивание от болтанки с пустым желудком?" - Думала она и в ее сознание начинало проникать скрытое беспокойство. Она понимала, что в таком ухудшающемся состоянии она протянет от силы еще пару часов. Затем в любом случае начнется рвотная реакция.
Она бегло взглянула на невозмутимое и сосредоточенное лицо Ильи. Несколько раз она была почти готова предложить Илье сделать короткую остановку, чтобы перекусить. Но наказы координатора она помнила не хуже своего напарника. Поэтому каждый раз, отказывала себе в этом желании.
Впереди на дороге показалась маленькая точка, увеличивающаяся с каждым разом при быстром движении внедорожника. Вначале Илья подумал, что ему показалось. Сквозь морось дождя и постоянно потеющее лобовое стекло было трудно что-то разобрать в ста, ста двадцати метрах на испещренной лужами дороге.
Только бы это был не камень. Тогда что? Остановка?
Предмет на узкой дороге все увеличивался и увеличивался. Когда до него оставалось не больше пятидесяти метров он услышал громкий крик в машине, который вывел его из полусонного равновесного состояния многочасовой дороги.
– Стой! Останови машину, мать твою!
– Закричала Вера и стала часто колотить свой рукой по левому плечу Ильи.
Машина остановилась в пяти метрах от человеческой фигуры одиноко стоящей на мокрой дороге под весенним дождем. Илья поднял ручной тормоз и внимательно стал разглядывать человека, примиряя свои дальнейшие действия. На дороге стояла маленькая девочка лет семи в грязном платьице неопределенного цвета, одетое совсем не по прохладной погоде. Ее взгляд сквозь смоченные дождем волосы устремились прямо на водителя остановившегося внедорожника. Невооруженным взглядом было видно, что на голове девочки, прямо на самой макушке кровоточит открытая рана. Две маленькие струйки крови спокойно скатывались по ее обоим впалым щекам. На ногах девочки были одеты старые истрепанные резиновые сапожки. Все в ней говорило о готовности получить помощь от незнакомцев в автомобиле.