Отражение
Шрифт:
В условленном перекрестке улиц Илья нырнул между двумя пятиэтажками и пошел по темному жилому двору. Пройдя двор он уткнулся в стену железобетонных капитальных гаражей. Даже не задумываясь Илья направился к единственному открытому гаражу, рядом с которым сидя на корточках курил небритый мужчина, постоянно сплевывая прямо перед собой на землю. Одет он был в промасленный комбинезон и явно походил на бывалого автослесаря.
– Вы за машинкой, забрать?
– Мужик встал на ноги и откинул в сторону бычок от сигареты.
–
– Спросил Илья в момент, когда мужик стал открывать вторые ворота гаража.
– Эта машинка и до Питера доедет, если руки из того места растут откуда следует. Я тут с восьми утра сижу жду, чтобы передать авто. Думал еще дольше придется ждать, как чувствовал, что это ты будешь.
Мужик с металлическим скрипом до упора открыл ворота гаража и затем медленно и аккуратно, вцепившись обеими руками, стал отодвигать брезентовую гаражную штору, прикрепленную к потолку гаража на металлической проволоке. Перед Ильей предстал красно-серый монстр внедорожника, занимающий почти весь гараж. Мужик с гордым видом встал перед машиной, как бы давая право прикоснуться к его "чудо-машине".
– Вот. Ниссан Сафари девяносто девятого. Коробка. Пришлось немного апгрейдить. На перед поставил амортизаторы Каябовские, по длине где-то на четыре дюйма увеличились в отличие от родных. На задницу уши от Камаза приварил, штатные. Ну еще пришлось, конечно, удлинить тормозные шланги и крестовину поменять.
– Он шлепнул рукой по капоту машины, от чего в воздух гаража поднялось облако пыли.
– Короче, аппарат к вылету готов!
– Не хило ты конечно попотел. Вложился.
– Совершенно спокойным тоном произнес Илья.
– Не, ну если комитет платит - я делаю. Мне сказали подготовить к Добролюбову, я сделал.
Перед машины украшал навесной бампер из толстых никелированных труб прикрепленный к основному бамперу из-за которого скрывались четыре огромных противотуманных фары, заключенные в металлическую сетку.
– А с противотуманками ты, дорогой мой, не переборщил?
– улыбнулся Илья.
– Ну а что, зато красиво получилось.
– Мужик вытащил из нагрудного кармана своего комбинезона смятую пачку с дешевыми сигаретами и закурил одну из них.
В гараже мгновенно запахло кислым запахом табака. Илия как смог в тесном гараже обошел машину со всех сторон и несколько раз посмотрел под днище автомобиля. Машина после доработки хоть и выглядела сейчас комично с неестественно большим расстоянием до земли, но вполне отвечала своему имени и предназначению. Мужик почти торжественно вручил Илье связку из двух ключей. Потом тихо, слегка наклоняясь к уху Ильи, спросил.
– Не скажешь, зачем в Добролюбово едете? Да ладно, не отвечай.
– Он громко рассмеялся на весь гараж еле удержав губами сигарету в рту.
– Никто ж никогда не говорит, зачем туда едет. Я же шучу. Кстати вещи в машине не трогал. Я вообще чужого не беру. Как ваш координатор укомплектовал, так все в целости и лежит в багажнике.
На машине Илья выехал с гаража и направился к зданию гостиницы, где провел
4
Здание института выглядело совершенно непримечательно. Это было восьмиэтажный дом-коробка с одинаковыми окнами-глазницами и фасадом, выкрашенным в самый ужасный какой только есть на свете серый цвет. Вера нашла это здание без труда среди стареньких розовых сталинок центральной улицы города. Она поднялась по парадному крыльцу и очутилась перед массивной стеклянной входной дверью. Справа от входа висела небольшая черная табличка с названием написанным золотыми буквами "Научное учреждение 808. Российская академия наук".
Пройдя в холодный холл института Вера уткнулась в типичный пропускной пункт с турникетом рядом с которым стояли двое крепких мужчин среднего возраста, одетых в строгие костюмы. Она открыла свою женскую сумку, достав из нее пропуск, выполненной на пластиковой карточке белого цвета. Один из мужчин на входе провел предоставленной карточкой по небольшому устройству, стоящему на приставном столике рядом с желтым турникетом. Считав на экране своего мобильного телефона всю необходимую информацию о гостье, он утвердительно махнул головой и приставил маленький круглый ридер к магниту сбоку турникета.
– Вера Семеновна, не забывайте, что электронный пропуск действует в течении пяти дней. Затем только получать новый в комитете. В институт уже войти будет нельзя. При входе у нас работают сканеры на взрывчатые предметы и тому подобное. Вас они даже не потревожат. А вот на выходе из института обязательный полный досмотр со сканированием. Думаю, это не будет для вас проблемой?
– Меня инструктировали перед приездом.
– Коротко ответила Вера.
После того как она прошла через проходную Вера поднялась на лифте на пятый этаж здания. По коридору, освещенному яркими светодиодными светильниками она пошла вдоль всей секции, изредка останавливаясь перед табличками на дверях. Люди выходили и заходили в эти двери, проходили по коридору, исчезали в дверях лифта. Жизнь в институте по-настоящему кипела. Она привыкла к такой суете. От этого Вере стало немного спокойнее и тревожные мысли о предстоящей поездке немного отступили.
Названия кабинетов кричали своими непонятными названиями и вгрызались в мозг безумным слоганами: кафедра когнитивной позитроники, лаборатория проверки случайных матриц, лаборатория по мониторингу и изучению основных выходов, отдел корпускулярной философии. Ниже таблички "Ученый совет по выводам" было выведено время работы - с трех часов ночи до шести утра, ежедневно.
Она остановилась около входа в учебно-методический кабинет с цифрой восемнадцать. Войдя внутрь Вера оказалась в просторной комнате с кафедральными стульями, столами и исполинских размеров пластиковой демонстрационной доской. Общее убранство напоминало обыкновенный учебный класс высшего учебного заведения. За массивным столом сидел седой худощавый мужчина преклонных лет с ноутбуком. Он был одет в белый халат поверх байковой рубашки и обыкновенных черных джинсов. На макушке его головы от света люминесцентной лампы блестела загорелая лысина. Испещренное морщинами лицо и аккуратно посаженные на горбатом носу очки из тонкой оправы придавали ему вид мудрого и рассудительного человека.