Отпусти... Нам нельзя
Шрифт:
— Хотелось бы надеяться. Ладно, пошли в класс, скоро будет звонок.
На уроке литературы, почему-то, не запоминалось ничего. К концу урока я еле досидела, а после окончания поняла, что даже имени учителя не запомнила. Списала все это на первый день в школе и волнение, ну а что? Очень даже может быть! Следующим уроком поставили физкультуру, поэтому все дружно двинулись в раздевалку.
Честно говоря, с девчонками в одном небольшом помещении было даже немного страшно находиться. Не то, чтобы они открыто угрожали или выказывали неприязнь, но
— Слышь, сиротинушка, убери свои кости, — услышала я от одной из одноклассниц, Вали Онищенко, если не ошибаюсь.
Итак, что же она из себя представляла? Начала вспоминать то, что рассказывала Аня. Пафосная, богатая, считает себя главной, ненавидит, когда её называют Валя, именуя себя Валенсией. Ха! Ну что ж.
— Валюша, — намеренно громко произнесла я, — у меня, по крайней мере, кости, а не как у некоторых, — окинула её многозначительным взглядом, замечая, как девушка закипает. Ну а что она хотела? За что боролась, как говорится.
— Ты… ты… — зло зашипела она.
— Я, а кто же ещё. Ты это, как определишься, что сказать – подходи, а то я прям слышу, как крутятся твои шестеренки в голове. Смотри, чтобы система не дала сбой, — улыбнулась я, отворачиваясь, чтобы снять кофту.
В этот момент Валя взяла меня за волосы и больно потянула назад, видимо, намереваясь опрокинуть меня на лопатки. Совсем уже, что ли? Дёрнула-то она больно, вот только уроки боевого мастерства не прошли даром, да и ожидала я чего-то подобного, раз уж сказать ничего вразумительного она не смогла. В общем, мне таки удалось развернуться к ней лицом так, что я оказалась в нескольких сантиметрах от неё.
Её рука так и продолжала держать меня за волосы.
— Руку убрала, — отчётливо сказала я.
— Да пошла ты, — гордо вздёрнула подбородок Валя.
— Я предупредила, — с этими словами я взяла её за руку, за ту самую, которая держала меня за волосы и со всей силы развернула её спиной к себе, нагнув на небольшую тумбочку.
Обойдя её с другой стороны и всё ещё держа руку, я присела и произнесла.
— Ещё раз тронешь меня, и я вывихну твою руку, усекла? — я дернула её, потянув немного вниз, отчего она вскрикнула.
Встала и прошла мимо оцепеневших и забившихся в уголок одноклассниц. Да, это фурор, товарищи.
Начала переодеваться, но заметила, что все так и стоят притихшие. Повернулась.
— Чего уставились? Я сделала что-то не так?
— Да ты, ты, — выскочила одна из толпы. — Да как ты могла вообще её тронуть?
— А она что, чем-то отличается от меня?
— Это Валенсия, — взвизгнула девушка.
— Валенсия – это город в Испании, а это…— я кивнула в сторону Вали, которая, кстати, уже встала на ноги, — Валюха, наша одноклассница.
Говоря это, я спокойно переодевалась в новенький спортивный костюм.
Ну как спокойно.
Я была в напряжении, но пыталась не выдать этого окружающим. Ну кто бы мне
До последнего боялась, что не получится, думала, что не смогу дожать до конца, но когда, повернувшись, я увидела все таких же застывших от шока девчонок, даже хмыкнула. Да уж. Выйдя из раздевалки, перевела дух. Эх, как же это сложно, быть не той, кем хочеться.
— Вау, Вита, ну ты даёшь, — прощебетала Аня в конце дня, когда уже все собирались домой.
— Что? — не сразу поняла.
— Ну как что? На физкультуре. Ну то, как ты поставила Валенсию на место.
— Ой, даже не спрашивай, — отмахнулась я.
— Да ты что, Вита. Её никто не переваривал, но все боялись, а тут ты появилась.
— Ну не так уж и все, кто-то за неё заступался даже.
— А, так то Ритка Воронцова, она вообще с первых классов с Валенсией, а остальные в шоке.
— Как бы эти остальные мне вместе тёмную не устроили.
— Это да, но ничего, прорвёмся, нас теперь двое, — улыбнулась Аня.
Домой я добиралась в папиной машине. Как-то не слишком мне прельщала перспектива, что меня ежедневно будет забирать личный водитель. Нет, так забирали многих и дело тут не в выпендрёже, просто… хотелось свободы, прогуляться после школы, забежать в кафешку, попить чайку, а тут… школа-дом-школа. Уныло и бесцветно. Я так жить не привыкла.
Домой пришла без настроения, никаких прогулок по заснеженому парку, никакой радости жизни, школа, в которой я должна притворяться, дом, где меня ненавидит собственный брат. Я поднялась в свою комнату, переоделась. Хотела сесть за уроки, но не было никаких сил. Вспомнила, что Денис утром говорил о простуде. Решила пойти на кухню, сделать ему чай с лимоном, проявить заботу, может хоть тогда он немного оттает.
Сделав чай, засомневалась. А стоит ли? После всего, что было вчера, я думала вообще на него внимания не обращать, а тут сама чай понесу. Надо, настроила я себя. Ну в конце-концов, ему сейчас там плохо, он простудился, а я о таких глупостях, как поцелуй думаю.
Решительным шагом направилась с подносом к двери. Тихонько постучала, но мне не ответили. Открыв дверь, увидела, что Денис неподвижно лежит на кровати. Ну вот, спит, а я тут со своим чаем. Тихонько прошла в комнату, поставила чай на стол и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.
Зашла в свою комнату и заплакала. Я была эмоционально истощена. Школа меня выжала. Я не привыкла вести себя так. Не могу сказать, что мне было сложно, нет, просто… я привыкла быть доброй, а тут приходилось строить из себя стерву.
Совру, если скажу, что мне пришлось совсем туго, неправда. Отчасти мне даже понравилось, всё же какой-никакой, а выплеск энергии, но вести себя так постоянно… всегда находиться в напряжении… оглядываться… не ходить одной по коридорам… как в фильме ужасов, честное слово.