Отпусти... Нам нельзя

Черно Адалин

Никогда истерики не пробирали, а тут…

Не смог удержаться…

И главное, настолько искренне менялись её эмоции. Сказал о Диме, и она не поверила, разозлилась, а потом…разочаровалась. В нём? Или во мне? Сдерживала слёзы, но всё-таки расплакалась. Я хотел. Жаждал её слёз, думал, что получу удовольствие, доведя её до истерики, но…нет.

Не получил, а ещё, увидев, насколько она расстроилась…пожалел. Я. ПОЖАЛЕЛ. ЕЁ.

Млять, смешно до боли…

Дальше вообще не помню, что происходило, каким вообще чудом я обнял её, какого поцеловал. Чёрт! Какой же я дурак. Нужно срочно исправлять

ситуацию.

— Рома?

— Чего тебе надо, Дэн? Завтра в школу, мне нужно выспаться, — сонно пробормотал друг.

— Завтра сеструха собирается в школу со мной, так что надо что-то думать.

— Что?

— Ты тормоз, что ли? Давай думать, как её выживать.

— А что думать, Дэн? Всё по стандарту, как и со всеми.

Я задумался. Вариант стопроцентный, но что-то мне не нравилось. Я знал, насколько жестоко у нас выживают учеников. Практически никто не остаётся, потому что действует не только определённый класс, но и вся школа.

— Не подходит, — уверенно сказал я.

— Почему?

— Меня лишат машины на восемнадцатилетие.

— А каким боком ты будешь там фигурировать? Вся школа на неё взъестся. Ну не подошла девчонка, чё тут такого?

Да, в его словах была логика. Но что мне говорить? Что мне её жалко? Тогда уже завтра стебаться будут надо мной.

— А то. Я, вроде как, авторитетный. Чё, не могу класс приструнить?

— Ну так причём тут класс? Это школа, Дэн, — уламывал меня друг.

— Я сказал нет, давай думать что-то другое.

— Ну вот и думай, а я спать хочу. Всё. Отбой, — Рома отключился.

Говнюк. Да и я виноват. Раньше надо было всё обдумать, составить план действий, а то так она и понравиться всем успеет, пока я буду думать. Сегодня уснуть точно не удастся.

Денис ушёл, а я все ещё стояла на том же месте. У меня затекли ноги, болела спина, но я продолжала стоять и обдумывать то, что только что произошло. Я не понимала своего сводного брата, не могла понять, почему он так ко мне относится. Вначале бьет, пинает, как надоевшую собачку, а потом целует, обнимает и извиняется. Почему так? Почему он делает это со мной, а главное, почему я так реагирую? Почему мое тело дрожит, руки и ноги не слушаются, а сердце бьется, как ненормальное.

Когда он ушёл, обида и злость накрыли меня. Как у него, оказывается, всё легко и просто. Обидел, попинал, понял ошибку и давай извиняться. И что он ожидал? Что я буду прыгать вокруг него, принимая гадости в свой адрес? Прежняя я, возможно, так бы и сделала. Да что там, возможно. НАВЕРНЯКА. Сейчас же я другая. Татьяна на многое открыла мне глаза, показала, что в мире существует не только доброта.

Завтра я иду в школу. Нам нужно раз и навсегда выяснить отношения. Хватит бегать по углам, да словестные перепалки устраивать. Пора действовать, самое время поговорить начистоту.

Я решительно сдвинулась с места, вышла из комнаты и направилась к двери Дениса. Несколько секунд потоплаталась перед ней, опасаясь открывать, но взяв себя в руки, решительно повернула ручку, распахнула дверь и вошла.

— Ты чё, мазохистка?

— Денис, нам нужно поговорить, — решительно проигнорировала я вопрос.

— Да? И о чём же?

— Завтра я иду в школу и думаю, пришло время положить конец нашей вражде.

—

Охренеть, ты ещё и думаешь? А что ещё надумала? Может, будем изображать счастливых брата и сестру, м? — нахально ответил он.

— Нет. Я вообще не прошу тебя общаться со мной, просто…попытайся не доставать меня. Я просто хочу учиться…спокойно, — подумав, добавила я.

— Офигеть. То есть тебе мало дома, да? Ты ещё и в школе решила стать лучшей.

— Денис, послушай, я просто хочу учиться, не имею желания разбираться с одноклассниками и думаю, что если ты не будешь их подстрекать, то меня оставят в покое, — объяснила ему свою позицию.

— А не пошла бы ты…

— Сам пошёл, понял? Ты что думаешь, самый умный что ли? — не удержалась я. — Считаешь, раз жил у бога за пазухой, тебе все можно? Да ты просто зажравшийся папенькин сынок, понял? — меня понесло, и остановиться я уже не могла. — Да я никогда не знала всего этого, я жила в бедности, никогда не жаловалась, а ты начинаешь меня унижать. Не позволю, понял? Никогда больше не позволю, — решительно произнесла я.

— Да? И что же сделаешь? — он подошёл ко мне, протянул руку, чтобы взять за локоть, но я оказалась быстрее.

Ловко подняла ногу и ударила его в подколенную ямку. Видимо, неплохо приложила, потому что Денис упал на одно колено, смачно выругавшись. Я отступила на несколько шагов, принимая оборонную позицию.

— Ты совсем офигела?

— Нет. Я даю тебе отпор, ясно? Ты больше никогда, слышишь, никогда не приблизишься ко мне и не сделаешь мне больно, понял?

Денис молча уставился на меня, не спеша с ответом. Видимо, я поставила его в тупик. Настолько обрадовалась своему триумфу, что не сразу отреагировала на то, как он встал. Это было моей ошибкой, потому что уже в следующую секунду я была плотно прижата его телом к стене, да ещё и так, что его ноги разместились у меня между ног, так что я ну никак не могла бы использовать их для самообороны. Да что ж такое-то. Противостоять одна вздумала. И вот что он теперь сделает? Хоть бы не заплакать, снова.

— А ты в курсе, что бывает с теми девчонками, которые приходят ко мне в комнату? — глухо произнес мой сводный брат. Я промолчала. — Я их трахаю, — оскалился он, а я уставилась на него расширенными от ужаса глазами.

— Ты…больной, — еле выдавила я.

— О, ты даже не представляешь, насколько. Как ты вообще додумалась прийти сюда, угрожать мне, ударить, да ещё и ультиматумы ставить? Я что, был слишком добр с тобой, раз ты позволяешь себе подобное?

— Н-н-н-ет, — заикаясь, проговорила я.

— Тогда что? С чего ты решила, что можешь делать что-то подобное, м? — он с силой тряхнул меня, слегка приложив головой. Внезапно мне пришла безумная идея.

Я выпрямилась, насколько это вообще было возможно в тисках Дениса, и прошептала, склоняясь к его уху.

— Просто…я хочу…, — намеренно сделала длинную паузу. — Перемирия, а ещё, — остановила я его попытки возразить, — хочу поцеловать тебя.

Денис уставился на меня тяжелым, чёрным взглядом. Его глаза потемнели, он сглотнул, но самое главное, я добилась нужного эффекта. Он ослабил хватку. Вырываться явно было рано, я всё ещё была зажата. Вот же ж, я рассчитывала, что он будет ошарашен и отпустит меня тут же.