Остров предательства

Мюррей Струан

– Какой косяк рыб?

– Тот, о котором я тебе уже говорил, – возбуждённо выпалил Сиф. – Они вернулись. Мне кажется, их притягивает ко мне.

Элли закатила глаза.

– О да, потому что ты такой интересный. Может, попробуешь поймать хоть одну?

– Чем, голыми руками?

– Своим даром, Сиф. Тебе вообще следует каждый день тренироваться, чтобы не забыть, как им пользоваться.

Сиф посмотрел на море так, словно оно кишело опарышами.

– Мне не нравится к нему обращаться, – надулся

он.

– Ну и отлично. Оставайся голодным.

Он сердито уставился на неё, а затем сгорбился над водой, закрыв глаза и схватившись за край плота. Его пальцы напряглись, ногти вонзились в дерево.

И тогда на поверхности его рук проступили тёмные разводы. Он скривился, как будто от боли.

– Сиф? – окликнула Элли, подползая к нему.

Глаза Сифа резко распахнулись, и он протянул над волнами одну руку. Вода плеснула, и что-то маленькое и блескучее, извиваясь, скользнуло из океана прямо в его выставленные наготове пальцы.

– Это было потрясающе! – воскликнула Элли, захлопав в ладоши, но тут же вздрогнула, когда Сиф с силой шмякнул рыбу об мачту. После этого она перестала извиваться. Он схватил перочинный нож и, быстрым движением срезав кожу с рыбки, протянул её плоть Элли. Она мерцала в лунном свете.

– Думаю, я подожду, пока мы не сможем развести костёр, – сказала Элли, хотя желудок её заныл. Сиф оторвал кусок и заглотил.

– Это отвратительно, – сказала Элли.

Сиф пожал плечами, и Элли смотрела-смотрела, а затем пододвинулась к нему.

– Так как ты это сделал? Заставил воду выплюнуть рыбу или уговорил рыбу выпрыгнуть из воды?

– Не знаю, – пробурчал Сиф с набитым ртом. – Ты точно не хочешь? – Он вытащил из зубов застрявшую косточку, а затем помотал перед ней изувеченной рыбкой.

Элли с сомнением оглядела её:

– От сырой рыбы можно расхвораться.

– От голода можно помереть.

Элли взяла рыбу. Голова висела набекрень, держась на надломленном хребте. Она понюхала её, а затем надкусила. Вкус был одновременно и солёный, и сладкий, плоть разошлась у неё на языке.

Сиф улыбнулся, и веки его опустились. Он всегда уставал, когда прибегал к своей власти над морем. Несколько раз за время их путешествия ему пришлось успокаивать бушующие волны или же гнать вперёд плот, когда не было ни ветерка. Всякий раз после этого он валился с ног, и кожа у него холодела, как от утреннего заморозка.

– Сыграем ещё разок? – бодро предложила Элли. Она знала, что это эгоистично, но она не хотела, чтобы Сиф уснул и оставил её одну. Когда она спала, ей снилось, как её преследуют по извилистым проулкам. Когда она была одна, ей казалось, что она слышит в шуме ветра голос. – Пожалуйста?

Сиф посмотрел на неё из-под прикрытых век.

– Ладно, – вздохнул он. – Я надеюсь… что на этом новом острове ты найдёшь кого-нибудь другого,

с кем играть в эту бессмысленную игру.

– Сиф! – Элли стукнула его по руке. – Будь серьёзнее.

Сиф без особого успеха попытался сдержать сонную улыбку.

– Извини. Я надеюсь, что на этом острове я смогу научиться ловить рыбу нормально, не используя… – Он посмотрел на тающие синие извивы у себя на коже. – Ну, ты знаешь.

Элли подождала, ожидая продолжения.

– И всё? – спросила она наконец. – Но почему ты не хочешь использовать свои силы?

– Потому что я от этого устаю.

– А ты не хочешь найти на острове новых друзей? Они могли бы научить тебя рыбачить, не используя дара.

Сиф пожал плечами:

– Я не доверяю людям.

– Они будут не такие, как люди из Города, – сказала Элли. – Они могут оказаться хорошими. И мне же ты доверяешь, правда? И могу поспорить, ты доверял своим братьям и сёстрам.

– Мои братья и сёстры не были людьми, они были богами. И они все мертвы. Не считая Врага.

Элли передёрнуло, сердце сжалось у неё в груди.

– Прости, – произнёс Сиф.

– Но мы не знаем наверняка, что они все мертвы. Смотри, все в Городе думали, что остался один Враг, а затем объявился ты. Может, если бы мы отыскали других богов, они помогли бы тебе вернуть воспоминания? Помочь тебе вспомнить, кто ты на самом деле.

– Я знаю, кто я. Я Сиф. Твоя очередь, – ответил он.

Элли зыркнула на него.

– Прекрасно. Я надеюсь, что на этом новом острове… – она примолкла, задумавшись, – есть люди, которые… вроде меня. Вроде моей матери. Люди, которые хотят изобретать разные вещи – которые хотят сделать мир лучше. Я надеюсь, что там есть люди, которые увидят, что я особенная.

Она говорила, и волоски у неё на шее встали дыбом, и грудь стеснило тоскливое желание. Сиф смотрел на свою руку. Он неожиданно крайне заинтересовался небольшим порезом на пальце.

– Что? – невыразительно поинтересовалась Элли.

– Я не уверен, что эта игра идёт тебе на пользу. Ты питаешь чересчур большие надежды. Мы знать не знаем, что найдём на этом острове, да и вообще, существует ли он.

Элли кольнуло раздражение.

– Но мы же видели его – на карте в форте Инквизиции.

– Да, и Инквизиция всегда заслуживает доверия, – сказал Сиф, закатив глаза.

Элли сделала глубокий вдох. Этот разговор между ними происходил уже не раз. Но она понимала, почему Сиф склонен опасаться – ведь Инквизиция пыталась сжечь его заживо.

– И даже если он существует, – проворчал Сиф, – он может оказаться опасен. Зачем ещё Инквизиции держать его в секрете?

Элли нахмурилась.

– Может, потому что это чудесное, восхитительное место, и они не хотят, чтобы все пыталась сбежать туда из Города?