Ошейник принца вампиров

Фэйтон Дарси

— Правда, я не причиню вам вреда. Я лишь хотела спросить вас о некоторых мехах, которые нашла в Академии Вольмаск.

На лице женщины мелькнуло узнавание, и она опустила кинжал.

— Это ты.

— Э-э, да. — Наверное? — Это я.

— Кирабель. Потерянная дочь.

— Вообще-то, просто Кира. Я никогда не была потеряна.

Глаза женщины проницательно сузились.

— Нет, не для нас. Но тебя скрывали, а теперь нашли.

Кира заколебалась, размышляя, стоит ли просить старуху объяснить

её слова или это приведёт лишь к ещё большей бессмысленной загадочности.

— Кто вы?

— Моя дорогая, именно ты из всех должна знать, кто я.

— Вы ведьма, — сказала Кира. И вы, чёрт возьми, совершенно ебанутая. Она не была уверена, стоит ли бояться эту женщину или бояться за неё. Ведьмы были вне закона, закона, который казался бесполезным, учитывая, что их якобы уничтожили. По крайней мере, именно это им всем и внушали.

— Я Барбара, — сказала женщина, и её скрюченная рука дрожала, когда она уронила кинжал в открытый ящик прикроватной тумбы.

— Что с вами, Барбара?

— Какая ты прямолинейная и резкая. Настоящая волчья черта. Не волнуйся, я говорю это как комплимент, дорогая. — Женщина вздохнула и откинулась на подушку. — Я умираю, как ты видишь. Но страдать долго не буду. Он скоро придёт за мной.

Кира напряглась.

— Кто придёт за вами?

Старая женщина открыла рот, чтобы ответить, но снизу донёсся скрип. Она приложила палец к губам.

Скрип шагов на лестнице заставил желудок Киры сжаться, и она на мгновение задумалась, не обратиться ли ей.

— Лёгок на помине, — выдохнула ведьма, её голова бессильно откинулась на подушку. Она закрыла глаза. — Он здесь. Я не думала, что он придёт так скоро.

— Кто здесь? — спросила Кира, отступая от двери спальни, пока тяжёлые шаги пересекали площадку.

Она поняла, кто это, за секунду до того, как тёмная фигура появилась в затенённом дверном проёме.

— Натаниэль, — выпалила она, пытаясь придумать, как объяснить, что она здесь делает.

Но прежде чем она успела что-либо сказать, взгляд Натаниэля скользнул с неё на Барбару.

Он знает, что она ведьма?

— Ей нехорошо, — начала Кира, но её голос оборвался, перехваченный ужасом.

Манера поведения Натаниэля изменилась, он напрягся в тот же миг, как увидел ведьму.

Его глаза сверкнули красным, губа приподнялась, обнажая острые, удлинившиеся клыки.

— Нет, — выдохнула Кира, её мышцы напряглись, когда она поняла, что он собирается сделать.

Долю секунды спустя Натаниэль ринулся к ведьме, оскалив зубы и готовый насытиться.

Натаниэль замер на долю секунды, увидев Киру в комнате Барбары, но одного взгляда на измождённую ведьму хватило, чтобы он рванул

к постели, а его клыки начали медленно удлиняться.

В последний момент Кира шагнула между ним и Барбарой, заслоняя её, и резко толкнула его в грудь.

— Кира, что ты—?

— Отъебись, Натаниэль, — прорычала Кира, её золотые глаза опасно сверкнули.

Он нахмурился.

— Что ты—?

— Оставь её в покое.

— Мне нужна всего минута или две, — сказал он, пытаясь обойти её, но она снова толкнула его.

— Я серьёзно. Если ты думаешь, что я позволю тебе впиться в эту бедную женщину, тебя ждут совсем другие последствия.

Понимание медленно дошло до него. Кира решила, что он собирается убить ведьму, и хотя она ошибалась, он ощутил странный прилив гордости, глядя, как она стоит перед ним.

— Это не то, что ты думаешь, — начал он, стараясь говорить спокойно и ровно. Он поднял руки, показывая, что не собирается нападать. — Обещаю, я пришёл не за тем, чтобы причинить вред Барбаре.

Медленно, чтобы не спугнуть Киру, он расстегнул манжету и повернул руку, обнажая запястье.

— Я здесь, чтобы помочь ей.

Кира не сдвинулась с места, её взгляд цепко следил за каждым его движением.

— Как? И с какого хрена ты вообще стал бы помогать ведьме?

— Почему? Потому что она последняя ведьма в мире. А как… — он поднёс внутреннюю сторону запястья к губам и вонзил в неё клыки, прокалывая плоть. Багровая кровь потекла по руке и закапала на пол.

Он не отводил взгляда от Киры, пока она смотрела на него с удивлением, тревогой и чем-то ещё, что он не мог до конца понять.

Он сделал шаг вперёд, и на этот раз она позволила ему пройти. Он подошёл к Барбаре. Ведьма была слабее, чем он когда-либо видел её: лицо исчерчено глубокими морщинами, светлые волосы поседели. Грудь едва поднималась в поверхностных вдохах, и она выглядела почти без сознания, глядя на него сквозь бледные ресницы.

— Натаниэль, — прошептала она. — Ты здесь.

— Барбара, что ты с собой сделала? — спросил он, прижимая запястье к её губам.

— Я немного увлеклась.

Пока Барбара пила его кровь, жизнь возвращалась в её тело, и вместе с этим отступали следы старения. Обвисшая кожа подтягивалась, морщины разглаживались, узловатые руки становились гладкими и сильными. Волосы оживали, возвращая себе блеск и цвет, и когда она наконец отстранилась, ясность вернулась в её лесно-зелёные глаза.

Это заняло всего несколько минут, но Барбара полностью восстановилась и теперь выглядела примерно на тридцать с небольшим.

— Я взяла слишком много, — сказала она, цокнув языком.

— Вовсе нет. — Он провёл языком по запястью, и рана начала затягиваться, останавливая кровь.

Кира всё это время стояла, уставившись на него с приоткрытым ртом. Он знал, что она видит, как его глаза светятся красным, как всегда, когда он кусает кого-то. Только сейчас он не питался, и в теле чувствовалась слабость.