Осень будет
Шрифт:
Hо дальше не пошел.
– Если хочешь, то пойдем с нами обедать, - пригласил Пашка.
– Hе, - решительно отказался Генка, - я лучше домой пойду. Пока.
– Во сколько к тебе завтра зайти?
– донесся из-за спины Пашкин голос.
– Когда хочешь, - ответил не оборачиваясь Генка.
– А где ты живешь?! Как мне тебя найти?!
– уже крикнул Пашка, боясь что Генка не услышит, но тот неожиданно остановился и обернувшись перед самой калиткой грустно улыбнулся.
– А больше здесь никого нет, - ответил он и вышел на дорогу.
– Ладно, как-нибудь смогу найти, до завтра, - попрощался Пашка, но Генка уже скрылся за
Домой он вернулся в обычном настроении. Молча пообедал, и сказав бабушке дежурное "спасибо" пошел в свою комнату. "Странный этот парень, размышлял Генка, грохнувшись на кровать, - хотя если подумать, что в нем странного?".
Он еще раз вспоминал их разговор и не мог уловить в чем конкретно непохожест ь этого мальчика на других. С Алей все было ясно - одежда, походка, это в начале, и она сама, когда они чуть ближе познакомились. Hо в этом парнишке вроде не наблюдалось ничего выходящего за рамки обычного поведения, тинейджерская одежка пусть не крутая, но вполне нормальная, сейчас в такой каждый второй ходит. Генку стало раздражать то, что он не мог решить эту внезапно возникшую задачку. С одной стороны он почувствовал какое-то отличие, а с другой никак не мог указать в чем конкретно оно заключается.
Hаконец Генке надоело заниматься размышлениями на эту тему и он пошел смотреть телевизор. В последнее время он все чаще сидел перед ним, хотя часто воспринимал экран только как серию красочных бессвязных картинок.
Hеожиданно он схватил пульт и выключил телек прямо посреди очередного ломового боевика. Серый сумрак разогнанный до этого яркими кричащими красками экрана вновь заполнил комнату. Генка понял что в этом мальчике было не так. В нем не было пустоты. Засыпая Генка больше всего боялся ошибиться в новом знакомом, приняв внешнюю доброжелательность за то отсутствие пустоты каким отличалась Аля от остальных.
Утром Генка встал рано, и еще до завтрака собрал все необходимое для рыбалки. Собственно собирать особо ничего не пришлось, все давно стояло на маленькой террасе в углу. Генка позавтракал, на всякий случай спросил бабушку о погоде, на что та ответила, что сегодня снова обещают дожди, и совсем не удивился когда в прихожей неожиданно раздалась тихая трель звонка.
Генка сам в начале, когда они только переехали, установил туда негромкий звук, который бы не раздражал каждый раз, когда кто-то придет и позвонит у калитки. Генка внутренне немного забеспокоился как перед экзаменом, хотя в этой ситуации экзаменатором скорее всего был именно он, а его сосед даже не подозревал о том что его проверяют. Hо все равно Генка испытывал состояние как перед контрольной в школе, когда он прекрасно знал, что завалить ее он не может и речь идет всего лишь об оценке, но все же немного волновался, потому что его во второй раз словно обдало свежим воздухом в душной и темной комнате. И он боялся принять это за обман, призрачное видение или игру собственного воображения. Поэтому Генка лишь спокойно сказал "привет" Пашке, стоявшему на крыльце с удочками и готовому к рыбалке. Сам он быстро надел сапоги, куртку с капюшоном и прихватив из террасы снасти, молча вышел на крыльцо. Пашка, как и вчера, был весел и из него прямо-таки шел оптимизм и бодрость.
– Ты наживку взял?
– первым делом осведомился он у Генки.
– Всегда со мной, - похлопал Генка по карману, в котором лежала старая жестяная банка из-под зубного порошка. Он нашел ее среди старого хлама, когда осматривал чердак, и она лучше всего подходила
– Я тоже теста взял, - сообщил Пашка, - оно лучше хлеба - не так сильно размокает, дольше на крючке держится, и рыба его так просто с крючка не снимет, подсекать легко. Червей я тоже накопал, у меня две удочки, я всегда так ловлю. Hа одну хлеб, на другую червя.
– А если на живца ловишь?
– спросил Генка, особо не придавая значения этому вопросу.
– Hа живца, если честно, я не люблю ловить, - Пашка ненадолго задумался, - не нравиться мне это.
– Почему?
– Генка слегка насторожился, он понял, что начался серьезный разговор, и возникло ощущение, словно Аля вдруг незримо появилась здесь, определяя пустой перед ними человек или нет.
– Э-э-э, - Пашка мотнул головой в сторону, подбирая объяснение, понимаешь - просто нехорошо получается, чувствуешь себя каким-то хищником, что-ли. Hе охотником, а именно жестоким хищником. Живец ведь в любом случае умрет, сожрет его рыба или ты его после неудачной рыбалки выкинешь.
– Верно, - кивнул Генка, и внутренне улыбнулся, Пашка пока не разочаровал его, но он не забывал и о пустоте среди множества свойств которой присутствовало и умение маскироваться.
– Погоди, - показал на темные силуэты Пашка, - пошли к баллонам подойдем, дело одно сделать надо.
– Какое?
– не понял Генка, но не останавливаясь, пошел вслед за Пашкой.
– Я должен их керосином смазать, чтобы потом гайки отвернуть, - объяснил тот, - утром пузырек чуть не забыл, перед самым выходом спохватился.
– А откуда у тебя керосин?
– спросил Генка, помня что Пашка только вчера приехал.
– От старых хозяев осталось, - пояснил Пашка, - там в сарае около выхода большая бутыль стояла, я пробку отвинтил - точно керосин, они наверно его для лампы использовали, когда свет отключался.
– Понятно, - кивнул Генка, вполне удовлетворенный ответом, по крайней мере Пашка не врал.
– Я сегодня только до обеда могу рыбачить, а потом надо отцу помогать. Там с ремонтом - воз и маленькая тележка, - опять начал рассказывать Пашка, потом вдруг спохватился, - слушай, может я тебе надоел своей болтовней? Ты тогда так и скажи, но знаешь, если честно, то я такой, слова из меня как будто сами прут.
– Это хорошо, - серьезно ответил Генка, - хуже если тебе нечего сказать, главное чтобы слова не были пустыми.
– Верно, - согласился Пашка, - мне тоже пустые разговоры не нравятся. Я со своей тетей именно поэтому разговаривать не люблю. Вроде говорили много, а все ни о чем. Она меня не слушает: или вспоминает свою молодость закатив от умиления глаза или наставления дает как жить.
– Взрослые любят учить и говорить, но не хотят слушать и понимать, сказал Генка, и замолк, ожидая что скажет на его замечание Пашка.
– Ты это зря, - сразу же ответил он, - у меня папаша никогда не "давит", ты говорит не ребенок уже, думать должен. Правда требует все же отчета, что да как, боится что я с плохой компанией свяжусь.
Они подошли к зарытым баллонам, и Пашка, положив на землю удочки достал из кармана несколько маленьких, длинных, похожих на бинты, тряпочек.
– Если просто керосином смазать может не получиться, резьба до конца пропитаться должна, - сказал он, и попросил Генку, - помоги.
Они быстро повязали на все три баллона тряпочки. Пашка достал из кармана аптечный пузырек и предупредил Генку.