Ориентирование
Шрифт:
— Может быть, — он подходит ко мне и наклоняется, одаривая меня одним из своих взглядов, которые заставили меня задуматься, может ли он быть социопатом или нет. Или психопатом. Кем угодно. Сумасшедшим убийцей, или сектантом, или что-то такое же. Напряжённый, вот что это за взгляд. — Как бы то ни было, ты не проведёшь ни одной ночи в одиночестве, пока убийство не будет раскрыто. Если я решу, что, женившись на тебе раньше, ты будешь в большей безопасности, тогда я сделаю и это тоже.
Я притворяюсь, что стону, как будто для меня это огромное
— Если это убийство, — добавляю я, потому что вполне возможно, что Тори была пьяна и упала с лестницы.
Только… разве Марни не сказала, что она трезвая и ей поручено присматривать за пьяными девушками?
Единственное, что я знаю наверняка, это то, что она была одной из девушек, у которых был парень-первокурсник.
— О, нет, ты этого не сделаешь, — кричит Спенсер, отставляя свой кофе в сторону, чтобы повернуть моё лицо к себе. — Мы не берём это на себя. Это не наше дело. Если это не касается тебя, то нам всё равно.
— Второй. — Близнецы произносят это одновременно, а затем свирепо смотрят друг на друга. — Третий. — Это тоже унисон. Они вместе вздыхают, и каждый поднимает руку ладонью к небу. — Неважно.
— Четвёртый, — Рейнджер с хмурым видом отворачивается, и Черч кивает.
— Единогласным голосованием принято — это не наше дело.
— Это не единогласно, если я с вами не соглашусь! — я кричу, но они меня не слушают. Они смыкают ряды, разделяя одинаковые выражения одновременного опустошения и облегчения. Эти взгляды… как я могла не простить их сразу?
Хотя… Я не отказываюсь от расследования версии этого убийства.
В конце концов, у меня на примете есть список подозреваемых.
А человек, стоящий на самом верху этого списка? Девушка в коровьем комбинезоне.
Это всегда тихони.
Глава 5
Марни Рид — выпускница Академии Бёрберри
Миранда и я — одни из последних девушек, которых вызвали. Внешне, я уверена, что кажусь достаточно спокойной. В глубине души же я в ужасе. Полночь, день моего выпуска из средней школы, должна была стать концом клуба «Бесконечность».
Ну, по крайней мере, для меня.
Вполне возможно, что просто так случилось, что у этой девушки Тори была случайная татуировка бесконечности. Многие люди её делают. Это одна из наиболее распространённых татуировок для девушек нашего возраста. Но… насколько это случайно? Я почему-то убеждена, что это предзнаменование грядущих событий.
Я выхожу на улицу и обнаруживаю, что Виндзор ждёт меня.
Он стоит на ступеньках крыльца, скрестив руки на груди и опустив голову. Прохладный ветерок ерошит его рыжие волосы, когда он поднимает взгляд и видит меня перед собой. Парень моргает несколько раз, как будто пытаясь собраться с мыслями, но затем целеустремлённо шагает вперёд, а Миранда отступает назад, чтобы дать нам немного пространства.
— Черт возьми, — рычит он, и я поражаюсь силе эмоций,
— Винди… — я вздрагиваю, когда он откидывает мои волосы назад, наклоняясь, чтобы запечатлеть поцелуй на моей шее. Я не могу дышать от его близости. Внезапно, из-за Шарлотты, прошлой ночи и всего ужаса смерти этой девушки, я подумываю о том, чтобы выйти за него замуж.
Я хочу этого так сильно, что не могу собраться с мыслями.
— Миледи, — бормочет он так же, как всегда называл меня, но с другой теплотой, чем раньше. Страсть. Тлеющая. Горячие слова сорвались с кончика злого языка.
Принц Англии стоит передо мной, обезумевший, дрожащий и влюблённый. Мои глаза наполняются слезами, когда он обнимает меня и притягивает к себе.
— Я думал, что ты умерла… — он даже не может закончить то, что говорит. Он прижимает меня слишком близко, сжимает слишком крепко. Всё, чего я хочу или в чём нуждаюсь в этот момент, — это он, тот, кто всегда был добр ко мне, мой друг с самого начала. — И я…
Я вцепляюсь пальцами в его рубашку, и на глаза наворачиваются слёзы, потому что одна из моих однокурсниц мертва. Это могла быть Миранда, это могла быть Шарлотта. Это могла быть я. Самое главное, Тори Страг была студенткой, дочерью и человеком. Теперь её нет, и это был либо несчастный случай… либо убийство. В любом случае у нас трагедия.
Так или иначе, я чувствую себя обязанной докопаться до истины.
— Что? — спрашиваю я, отчаянно желая узнать, о чём думает Виндзор, что он собирается сказать.
Его руки обхватывают моё лицо, по ладони на каждой щеке, он наклоняется так, что его губы оказываются рядом с моими.
— Больше, чем когда-либо, я знаю, чего хочу. Раньше я думал, что был уверен. Теперь я чертовски уверен, — он наклоняет голову, закрывая глаза, и прижимается своим ртом к моему.
Волна мучительной потребности пронзает меня насквозь, а затем мы, спотыкаясь, отступаем назад, и Виндзор обхватывает меня за талию.
Меня сильно поражает, что папе нравился Винд. Он бы поддержал это, я и принц.
Слёзы наворачиваются, но Виндзор просто смахивает их поцелуями, по одному в уголках обоих глаз.
Потому что, хотя он говорил всё это раньше, я никогда не могу определить, насколько он серьёзен. Ни в чём. Кроме того, я лучше, чем кто-либо другой, понимаю, как чувства могут меняться со временем. Тристан, Крид, Зейд. Они все ненавидели меня. Даже Зак, когда-то давным-давно. Но сейчас? Сейчас они, конечно, этого не делают.
Всё это, выражение лица Винда, сила его поцелуя — это всё, что мне нужно увидеть, чтобы понять его.
Один из полицейских подходит к нам, и принц становится совершенно диким.
— Отвали, — рычит он, но офицер, похоже, не заинтересован выслушивать оскорбления от студента. Знает ли он, кто такой Виндзор Йорк? Как он мог этого не знать?
— Подождите, подождите, подождите, — бормочет Миранда, совершенно запыхавшись, когда она снова появляется рядом со мной с парой удостоверений личности в руках. Она передаёт их офицеру, а я оглядываюсь и вижу Крида, шагающего в мою сторону. Он не сутулится, он не ленив.