Ориентирование

Станич К.М.

Я засовываю руки обратно в карманы спортивных штанов и пытаюсь отогнать смутное воспоминание о том, как выпрыгиваю обнажённой из горячей ванны перед большой группой старшекурсниц, выходящих из раздвижных стеклянных дверей. Я помню себя… танцующей. И они смеялись. Но потом они всё равно раздеваются догола и залезают в горячую ванну.

Всё, что я могу сказать, это то, что мы все были леди и у нас были одинаковые вкусы.

Парни убьют тебя.

Я грызу ноготь на большом пальце и жду, когда Марни присоединится

ко мне в коридоре. Это место не выглядит полностью разгромленным. Здесь нет ни девушек, развалившихся на полу, ни явно разбросанных чашек. Спальня, в которой мы спали, должно быть, та самая, куда они затаскивают всех пьяных первокурсниц.

— Никто не остался здесь, чтобы понаблюдать за нами?

Марни кивает и указывает на себя.

— Я и та рыжеволосая девушка — Тори Как-То-Там. Она ушла некоторое время назад, и я её не видела. На самом деле… Я не видела её около четырёх часов.

— Хм.

Я пожимаю плечами и продолжаю идти по коридору. Если мне повезёт, я смогу украсть телефон какой-нибудь спящей старшекурсницы, использовать отпечаток её большого пальца или её лицо, чтобы разблокировать его, и вуаля. Мгновенное общение с ребятами. Честно говоря, я почти разочарована, что они не появились здесь прошлой ночью.

Думаю, мне всё-таки понравилось, что меня преследовал культ.

Парни никогда не отходили от меня ни на шаг, и мне это нравилось.

Теперь я могу делать такие вещи, как это, гулять одна с подругами или что-нибудь ещё.

Я заворачиваю за угол у лестницы, кладу руку на розу, вырезанную на столбе. За прошедшие годы она почти сошла на нет, но совершенно очевидно, какой она должна была быть. Я начинаю спускаться на ступеньку или две, прежде чем наконец поднимаю взгляд.

То, что я вижу внизу лестницы, потрясает меня до глубины души.

Я резко останавливаюсь, усиленно моргая, вдыхая резкий запах, гадая, очередная ли это шутка, или это несчастный случай, или… Марни начинает спускаться по лестнице справа от меня, её пристальный взгляд прикован к ступенькам, как будто она полностью погружена в свои мысли.

Я поворачиваюсь к ней, моя правая рука взлетает, чтобы прикрыть ей глаза, и в тот же момент я протягиваю руку, чтобы удержать её от движения вперёд.

— Эй, Марни, просто расслабься ради меня, хорошо? — я остаюсь неподвижной. Сохраняю спокойствие. Я остаюсь на месте, делая всё возможное, чтобы моя нервозность не проявилась в голосе. Я была в таких ситуация, делала это раньше. Видела мёртвое тело. Думала, что это тело принадлежит Спенсеру. Найденный мёртвым парень в храме в японском онсэне. Чуть не превратилась в труп в ночь моего выпускного бала.

Я выдыхаю и с трудом сглатываю.

— Я знаю, это прозвучит безумно или странно, но не могла бы ты просто посмотреть на что-нибудь, кроме лестничной площадки внизу, когда будешь оборачиваться?

— Я могу это сделать, — нерешительно начинает она. То ли потому, что я действительно

убедила её, что то, что там, внизу, — это не то, что ей нужно или что она хочет видеть… или она просто пытается не напугать кого-то, кого она теперь считает полным психом, я не уверена. Это не имеет значения. Это позволяет выполнить работу.

Марни полностью разворачивается, ожидая, пока я поднимусь обратно по ступенькам, чтобы встать рядом с ней.

— В чём дело? — спрашивает она меня, уперев руки в бока, её взгляд искоса и прищурено направлен на моё лицо.

Она готова драться, эта цыпочка.

— Там, эм, — на этот раз я засовываю руки в задние карманы своих спортивных штанов и стараюсь быть настолько спокойной, насколько это возможно. — У подножия лестницы лежит мёртвая девушка. Очень много крови. Думаю, это может быть та девушка, о которой ты только что упомянула.

— Тори Как-То-Там? — говорит Марни, и это почти забавно, что она называет её Тори Как-То-Там во второй раз, но потом… ну… Тори Как-То-Там мертва.

— Ага, рыжая с веснушками и голосом порнозвёзды… — тут я замолкаю и чувствую себя виноватой за то, что просто сказала это.

О… Боже мой, как эта девушка могла умереть? Здесь?! На этой грёбаной вечеринке!

Старшая школа была для меня безумием, верно? Я прошла через кое-какое дерьмо. Я не хочу проходить здесь через новое дерьмо.

— Она мертва, — повторяет Марни, и я киваю.

— Я уже видела мёртвого человека раньше; я полагала, что ты не видела. Я не хотела, чтобы ты так страдала.

— Я ценю это, — шепчет Марни, а затем она уходит по коридору, и я следую за ней. Она начинает хвататься за дверные ручки, колотить по тем, которые заперты. — Здесь мертвая девушка; кто-нибудь должен немедленно позвонить в 911.

Я запоздало задаюсь вопросом, видела ли Марни раньше мёртвого человека. Её отец, например. Но…

В конце коридора открывается дверь, и появляется лицо с растрёпанной светлой косой, перекинутой через плечо. Девушка с косичками — явный босс прошлой ночи — одета в блестящую фиолетовую майку, а прямо за ней стоит парень в брюках, которые явно не его, которые он, очевидно, натянул в самую последнюю минуту.

Значит… парням вход воспрещён, это было простым предложением?

— Что, чёрт возьми, ты несёшь? — она рычит, проносясь по коридору, как будто очень сильно ожидает, что это розыгрыш, и ей это не нравится. Я думаю, она могла бы дать пощёчину Марни, если бы была менее напугана тем, что это было на самом деле. — Где.

Это даже не вопрос.

Марни ведёт девушку с косичками к лестнице, в то время как парень в одолженных штанах почти трусцой следует за ней. Открывается ещё одна дверь, и появляется темноволосая девушка, которая прошлой ночью играла служанку. Она замечает парня в коридоре — это действительно выводит её из себя, — прежде чем посмотреть на меня.