Орбинавты
Шрифт:
— Друзья! — объявила Консуэло, хлопнув в ладоши. — Сегодня с нами не будет ни герцога Альба де Тормеса, ни дона Гутьерре, ни нашего французского друга Рене. Дон Фадрике сообщил, что хворает. Дон Гутьерре, как вам всем хорошо известно, находится сейчас при ее высочестве в Санта-Фе (при этих словах Алонсо вздрогнул), а наш всеобщий любимец и острослов, мсье Рене де Пуатье, будучи прилежным студентом, готовится к диспуту на факультете. Конечно, он бы запросто побил любого противника, проходи диспут на его родном языке, но, к большому сожалению Рене, диспут придется вести на латыни…
Рохас налил всем вина и подал хозяйке ее кубок. Консуэло поднесла его к губам, отчего обнажилась до локтя точеная, правильной формы рука. Алонсо отметил, что в ее походке и жестах присутствуют
— Стало быть, — продолжала хозяйка особняка, — сегодня нам не исполнить того трогательного вильянсико, который мы пели месяц назад. Ведь для него требуется четыре голоса. Хотя, если дон Антонио, вопреки своему обычаю, присоединится к пению, а наш новый друг Алонсо сможет быстро разучить одну из партий, у нас еще есть шанс.
К облегчению Алонсо, не блещущего музыкальными способностями, профессор риторики вежливо, но решительно отклонил это предложение. По просьбе присутствующих Консуэло взяла со стоящего рядом с креслом пуфа темно-коричневую лютню с изогнутым грифом и извлекла из нее несколько аккордов.
Постепенно игра становилась более изощренной, аккорды теперь чередовались с арпеджио и быстрыми переборами. Было приятно смотреть на движения тонких уверенных пальцев. Сделав небольшую паузу, женщина резко ударила по струнам и неожиданно запела. Ритмический рисунок музыки стал проще и в то же время приобрел зажигательность.
Песня была о любви юноши к девушке. Консуэло пела на простом, уличном кастильском, который на сей раз изумил Алонсо своей неожиданной поэтической образностью. Особенно ему понравилось непривычное слово, ласкательное от «неба» — «небушко», сьелито, —как герой песни называл свою возлюбленную. Флорентийский поэт сказал бы: «солнце», «солнышко».
Играет на лютне, знает латынь, ухожена, хороша собой, обладает манерами, знакома с людьми весьма знатными (герцог Альба, подумать только!) и весьма учеными (Антонио де Небриха — ни больше ни меньше!). Живет в очень большом доме, настоящем дворце. Кажется, не замужем. Принимает у себя мужчин. И все это в стране, где редкостью является женщина, просто умеющая читать. Где незамужняя девушка или вдова никогда не встретится с мужчиной без дуэньи.
Судя по всем этим признакам, Консуэло была утонченной куртизанкой. Вот только, насколько было известно Алонсо, таких в католических странах нет. Или уже есть? Быть может, Консуэло — первая? Что это за фамилия — Онеста [37] ? Возможно, на самом деле это — прозвище, ироническое указание на ее положение? А имя [38] ? Нет ли и в нем иронии и намека?
Песня была встречена возгласами восхищения со стороны слушателей. Все просили Консуэло спеть еще что-нибудь, но она потребовала, чтобы каждый из присутствующих прочитал теперь отрывки из своих сочинений или поведал какую-нибудь интересную историю.
37
Honesta (исп.), onesta (ит.) — честная, порядочная, скромная. Впоследствии так называли в Италии изысканных, образованных, утонченных куртизанок высшего света, чтобы отличить их от простых, необразованных и общедоступных проституток: cortigiana onesta — честная (достойная) куртизанка. Некоторые из них были известными поэтессами и философами, как, например, Туллия д’Арагона и Вероника Франко.
38
Consuelo (исп.) — утешение, отрада.
Первым, разумеется, был старший по возрасту и положению дон Антонио. Он рассказал, как в молодости учился в университете Болоньи, как был захвачен процессом проходящего в итальянских странах возрождения классических наук и искусств, как с тех пор мечтает о восстановлении классицизма и здесь, на Пиренеях. Прочитал небольшой
— Насколько я знаю, это первая книга, изданная на нашем полуострове новым типографским способом. Не так ли, дон Антонио? — спросила, слегка наклонившись в его сторону, Консуэло. И опять от Алонсо не ускользнула тонкая пленительность ее движений. В них не было ничего лишнего.
— Да — подтвердил со смущенной улыбкой Небриха. — Чего только я ни делал, чтобы скрыть свою деятельность печатника. Ведь профессора не вправе зарабатывать деньги вне университета. Что толку? Все равно все знают. Да и как скроешь? Впрочем, власти университета проявляют снисходительность и не указывают мне на это нарушение. Если же укажут, передам типографию сыновьям.
Дон Антонио рассказал, что почти завершил работу над двумя новыми книгами и в скором времени намерен их издать. Это «Кастильская грамматика» и «Латинско-испанский словарь». Под «испанским», используя древнеримское название Иберии — Hispania, автор подразумевал вальядолидское наречие кастильского языка.
— Я полагаю, что это самая чистая и возвышенная разновидность всех наречий, на которых говорят в различных областях Кастилии, Леона, Арагона, Каталонии и Андалусии. Думаю, именно вальядолидское наречие должно стать общим языком объединенного королевства, и надеюсь, что это название — «испанский язык» — станет когда-нибудь общепринятым [39] .
— Позвольте мне выразить восхищение вашим титаническим трудом, дон Антонио! — воскликнул Алонсо. — Ведь до сих пор никто никогда не описывал современных языков, наследников латыни. Подобных сводов грамматики нет ни в одном из государств Италии, их нет ни в Португалии, ни во Франции, ни здесь!
39
Так и произошло.
— Благодарю вас, молодой человек, — благожелательно ответил довольный похвалой лексикограф. — Будем надеяться, что публикация этого труда не настроит против меня ни корону, ни церковь. Ведь все новое порой видится опасным.
— Если бы вы боялись опасностей, вы не были бы Антонио де Небрихой. — Голос Консуэло был настолько ласков и приятен для слуха, что порой казалось, будто она не говорит, а продолжает петь.
Наступила очередь студента-юриста, и Алонсо наконец узнал, почему Рохас чувствует себя в литературном кружке как в своей стихии. Как оказалось, в свободное от учебы время он сочинял роман в диалогах под названием «Комедия о Калисто и Малибее».
— Почему вы называете ваше произведение романом, а не пьесой? — поинтересовалась Консуэло.
— Разумеется, это пьеса, и я надеюсь, что ее когда-нибудь будут ставить на сцене, — ответил Рохас. — Да только, по моему замыслу, в этой пьесе будет не менее шестнадцати актов. Такой объем сближает ее с романом.
— Как далеко вы продвинулись? — спросил Небриха.
— Я написал совсем мало. Почти уверен, что от завершения труда меня отделяют многие годы [40] . Но это меня нисколько не смущает, поскольку творческая работа доставляет мне немало радости. Зачем же мне ее укорачивать? Но я не уверен, стоит ли зачитывать отрывки из незавершенного текста.
40
Первое издание вышло только в 1497 году, то есть через 6 лет после той осени, когда христианские войска осаждали голодающую Гранаду. В расширенном виде трагикомедия Фернандо де Рохаса, переименованная в «Селестину», была опубликована в 1502 году. Впоследствии удостоилась восторженной оценки Сервантеса. Считается первым романом испанского Возрождения. «Селестина» оказала заметное влияние на развитие европейской драмы и романа. В 1996 году под тем же названием в Испании вышла экранизация «Селестины» с Пенелопой Крус в главной роли. В 2001 году в московском театре «Современник» режиссер Николай Коляда поставил спектакль «Селестина» (с участием Лии Ахеджаковой).