Опаленная колыбель

Тропов Иван

– Некоторым людям, – говорит высокомерно, – свойственна неблагодарность.

Меня от такой наглости даже оторопь взяла. Не сразу в себя пришел.

– Чего-о?! – тяну угрожающе. – Да если бы не я, ты бы сейчас на заярской базе Шутемкова в ошейнике пасся! Жертвенная овечка для очередной атаки диких роботов!

Смутился Дымок.

– Мне кажется, – бормочет, – ты тоже кое-что забыл, Серж. Встретил бы ты Анну, если бы мы остались в Ангарске?…

Я только ртом хлопаю. Умеет он акценты расставлять, паршивец!

Но

я ему тоже не последний лох.

– Не зарывайся, Дымочек, – говорю. – Анну я мог и не встретить. А вот погибнуть мы могли. И не раз!

Но Дымок только плечами пожимает и все равно не соглашается. И снова умничать начинает. А уж как при этом выражается…

Долго я не выдержал.

– Ладно, Дымок, – его останавливаю. – Черт с тобой! Хочешь общаться с Дядюшкой Сэмом – я тебя за язык держать не буду. Валяй!

Все равно у него ничего не выйдет.

Нет, я, конечно, в братишку верю и все такое – но всему есть пределы. Если парни вроде Фейнмана за сотню лет ничего не смогли добиться, то и Дымок не сможет. Тем более – без всякой подготовки, на одном только голом желании всем нос утереть. А все его выступления про пользу нестандартных подходов – так их даже на старенький станнер не сменяешь.

Видно, Дымок по моему лицу все эти мысли лучше чем на мониторе прочел. Ну и обиделся, ясно.

– Думаешь, не смогу? – заводится.

– Не сможешь, Дымочек, – говорю. – Не сможешь. Там, на Хоккайдо, случайно так получилось, что торговцы столько времени ошибались. А с этим Дядюшкой Сэмом никаких ошибок нет. Вон, в лунной колонии, Фейнман говорит, даже запись последних доконфликтных секунд осталась. Так что нечего тут наизнанку выворачивать, как ты любишь.

Совсем Дымок пунцовеет.

– Пари, Серж? – прищуривается.

Тут у меня, как интелы выражаются, ассоциативный ряд нехорошо завершился. Самым паршивым предчувствием, если на русский перевести. Один раз я с братишкой уже поспорил совсем недавно…

И дело даже не в том, что спор я ему тогда проиграл. Спор-то – фигня. А вот побочные последствия у того спора… Вся жизнь наперекосяк! Как бы и в этот раз чего подобного не вышло…

Не, фигня! Слабо Дымку интелов с лунной базы переплюнуть и Дядюшку Сэма переубедить!

И спуску в подобных спорах ему больше давать нельзя. И без того братишка выше крыши зазнался!

– Ну да, – ухмыляюсь. – Если отговоришь Дядюшку Сэма посылать на наш континент диких роботов, с меня петафлопсный комп.

Но Дымок не теряется.

– А он у тебя есть, Серж? – в ответ скалится.

Каков, а?

Но да и я ему не контур с импедансом, чтоб так меня тестировать!

– Если ты Дядюшку уломаешь, – говорю, – достану я тебе комп. Хоть петафлопсный, хоть эксафлопсный.

Я бы и еще круче пообещал, да нужных приставок дальше не знаю – не увлекался я этим в школе. Да тут любой комп сойдет – все равно Дымку Дядюшку Сэма не переспорить!

Я думал, он хоть

теперь смутится, но он ни в одном глазу.

– Ловлю тебя на слове, Серж, – говорит серьезно.

Ну и как такого на место поставить?

Но Дымок уже и сам сообразил, что зарвался до неприличия.

– Конечно, Серж, – начинает смущенно, – ты понимаешь, что первая попытка не в счет? Сначала я только попытаюсь проверить, насколько крепки позиции Дядюшки. А уже потом буду искать пути, как можно обойти…

– Да понимаю я все, Дымок, – говорю.

Все я прекрасно понимаю. На попятную братишка пошел. Но добивать мне его не охота – не люблю я это…

Но у Дымка никакой благодарности. Пожимает он плечами – и опять в свой комп утыкается.

Ну и пусть его. Обломается он, конечно, с Дядюшкой – зато наука на будущее. Меньше зазнаваться будет.

Обнял я Анну нежно – и тоже заснул.

На подлете к Империи Дымок нас разбудил.

Глянул я на него, и мигом напрягся – на Дымке лица нет.

– Случилось чего, Дымок? – спрашиваю.

А потом вспомнил. Мы же с ним про Дядюшку Сэма спорили. Вот отчего он мрачный такой – здорово обломался, видно…

– Ну что, Дымочек, – говорю, – слабее ты лунной колонии оказался?

Но Дымок бормочет что-то неразборчиво и в сторону отворачивается.

Ладно, зазнайка…

Не стал я его добивать. Да и некогда уже. Рассвет начинается, и на мониторах видно, что к Москве подходим – стеклянная прогалина на горизонте уже показалась.

И не одни мы к городу подходим. Справа и слева от нас по паре «Скатов» к Москве идут. Случайно – или?…

Нет, не случайно. Строго параллельным курсом идут. Ненавязчиво, в двадцати кмах – но явно сопровождают. С чего бы такая честь?

Чувствую, Анна напряглась. Страшновато ей после всего в Империю возвращаться – это же после ее похищения все и закрутилось. Да еще этот эскорт подозрительный…

Обнимаю ее нежно.

– Дрожишь? – шепчу шутливо.

Улыбается она – старается, чтобы не заметно было, что ей страшно. Но мне вот заметно…

– Не бери в голову, – шепчу ободряюще. – Я теперь член Торговой гильдии, император не рискнет с нами ничего сделать. Иначе ему со всей гильдией придется разбираться.

Анна снова улыбается – но мне-то видно, что все равно волнуется…

Да мне и самому страшновато… Торговцы, оставшиеся в столице, передавали на базу под Хоккайдо, что у них все нормально. Вот только где гарантия, что не под дулами станнеров?

В туннель нас без всяких переговоров впустили. И видно, даже не в позывных Торговой гильдии дело – ждут нас. Знает императору уже, что мы ему симы везем? Хорошие у него шпионы в Конфедерации…

В таможенном ангаре нас даже не проверяют. Таможенники у стеночки толпятся обиженно, не у дел. А нас два исбиста в высоких званиях встречают. Сразу на стоянку препровождают, без всякого досмотра.