Он/Она
Шрифт:
– Это имеет значение? Я твой муж, ты обязана мне помогать.
– Тогда я скажу – около тридцати миллионов. И где они? Можешь сказать? Отчитаться хоть за один, за все не прошу.
– Ты никогда не спрашивала… – теряется Игорь.
– Спрашиваю сейчас. Я тебе даю не деньги отца, это мои деньги. Мой личный счёт, полученный когда-то от папы и приумноженный моими усилиями. Хочу знать.
Муж растерян, будто его застали врасплох за каким-то мерзким занятием и он прямо сейчас придумает варианты, чтобы оправдаться, очиститься
Секунда, вторая, третья… Он весь подбирается, расправляет плечи, в глазах появляется привычная мягкость, и уголки губ дёргаются в слегка уловимой улыбке. Прежний Игорь вернулся, но мне не показалось – я знаю, что видела.
– Любимая, зачем тебе эти бессмысленные цифры? – подходит, упираясь в столешницу ладонями по обе стороны от меня. – Разбираться в документах, расчётах? Для этого есть специальные люди… те, кому я за это плачу… – проводит губами по шее, опускаясь в ямку под ключицей, проводит языком, опускается в ложбинку декольте, горячо выдыхая. – Это тебе не нужно, я сам всё решу… сам… – ныряет ладонью под блузку, поднимая лиф, накрывает полушария груди, сжимая соски между пальцами. – Главное, сейчас вложить деньги, чтобы раскрутиться, нужно ещё немного… два миллиона… ты же поможешь мне… – прикусывает мочку уха, слегка, проникая влажным языком.
– Я. Хочу. Увидеть. Бизнес-план, – отчеканиваю каждое слово как можно твёрже.
Игорь замирает с ладонью на моей груди и с языком в ухе. Ещё неделю назад его подход действовал на меня безошибочно: одной рукой я его обнимала, а другой вводила количество нолей для перевода. Но сейчас нет. Разговор с Катей и отцом что-то переключил внутри меня, пока не понимаю, что именно.
Я и до сегодняшнего дня слышала недовольство папы и придирки подруги, отмахиваясь от всего, как от назойливых противных мыслей, но именно слова отца и беседа о ребёнке подстегнула меня добраться до настоящего Игоря, такого, каким он является на самом деле.
Проанализировав наши отношения в последнее время поняла, что не очень-то он и желал появления детей в нашей семье, скорее, просто потакал мне в переживаниях, подбирал, конечно, слова утешения и вселял надежду, но сам ничего не делал и делать не планировал. И почему раньше до меня это не доходило? Почему розовые очки начали сползать с моего носа только сейчас, спустя пять лет брака?
Резко отстраняется, выпуская из плена своих объятий.
– Хорошо, будет тебе бизнес-план, – делает мне одолжение. Идёт на компромисс, словно сдаётся, не сумев отстоять свою точку зрения. – На этой неделе привезу.
Засовывает руки в карманы домашних брюк, подбирается, напрягая тело.
– Не забудь, в субботу мы идём на выставку новых технологий. Вместе, – напоминаю, отворачиваясь к разделочной доске. – Папе не понравится, если я приду одна.
– Твоему папе всё не нравится.
– Неправда, ему не нравишься только ты.
Стою спиной к мужу, но чувствую сверлящий, яростный взгляд, пронизывающий меня насквозь. Я впервые говорю
Я устала оправдывать его перед всеми. Он взрослый мужчина, мой муж; это меня должны оберегать, меня окружать нежностью и заботой, меня закрывать от всего мира широкой спиной, а получается совсем наоборот.
Слышу удаляющиеся из кухни шаги и только теперь выдыхаю свободно. Я смогла. Смогла впервые отказать ему, потребовать хоть что-то взамен тех круглых сумм, что он просит. Игорю моё поведение не понравилось, ну что ж, пусть привыкает, теперь я буду спрашивать постоянно, теперь могу.
Когда с салатом покончено, возвращаюсь в спальню, освещённую одиноким ночником с моей стороны. Игорь спит, ровно посапывая на кровати.
Укладываюсь, неосознанно всматриваясь в мужчину, что лежит рядом. Красивое лицо, несомненно привлекающее женщин, русые волосы, карие глаза с пушистыми ресницами. Ухоженное натренированное тело приковывает внимание. Сразу видно, себе мужчина не забывает уделять время, проводя в спортивном зале по несколько часов. Многие бы сказали – красив.
Но! Сегодня, когда Игорь покрывал моё тело ласкающими поцелуями, я не отозвалась внутри привычным трепетом, не дрожала в нетерпении его прикосновений и продолжения близости. Словно охладела вмиг, потеряла интерес и отодвинула его от себя. Именно это помогло мне сказать ему «нет», бездумно на всё не соглашаясь. Что со мной происходит?
Ночью просыпаюсь от того, что по комнате прыгает маленький кружок света, противно бьёт по глазам, раздражая. Протянув руку, понимаю, что телефона рядом нет. Шарю рядом, затем под подушкой и дальше, под своим телом.
Выхожу на кухню, застав прелестную картину: Игорь в одних трусах копается в моём смартфоне.
– Помочь с поисками? – Муж подпрыгивает от неожиданности, роняя телефон.
Поднимаю мобильник и, перевернув, смотрю на открытое банковское приложение, которое просит подтвердить операцию перевода.
– Денег я не дала, решил сам взять? – жду ответа. – Не получится. Для перевода любой суммы с моего счёта нужно кодовое слово, которое ты не знаешь.
– Я не то… ты не так поняла… Вась, не то… – мямлит, пойманный на месте с поличным.
Я разочарованно кручу в руках телефон. Игорь не знает, но, выйдя от Кати, тут же поменяла все пароли. Не знаю почему, будто под руку кто-то подталкивал, направляя. Сменила всё и везде. Новым паролем стало придуманное имя для желанной дочери – Злата. Но Игорь никогда не интересовался, как бы я хотела назвать детей, поэтому даже предположить не может.
– Ты думаешь, я бы не заметила исчезновение пары миллионов? На моём счету не так много средств, чтобы не заметить пропажу суммы с шестью нулями.
– Вась, я объясню, – встаёт мужчина, собираясь оправдываться.
– Бизнес-план, и точка, – разворачиваюсь, направляясь в спальню досматривать радужные сны в мягкой постели.
Глава 5
Герман
– Лика! – Мой голос эхом проносится по пустому холлу большого дома.