Он/Она
Шрифт:
Тишина. Как всегда, когда я возвращаюсь из офиса поздно вечером. Даже прислуга разбежалась по углам, или просто все заняты своими делами. Все, кроме моей жены.
– Лика! – окликаю жену, поднимаясь на второй этаж.
Сворачиваю направо, в её крыло, замечая свет, пробивающийся в щель приоткрытой двери. Что за глупая привычка не отзываться в ответ. Не так часто мы разговариваем, понятно же, что зову не просто так.
– Ты оглохла? – открыв нараспашку дверь, наблюдаю Лику, раскинувшуюся на большой кровати с телефоном в руках. Привычная картинка, ничего не меняется.
Она устало поднимает на меня глаза, не забывая лениво чиркать пальчиком по экрану смартфона. Стеклянный взгляд – никаких эмоций. Кукла. И выглядит так же.
– Мне сегодня пришёл странный счёт из клиники пластической хирургии, – начинаю издалека. – Мы, помнится, договорились, что с операциями покончено. Или я что-то упустил? – вхожу, опускаясь в глубокое кресло напротив жены.
– Я решила сделать ещё одну, последнюю, – поднимается на кровати, занимая удобную позу, открывая вид на грудь непонятно какого размера.
Шестой? Седьмой? Какая мне разница? При любых раскладах – трогать это я не хочу.
– Просвети.
– Хочу удалить нижние рёбра. Для сужения талии. Мне нужно совершенство! – проводит ладонями вдоль своего тела.
Я кривлюсь. Уже давно откровенно и неприкрыто. Мне плевать, какие эмоции вызывает моя брезгливость у Лики – моё мнение она знает.
– Уродливое совершенство? Впервые о таком слышу, – хмыкаю.
– То, что не привлекает тебя, поверь, привлекает многих других. На вкус и цвет, как говорится… Мне нравится то, что я вижу в зеркале, считаю себя красивой – со всех сторон. Вера и Марго уже сделали подобные операции – смотрится великолепно! Я тоже хочу, как они!
– Знаешь, я когда на вас втроём смотрю, не понимаю – вам рожи под копирку делают? Есть какой-то образец для всех – вот так, и никак иначе? Грудь, задница, рёбра, губы, скулы, нос… Что ты там ещё изменила в себе?
– Гера! Это красиво! Надеюсь, счёт ты подписал? – подаётся немного вперёд, демонстрируя запредельные формы.
– Подписал. Потому что плевать, как ты выглядишь. Я надеялся, что психолог поможет тебе разобраться с навязчивой идеей перекроить своё тело ещё тогда, после третьей операции, но сейчас понимаю – любой специалист бессилен, потому что ты и твои подруги, насмотревшись на «идеальных» баб в сети, просто мечтаете выглядеть, как они. Лечить мозги можно только тогда, когда они присутствуют, а у тебя здесь, – стучу по голове пальцем, – вакуум.
– Оставь свои оскорбления при себе! Моё тело – делаю с ним всё, что хочу! Не нравится – разводись!
– Легко! Прямо завтра. Вот только есть проблемка, милая жена. При разводе по брачному договору я обязан отдать тебе треть бизнеса. Это та часть, которую влил в мою компанию твой отец пять лет назад, чтобы я смог поднять с колен компанию семьи. А ты, в свою очередь, при разводе должна оставить мне наследника. Свои обязательства я могу выполнить прямо сейчас, а ты? – прищуриваюсь, понимая, что снова срываюсь в бесконечный и бессмысленный спор.
Лика поджимает свои губёшки, конечно, насколько это вообще возможно поджать. Расправляет
– Я сразу тебе сказала, что чайлдфри! Ещё пять лет назад. Я не хочу детей, не вижу себя матерью, не желаю обременять свою жизнь орущим младенцем. Даже не представляю, что по доброй воле могу изуродовать собственное тело беременностью, после которой останутся растяжки и обвисшая грудь. И всё ради чего? Ради твоей прихоти стать отцом? Ну не-е-ет! Много раз предлагала тебе услуги суррогатной матери. Ты отказался.
– В нашем с тобой договоре прописано, что жена сама должна мне родить ребёнка. У тебя есть копия, просмотри ещё раз. Не помнишь, как читать, попроси своего адвоката разжевать каждое слово. Выход есть. Мы много раз обговаривали какой.
Три, два, один…
– Нет! И ещё раз нет! – вскакивает, наворачивая круги по комнате.
Немного подпрыгивает от злости, разрывающей её, отчего искусственные сиськи подпрыгивают по инерции. Выглядит смешно. Прыскаю, наслаждаясь убойной картиной.
– А на что я буду жить? А? Дорогие магазины, развлечения и операции? Моё тело нуждается в самом лучшем уходе! После обмена – часть бизнеса на несуществующего наследника – я останусь ни с чем! – топает ножкой, замирая напротив.
– Это разрешимо. У меня есть небольшая компания, которую я могу отписать тебе. Включайся в дело, развивай и получай прибыль. Всё просто. Сейчас, в мире рыночных отношений, женщины наравне с мужчинами участвуют в большой игре. Никто уже не крутит носом от вида бизнес-леди, скорее наоборот, женщина-управленец – гарант партнёрских отношений. Хотя, – демонстративно обвожу жену взглядом, – в твоём случае эффект будет, скорее, обратным.
– Ты издеваешься? – верещит Лика. – Я в этом ничего не понимаю! И не хочу. Не желаю работать, не желаю копаться в бумажках и цифрах.
– Найми человека, который будет управлять делом вместо тебя.
– Ему нужно платить! У меня нет денег.
– Я выплачу тебе компенсацию после развода, приличную. Ну или найди состоятельного мужика, который позарится на эту «красоту», – тыкаю в неё пальцем.
Откровенно наслаждаюсь, как Лика пыхтит, изображая девицу в гневе. В конце концов ей придётся согласиться на мои условия. Детей у нас не будет. Я давно уже не хочу. Не с ней.
– Уже нашла! – вырывается у неё, видимо, случайно.
– Ну вот же, вот, значит, проблема решена? – подаюсь вперёд. Как же мне хочется, чтобы она сказала «да».
– Нет, – поджимает губы. – Пока нет. На всё нужно время. А пока я твоя жена!
Чёрт. А я надеялся. Почти обрадовался, что Лика свалит из моей жизни, прихватив свои искусственные сиськи, задницу и пару камазов шмоток.
– Если ты пока моя жена, напоминаю правила: на людях мы идеальная супружеская пара – заботливая, нежная и понимающая друг друга; в остальном – каждый живёт, как пожелает, спит, с кем пожелает. Никаких фоток в соцсетях и появлений с кем-то другим в общественных местах. Не желаю, чтобы мою фамилию полоскали все, кому не лень.