Окончательный расчет
Шрифт:
— Нет у тебя оснований так считать… Во всяком случае, пока! — рявкнул Турецкий. — И вообрази Костино лицо, если я попрошу его перевести из спецфонда Генпрокуратуры, пусть и временно, сумму, фактически почти весь этот фонд и составляющую!.. А если мы тянем пустышку и эта бабенка ничего полезного помимо того, что уже сказала, назвав какого-то там Панченко, которого еще искать надо, больше не знает?! А при этом возьмет да и снимет сумму, обналичит и свалит куда-нибудь из-под носа… Альберт, вы думаете, она и впрямь так глупа, что поверила
— Сан Борисыч, ты можешь меня выслушать? — Денис тоже слегка повысил тон. — Ну и славно… Совсем она не глупа, и в «любовь» вряд ли поверила. А вот на деньги купится точно! Добавь к этому перспективу столичной роскошной жизни. А что касается того, в курсе она или нет дел «Щита»… Ты не забыл, что она спит… спала с обоими — и с Василием, и с Мозолевским?.. Сам говоришь — баба не дура. Даже если никаких тайн ей не выдавали, сама догадалась… Конечно, если было о чем: я имею в виду Шмелева. До сих пор надеюсь, что наш клиент — Мозолевский… И действует за шмелевской спиной… Уж в том-то, что с ним дело и впрямь нечисто, надеюсь ты после просмотра Галкиной записи не сомневаешься?
— Не сомневаюсь! Но на твою просьбу ответ по-прежнему тот же: нет! Своими счетами распоряжайся как угодно. Но на большее не рассчитывай, Денис.
— Своим я уже распорядился, деньги будут переведены завтра с утра…
— Смотри без штанов не останься, — хмуро бросил Турецкий. — Ничего, выкрутитесь: скажете, остальная сумма придет позже, мол, в несколько приемов набираете, с разных счетов… В целях конспирации. С этим все!
Денис вздохнул, но разговор на эту тему продолжать не стал: он достаточно хорошо знал Турецкого, чтобы понимать, когда это и впрямь бесполезно. Кроме того, пожалуй, впервые в жизни Денис почти готов был признать нынешнюю свою затею с Альбертом не самой удачной…
— Теперь далее. Завтра я уезжаю. Сведениями о Мозолевском занят твой дядюшка, как только что-то будет — сообщу… Хотелось бы знать, кого этот гаденыш шантажирует еще, но это уж как повезет…
— Лично мне интересней, что именно заснято на видеокассете, которой Мозолевский махал перед носом Фомина.
Турецкий усмехнулся и покачал головой:
— Вряд ли до нее возможно добраться, разве что взять этого типа с ней в руках.
— Где-то же он ее хранит, — задумчиво бросил Денис.
Александр Борисович пристально глянул на Грязнова-младшего и усмехнулся:
— Ну-ну! Дерзай!.. И все-таки правильно решил Валера приставить к твоему дружку Василию Яковлева, Курбатов прав! А сам он пускай продолжает изучать здешний уголовный архив… Впрочем, все это я уже им обоим сказал еще вчера… Ладно, мне пора в гостиницу, а ближе к вечеру тронусь в сторону дома, Костя ждет не дождется моего прибытия…
— Вот потому-то, — усмехнулся Денис, — я и предпочитаю собственную фирму: терпеть не могу над собой начальство! Даже в виде старого друга-приятеля!
— Между прочим, — насмешливо
— При чем тут гордыня? — Денис обиделся почти всерьез. — Какая тут гордыня, дядь Сань, если я пашу вместе с ребятами?!
— Так пока и не выяснил, кто следит за Померанцевым?
— На данный момент никто, мамой клянусь!
— Чуть не забыл! — Турецкий, уже направившийся было к дверям, тормознул на пороге. — Пришли завтра до обеда кого-нибудь из своих в этот самый «двойной люкс»… Надеюсь, приборчики все у тебя с собой?..
— Думаете, они рискнут, после того как вы им в лоб насчет прослушки залепили?..
— А кто тебе сказал, что любопытством страдает именно прокуратура, вообще представители здешних органов?.. Между прочим, администратора Пименов вчера прямо на моих глазах уволил… Не исключено, что это хорошо разыгранный спектакль. Тем не менее ярость этого стручка была неподдельной.
— Еще бы!.. А то, что тут как минимум менты задействованы… Вы что, забыли, на чем их Володя засек? Как раз на заказанном для него пропуске в УВД — вместо пропуска для Романовой.
— Ничего я не забыл. Просто, в отличие от тебя, рассматриваю не один-единственный вариант, при котором это могло произойти! Кстати, в данный момент постоянные пропуска и в ментуру, и в Генпрокуратуру выписаны на всю опергруппу… То бишь временно-постоянные.
— Ясно… Завтра с утра пошлю в ваш люкс Филю. И если прослушка, причем куда более высококлассная там тоже имеет место…
— Я почти не сомневаюсь в этом, друг мой Денис. Но уж позволь, тут мы сами сообразим! Не ты один у нас интересные сценарии сочинять мастак! — Турецкий бросил красноречивый взгляд на молчащего, мрачного Альберта.
— Вы правы, — Денис скромно потупился. — Прекрасная возможность для диффамации…
— Умный! — кивнул Сан Борисыч. — Но как ни приятно было мне твое общество — пора… Дядюшке что-нибудь передать?
— Ну разве что уверения в по-прежнему горячей любви племянника! — улыбнулся Денис. И уже серьезно добавил: — Как только что-то новое появится, отзвоню сразу же.
Спустя несколько минут, распрощавшись с Турецким, Денис вернулся на кухню и сочувственно глянул на Альберта.
— Кончай депрессировать, Бертик. — Грязнов-младший уселся напротив своего самого молодого и, несомненно, самого красивого сотрудника. — Каюсь, на этот раз я, как выразился бы Сан Борисыч, сочинил не самый удачный сценарий…
— Так он и выразился примерно так, — вяло улыбнулся Вронский.
— Н-да… Но теперь говорить об этом поздновато, верно?.. Теперь, думаю, нам поневоле придется, пользуясь терминологией все того же Сан Брисыча, «выкручиваться»… Слушай меня внимательно, но на ходу вполне можешь вносить в качестве дополнительных собственные предложения.