Охота за тенью

Velena А.

Я повернула голову в его сторону.

– Не помнишь?

– Очнулся, когда уже тебя укусил.
– Тихо признался вампир и ненадолго поднял глаза. Я отвела взгляд и посмотрела вверх, на кусочек звездного неба, не закрытый от меня ветками.

– Не вижу смысла обсуждать. Сама виновата. Совсем забыла про твое заклинание. Да что там.
– Я качнула головой.
– Забыла даже, что ты не человек. Будет мне уроком на внимание. С тем же успехом я могла потерять не блок, а что посерьезнее.

– И все-таки что-то изменилось.
– Он смотрел на свои руки.
– Ты смотришь по-другому. Словно только сейчас поняла, кто я

такой. Я чувствую. Ты меня боишься.

Меня почему-то пробрало от грусти в его голосе.

– Даже не знаю.
– Тихо призналась я.
– Я будто сбита с толку. Да, ты вампир. Недавно обращенный и очень голодный. И об этом никогда нельзя забывать. Но я забываюсь именно потому, что ты меньше всего похож на хищного кровопийцу.

– А на кого я похож?
– глухо спросил Рен.

Я снова пожала плечами. Гамак так уютно покачивался, сверчки где-то далеко мелодично стрекотали, наверху мерцали звездочки, и это так не вязалось с нашим разговором... Вот бы просто сидеть как сейчас, рядом, и молчать, каждый о своем. Но ему сейчас явно было не по себе. И я не могла оставить молодого вампира наедине с мыслями.

Я посмотрела на его лицо, вполоборота ко мне, и сказала правду:

– Ты похож на человека, который в тяжелой ситуации все равно старается не забыть, кто он такой. И до сих пор держится за прошлое, потому что разделил всю свою жизнь на до - и после. И теперь тебе страшно думать о будущем.

Он молчал. Мне хотелось как-то его успокоить, но я не решилась подвинуться ближе.

– Ты похож на вампира, который отторгает себя самого, и в любой ситуации стремится не терять достоинства, думая, что это приближает его к человеку, хотя это всего лишь проявления его самого, какой есть.
– Подумала и добавила: - А еще ты похож на того, кто для себя с чем-то окончательно определился.

После паузы он выдохнул и растерянно спросил:

– Думаешь, определился?

Я еще раз пожала плечами, глядя на выплывающую из леса луну, похожую на бледное яблоко. Совсем скоро пик ее роста. Так что нет у меня времени добираться до вампирьего клана. А ему сейчас как раз нужна поддержка. Вампиры хоть знают, как обращаться с такими как он, а мне что делать? Единственное, что я знаю - лучше не врать.

– Ты словно ответил на какие-то внутренние вопросы. Это чувствуется. Я не знаю, какими были вопросы, и выпытывать не стану. Я не лезу в чужое личное пространство.

– Спасибо и на том.
– Задумчиво отозвался Рен. Судя по тону, легче ему все равно не стало.

– Тебя что-то продолжает тяготить. Признаешься?

Он, кажется, вздрогнул. Медленно повернул лицо, посмотрел на меня.

И вот хоть убейте, не пойму почему, но я почувствовала, что под таким прямым взглядом начинаю краснеть.

– В чем именно?
– поинтересовался он с оттенком сарказма. Я поерзала, укладываясь удобнее, спрятала зябнущие ладони под покрывало и улыбнулась.

– Ну, я не священник, так что обо всех своих прошлых грехах можешь не говорить. Расскажи, что можешь.

Он отвел глаза в сторону, словно собираясь с духом.

– Никогда не был на исповеди, и никогда не хотел. Стыжусь своих грехов.
– Лаурен невесело усмехнулся.

– Тоже неплохо: первый признак раскаяния. Ты и не думай, что это исповедь. Я просто хочу помочь, выслушать... Рен? Что такое?

Он пошевелился, вздохнул, продолжая смотреть в сторону. По тому, как он медлил, я поняла,

что говорить ему тяжело, но то, что он пытается сказать, не дает покоя.

– Мне страшно.
– Наконец, признался он.
– Понимаю, что ты пытаешься меня успокоить, и веришь в то, что я еще человек. От этого страшнее становится то, во что я могу превратиться.
– Он покачал головой.
– Тогда, когда я тебя укусил... Я до того ни разу не пробовал крови. И я даже не представлял, каково это.

Он перевел взгляд на меня, глаза у него снова засветились алым.

– То, что было со мной, это...
– Он запнулся, прикрыл глаза, с усилием вдохнул, пытаясь успокоиться.
– Я даже слов не подберу, чтобы описать. Ни с какой жаждой, ни с каким голодом не сравнится это безумие. Я... Я не думал, что поддаться ему так легко.

Он замолчал, тяжело глядя на свои сцепленные руки. Я хотела протянуть к нему руку, коснуться, чтобы дать понять: я рядом, я слушаю. Но не решилась. Я не была уверена, что ему нужна моя поддержка.

– Хорошо, что это длилось так недолго.
– Рен вздохнул.
– Хорошо, что меня ударило этим блоком... что бы это ни было. Потому что если бы не это... Я бы не остановился. Даже не подумал.

Он поднял глаза на меня.

– И ведь я понимал, что происходит. Знал, где я и кто я. Но это было так неважно, по сравнению с голодом, что я не мог думать вообще ни о чем другом. И забыться было так легко, что теперь страшно вспоминать. Насколько это просто, превратиться в чудовище. Я безумно рад, что у меня ничего не получилось. Но твое заклинание не вечно, и я могу сорваться снова. И ничто меня не удержит. Так что... Ты лучше бойся меня. Плевать, что я сам по этому поводу думаю. Тебе так будет безопаснее.

И опять эта грусть в голосе... И при этом он думает, что я могу принимать его за чудовище.

Повидала уже настоящих чудовищ.

– Рен...

– Не надо.
– Он досадливо покачал головой. И не дав спросить, чего именно не надо, тут же ответил.
– Утешать меня и жалеть. Мне не шесть лет, и с этим я свыкнусь сам. Но тебе следует знать, с кем имеешь дело.

– А то до этого не знала!
– Не выдержала я. И когда он развернулся с готовой тирадой, прервала его на вдохе.
– Я понимаю, каково тебе сейчас. Что именно тебе приходится осознавать. Но для меня это не новость. Не ты первый, и наверное, не последний. В вампиров обращали многих. Рен, я хочу чтобы ты понимал - Я выставила ладонь.
– Тебе только в клане смогут объяснить толком, как с этим бороться, но даже я знаю, что это нормально. Ты с момента инициации ничего не ел, обратили тебя совсем недавно, да при этом то, что ты без блока ухитрился говорить осмысленной речью, уже достижение! И это пройдет. Кровь успокоится, ты привыкнешь к новому состоянию, и станет гораздо легче.

– Ты ведь слушала, что я до этого говорил?
– С досадой переспросил он.

– Слушала, и услышала. Но как я тебе уже рассказывала, я отучилась бояться.

Я ожидала, что он начнет спорить, но со мной сейчас говорил не совсем тот Рен, который с утра огрызался на любое слово. Разговор будто отнял у него все силы. Он внимательно посмотрел на меня, уже спокойней пожал плечами и вернулся в прежнее положение, спиной к стволу яблони.

– Надеюсь, ты права.

– Вот увидишь. А за меня не бойся.