Огонь ласкает
Шрифт:
В этот день я не ожидала встретить Саймона еще раз сегодня, так как мне предстояло встретить Марию с поезда без десяти семь. То, что он позвонил и предложил забрать меня в пять на квартиру, оказалось приятным сюрпризом.
— Кстати, о Жаклин, — сказала я неожиданно, когда мы уже подошли к его дому. — Я не хотела проявлять излишнее любопытство. Хотя, наверно, именно так тебе и показалось.
— Ты совершенно права. Поэтому мы здесь.
Когда
— Я хочу рассказать тебе о смерти Жаклин. Ты собираешься выйти за меня, ты имеешь право знать. — Его тон не подразумевал возражений, поэтому я села и приготовилась его слушать. — Я также расскажу об этом твоему отцу. Когда ему станет лучше… Хотя, может, он давно все уже знает. — Я удивленно ахнула. — Дублин городок маленький, и многие люди знают слишком много, — продолжил он. — Я не хочу, чтобы между нами осталось недопонимание.
Мне показалось необычайно странным то, что он говорил абсолютно серьезно, без обычных колкостей.
— Смерть Жаклин произошла не по естественным причинам. Она долго страдала бессонницей, и врач прописал ей лекарство. Она всегда легкомысленно относилась к таким вещам и, должно быть, принимала слишком большие дозы. За несколько недель препарат накопился в организме и стал токсичным. Коронер вынес вердикт — внезапная смерть. Эта трагедия произошла в Лондоне, куда она уехала отдыхать. Я должен был поехать с ней, но в последнюю минуту на меня свалилась неотложная работа. В заключение должен добавить, что у нее были проблемы с зубами.
— Она… собиралась вернуться?
— Конечно, — механически ответил он. — Не знаю. Я получил от нее письмо. Но я не знаю.
После его слов любовь и ненависть сплелись во мне. Ненависть к Жаклин Поррит, которая заставила страдать своего мужа при жизни и навесила на него груз подозрений после смерти. Чувства переполнили меня, и я бросилась Саймону на шею:
— Милый, ты не должен винить себя. Ты такой хороший. И я так сильно люблю тебя! — Возможно, это довольно банальные слова, но в тот момент мне хотелось дышать с ним одним воздухом, видеть его глазами, жить с ним одной жизнью.
Он устало вздохнул и посмотрел на часы:
— Нам пора, любовь моя. Я знаю этот поезд. Он всегда приходит точно по расписанию.
Он проводил меня до машины и поцеловал на прощанье.
Пятницы всегда проходили тяжело, а сегодня вдобавок Кен уехал в главный офис.
— Я слышала, он собирается уехать в Новую Зеландию. — Хэзел бросила быстрый взгляд. — Тебя не это не беспокоит?
— Не понимаю, о чем ты, — спокойно ответила я.
— Ты абсолютно хладнокровно выслушала это. Он, случайно, не собирается
— Каким образом? Если только в кармане пиджака.
— Нет, я думаю, он пронесет тебя… — Она отошла на безопасное расстояние. — В своем сердце.
Я положил кипу писем на стол Кена, а он неожиданно спросил:
— Что ты завтра делаешь? — И прежде чем я попыталась ответить, он предложил отметить окончание совместной деятельности.
— Мне очень жаль, Кен, — сказала я растроганно. — Саймон ведет нас с Марией на балет.
Он положил ручку на стол и начал расспрашивать о Марии, но я поняла, что главный вопрос вертится у него на языке, только он никак не решается его задать.
— Ты умеешь хранить секреты? — неожиданно спросила я.
— Ты хочешь рассказать мне то, что уже два дня можно спокойно прочитать по твоему лицу? — Он встал и подошел ближе. — Саймон? — спросил он очень мягко. Я кивнула. — Счастлива? — таким же теплым голосом продолжил Кен.
— На седьмом небе, — ответила я.
Две большие ладони опустились мне на плечи, и на его лице засияла широкая улыбка, полная радости и удовольствия.
— Ну, ну. Хорошие новости. Спасибо, что сказала мне, и удачи!
— Тебе тоже, — прошептала я в ответ.
— Спасибо. Мне она понадобится.
Следующим утром я, Мария и Лин пошли на стадион. Через час я уже пресытилась соревнованиями. К несчастью, они должны были закончиться только в шесть.
— Мы не можем так долго задержаться здесь. Map и я должны пойти домой и переодеться, — сказала я Линде, и мы с Марией поехали домой.
— Ты должна мне все рассказать, — не вытерпела Мария. — Давай. Я уже кое-что знаю.
— Никто не знает, кроме… — начала я.
— Кроме Кена.
— Как ты догадалась?
— Легко, — ответила Мария. — Это отличная новость, Кон. Он такой милашка. Я рада, правда рада. Меня беспокоит только мысль, что тебе придется уехать в Новую Зеландию, но мне кажется… — Она прервалась, когда машина угрожающе взвизгнула на повороте.
— Новая Зеландия?! — закричала я. — Я выхожу не за Кена. Не дождется. За Саймона.
— За Саймона… — как эхо повторила Мария и на минуту побледнела. Или мне только показалось? — Что ж, он тоже очень мил.
— Ты не очень-то удивлена.
— Нет. Я всегда знала, как Саймон относится к тебе, — спокойно ответила она.
— Не-ет, я имею в виду его жену. — Я начала терять терпение.
— А что с его женой? Она умерла, — невозмутимо ответила Мария.
— Ты знала? — У меня отвисла челюсть.
— А ты нет? Я думала, ты с ним помолвлена.