Огни юга

Бакстер Мэри Линн

После того как репортер вылетел за дверь, выкрикивая угрозы, никто не проронил ни слова, даже Броди. Но Янси и не оставил им этого шанса. Он ушел к себе в кабинет и позвонил конгрессмену Кроуфорду, надеясь, что еще не все потеряно. Он объяснил, что произошло, потом конгрессмен сообщил ему о звонке Даны Бивенс.

– Понятия не имею, как она узнала, – сказал Янси, чувствуя, что земля уходит у него из-под ног, – и как узнал этот идиот Рамзи.

– Я не обвиняю вас. В моем бизнесе такое дерьмо случается частенько. Но я

намерен предпринять все, что в моей власти, и защитить собственную тайну.

– Я тоже, конгрессмен.

Он только что отошел от телефона, когда Броди Калхаун пулей влетел в кабинет. Он был мрачнее тучи.

– В том, что ты сделал, нет никакой доблести.

– Не начинай волынку, – попросил Янси утомленным голосом. – Я не в настроении.

– «Не в настроении»! – передразнил Броди. – Зато тебе хватило настроения испортить дело. Весь наш проект.

– Что, черт возьми, я должен был делать?

– Хотя бы не распускать руки! – прорычал Броди, который сейчас с трудом дышал, а лицо его покраснело.

– Ты бы лучше успокоился, а то схлопочешь сердечный приступ.

Броди ударил кулаком по столу.

– Ты должен извиниться перед каждым членом комитета, и тебе лучше не тянуть с этим.

Янси вздрогнул.

– Этого не будет.

– На твоем месте я не был бы так уверен. Твое отношение к людям и твое поведение всегда были с душком, но в последнее время вонь стала уж слишком сильной, даже для меня. Грейнджер, я тебя предупреждаю.

Этот разговор произошел вчера. Сегодня настроение Янси не улучшилось. Он закрыл глаза, но все равно видел лицо Даны.

Она сводила его с ума. Он чувствовал, что теряет голову от страсти. Надо держаться от нее подальше, но он не мог с собой совладать. Находиться рядом с ней – самоубийство.

Янси не мог отделаться от видения – ее лицо после того, как он ударил Рамзи и бросил обвинение ей в лицо. Виновата она или нет? Это не имеет значения. Ему придется иметь с ней дело.

Растревоженный собственными мыслями, Янси открыл глаза и почувствовал, как его стиснули чьи-то руки.

– Я подумала, тебе нужно утешение, – проворковала Вида Лу, прикасаясь губами к его шее.

Едва сдерживаясь, чтобы не оттолкнуть ее, он выпрямился. Любой ценой он должен сохранить спокойствие.

– Это были длинные два дня. – Голос ее стал мягче, глаза потеплели. – Я пришла, чтобы повысить тебе настроение.

– Вряд ли это возможно. Я не знал, что вам с Броди так важен этот проект.

– Ты прав. Но вчера ты был довольно непослушным.

– Я не ребенок, Вида Лу.

– Тогда не веди себя как ребенок. Я пытаюсь обращаться с тобой как с мужиком, который трахается лучше всех на свете.

Янси внутренне содрогнулся.

– Сейчас не самое удачное время, – возразил он. – Меня действительно пытаются бить со всех сторон.

– Ты долго собираешься играть в эту дурацкую игру?

Ядовитые нотки послышались

в ее голосе, но он притворился, что ничего не заметил. Он должен подыгрывать Броди.

– Я сказал тебе: сейчас не время.

– А мне хочется. – Она приподнялась и провела пальцем по его щеке.

Янси с трудом удалось удержаться и не отбросить ее руку в сторону. Прежде чем он понял ее намерения, она притянула его голову к себе, крепко поцеловала в губы и, отступая с улыбкой Чеширского кота, пообещала:

– Я свяжусь с тобой.

Не успела за ней закрыться дверь, как Янси вытер губы ладонью. Иисусе! Ему просто невыносима мысль о том, что Вида Лу поцеловала его, особенно после того, как он вкусил сладость губ Даны.

Он застонал, чувствуя нечеловеческое напряжение. Дана перевернула его целиком. Он стал слабее эмоционально, физически и сексуально.

Броди прав: он должен взяться за ум, пока не поздно. Он хочет ее, но она для него – запретный плод. Вот и все.

Только когда она уедет из города, он снова обретет покой. Он ненавидел себя за то, что собирался сделать, но у него не было выбора.

Глава 27

Все готово. Бифштексы медленно дожаривались на гриле, салат остывал в холодильнике. Десерт стоял на шкафчике, ожидая своего часа. Единственное, чего не сделал Янси, – не поставил стол. Черт, они могли бы поесть на письменном столе или на столе для пикника – если она придет.

Конечно, она должна прийти, сказал он себе, он собирался заехать за ней. А если ее нет в гостинице? Он должен отыскать ее, сделать все, чтобы покончить с этим. Он даст ей нейтральный материал, удовлетворит ее любопытство на собственный счет, а затем переведет разговор на землю и больницу.

Это так просто. Если бы он продумал все как следует с самого начала, она бы уже подготовила материал и исчезла из его жизни.

Однако Янси знал, что, когда он увидит ее, ему надо быть очень осмотрительным. Стоит ей оказаться рядом, как внутри у него все переворачивается. Ему нельзя дотрагиваться до нее, ни в коем случае. Больше никаких попыток флиртовать, для него это может обернуться настоящим бедствием, особенно сейчас, когда она отлично понимает, что может разрушить его жизнь и карьеру.

Вдруг Янси осенило: он совсем забыл про вино. Ну ничего, сойдет и холодный чай. Он схватил ключи от машины и направился к выходу, когда в дверь позвонили.

Он замер. Вида Лу? «Не обращай внимания», – сказал он себе. Если он не ответит, она уберется. Но она наверняка видела его машину. Придумывая на ходу, как бы от нее отделаться, Янси ринулся к двери и рывком открыл ее.

Не Вида Лу стояла перед ним, а Дана Бивенс. Он попытался не выказать изумления, но понял, что у него ничего не вышло. Он почувствовал, как изменился цвет его лица – из загорелого оно стало белым. На мгновение Янси потерял дар речи.