Огни юга
Шрифт:
Глава 25
Время уходило. Часы в голове Даны тикали все громче. Ей надо привести в порядок мысли и изложить на бумаге всю информацию, собранную о докторе Грейнджере, но она продолжала потворствовать себе, как будто ей принадлежало все время мира.
Возможно, виновата весна. Приятный аромат жимолости проникал через открытые французские окна.
Дана подошла к окну и долго смотрела, как купается в луже малиновка, трепеща крыльями, потом с меланхоличной улыбкой вернулась к старинному секретеру,
Она села и посмотрела на часы. Десять. Ее пальцы должны нажимать клавиши портативного компьютера, но мысли забиты совершенно другим, и она не способна сосредоточиться. Однако она все же позвонила Вэйду Лэнгли в «Ишьюз» и оставила сообщение с просьбой перезвонить.
Глядя вдаль, Дана думала, какой сегодня великолепный день и как было бы здорово отправиться в лес на пикник, долгие часы заниматься любовью…
Во рту пересохло. Дана закашлялась, потом несколько раз глубоко вздохнула. Разум отказывался ей повиноваться. Никогда раньше у нее не возникало подобных мыслей, никогда ей не хотелось близости с мужчиной, хотя она давно научилась скрывать отвращение, чтобы никого не обидеть. Однако Руни заглянул за фасад и увидел, что там.
А Янси – нет.
Она знала почему. Независимо от последствий Янси всегда брал то, что хочет. И он сказал, что хочет большего. Не потому ли у нее дрожат ноги? Не потому ли ее с такой силой тянет к нему?
Нет. Совершенно точно – нет. Она отбросила эту мысль, но память о его горячих губах, прижатых к ее рту, лишала сил. Дана опустилась на край кровати, только сейчас осознав правду. Ей было больно, когда плоть Янси вжималась в ее плоть, она думала: а если бы он оказался внутри ее, и она испытала бы огонь желания, и кульминационный момент?..
Дана вскочила и выбежала на веранду, потрясенная своими мыслями. Судорожно обхватила себя за плечи. Не хватало только увлечься этим эгоцентричным мужчиной, большим любителем пофлиртовать!
У них с Янси нет и не может быть ничего общего. Его грубый и эгоистичный характер, дерзость и надменность не подходят ей. Кроме того, у него репутация ловеласа, что тоже опасно.
Единственное, в чем они похожи, – это амбициозность. Она необходима для достижения профессиональных вершин, он хотел не только достичь их, но и закрепиться там.
Издалека послышался телефонный звонок. Уверенная, что это Лэнгли, она бросилась в комнату и сняла трубку.
– Алло.
– Миссис Бивенс?
Сначала она не узнала этот мужской голос, потом вспомнила, что уже слышала его раньше, правда, не могла вспомнить, где и когда.
– Да.
– Броди Калхаун.
– Рада вас слышать, доктор. – Она могла бы поспорить, что он хотел узнать, как идет работа у них с Янси.
Он хмыкнул.
– Вы, кажется, удивлены?
– В общем, да.
– Начнем с того, что я хотел бы знать…
– Нет, он не дал мне интервью.
В трубке стало тихо. Дане казалось,
– Послушайте, миссис Бивенс…
– Все в порядке. Я разберусь с доктором Грейнджером. Закончу материал с его помощью или без.
Броди шумно вздохнул.
– Иногда мне хочется задушить его. Клянусь, я бы смог.
Дана деланно рассмеялась.
– Кажется, большинство людей, которые его знают, испытывают похожее желание.
– У вас есть еще одна возможность увидеться с доктором Грейнджером, причем скорее, чем вы думаете, – продолжал он приятным голосом. – Сегодня вечером в узком кругу мы показываем больничный проект. Я подумал, что вам было бы интересно посмотреть. Придут члены комитета и те, кто нам помогал.
– Спасибо, доктор. С удовольствием.
– До встречи.
Несмотря на опасения увидеть Виду Лу, а не только Янси Грейнджера, Дана не могла упустить шанс встретиться с членами комитета. Интересно, подумала она, а знает ли кто-нибудь из них, что Шелби Тримейн может изменить свои намерения насчет продажи земли? Она чуть не сказала об этом Янси, но что-то заставило ее промолчать. Дана улыбнулась. А что, встреча может быть полезной.
Снова зазвонил телефон.
– Алло.
– Дана, это ты?
Вэйд Лэнгли.
– Да, сэр.
– Рад тебя слышать. Как продвигаются дела?
– Есть прогресс, – решила подстраховаться Дана.
– Звучит довольно обтекаемо.
Она засмеялась.
– Я работаю по многим направлениям, но пока не могу соединить их вместе.
– Ты все еще думаешь, что может получиться взрывной материал?
– Без сомнения.
Дана начала объяснять ему, что, похоже, кто-то еще заинтересован в покупке земли, на которую претендует больница, а если так, то это равносильно взрыву бомбы.
– Я хотела бы проверить, но у меня нет контактов…
– Не волнуйся. Я сейчас же свяжусь с Тимом Гаррисоном.
– Это было бы очень кстати, – сказала Дана. – Благодарю за звонок.
Комната гудела. Дана остановилась на пороге и огляделась. Обстановка шикарная: длинный стол красного дерева, стулья с высокими спинками, дорогие картины.
Она отыскала взглядом мать и похолодела. Вида Лу разговаривала с одним из членов комитета, Лестером Мэйфилдом, таким тоном, будто находилась в зале суда.
Дана стояла и смотрела на мать, не в силах справиться с бурей нахлынувших чувств. Вида Лу была одета в льняной костюм цвета лаванды, который явно стоил кучу денег. Но Дану удивило не это. На лице матери не было ни одной морщинки, на голове – ни единого седого волоска.
Никогда ни у кого она не видела такого лица и таких волос, словно накрахмаленных, а потом проглаженных. Дана с трудом удержала истеричный смех, и тут ее глаза встретились с глазами Виды Лу.
Через секунду мать уже стояла перед ней.