Огненные острова
Шрифт:
Я нашёл Вендиса в порту, в то время как добрых две дюжины солдат выгружали остаток груза, не выброшенный солдатами Талака за бот.
— Она больше никогда не поплывёт, генерал, — сказал Вендис в знак приветствия. — Удивительно, что она вообще не развалилась на части. Судостроители в Бессарине знают своё дело. — Он внимательно посмотрел на меня. — Как там ваши друзья?
— Одному из них требуется помощь священника, — ответил я. — Я направляюсь к храму Борона, осведомиться насчёт целителя. — Вспомнив ещё кое о чём, я продолжил: — Я только что узнал, что был захвачен ещё один корабль, под названием «Ормул». Даже похоже, враг целенаправленно охотился за «Копьём» и «Ормулом». Князь
Он помрачнел.
— Должно быть, по аналогичной причине. Что-то или кто-то важный был на корабле. Уверен, что так и есть.
— Не хотите объяснить более подробно?
— Я сам ничего толком не знаю, — сдержанно ответил майор Копья. — Только то, что в Аскире очень интересуются судьбой «Ормула». Но я могу только предполагать.
Я решил спросить Бликса. Этот мужчина держал ухо востро и тоже интересовался захваченным судном. Может, он знал больше.
Только теперь у меня нашлось время, чтобы взглянуть на «Копьё» поближе. Повсюду были видны следы битвы. Я попытался представить, как Зокора окутывает себя тьмой и наносит невидимый удар, сея страх и панику среди моряков… и в очередной раз задался вопросом, ошибся ли я в ней или она действительно такой хороший друг, как я думал.
— Мы кое-что нашли, — сказал Виндис. — Абордажная команда взяла с собой на борт карты. Очень интересные карты, как мне кажется. Не хотите взглянуть?
Я последовал за Вендисом в каюту на юте. Казалось, что с тех пор, как я видел её в последний раз, прошла целая вечность, но на самом деле — это были всего несколько дней. В углу всё ещё лежала моя свёрнутая постель, но она была пропитана кровью, а большое тёмное пятно портило пол.
— Эти карты могут быть нам очень полезны. На них есть страны, о которых я ещё никогда раньше не слышал. Ваша родина, очевидно, тоже в их числе. — Вендис подошёл к полке и вытащил карту, которую разложил на столе, а в двух углах утяжелил кинжалами. — Здесь ваша родина, генерал, — указал он на три королевства. Я тоже смог легко их найти, там залив Келара, были также отмечены Громовые горы. — Эта береговая линия длинной в добрых тысячу миль, и, как видите, империя Талак заявляет свои права на все эти земли. Некоторые из них величиной едва достигают графства или герцогства, другие намного больше. Если не брать в расчёт Иллиан, но добавить Джасфар и Летазан, то Талак завоевал двадцать семь королевств и достиг размеров, которые почти в четыре раза превышают территорию Старой империи. Здесь внизу… — он указал пальцем на длинную границу, — … это Ксианг. Мы называем его Второй империей или Золотой империей. — Он улыбнулся. — Там улицы, якобы, выложены золотом. По крайней мере, так говорят. Я знаю кое-кого, кто зарабатывает на жизнь, сопровождая в Ксианг торговые караваны. Он говорит, вы либо умрёте в процессе, либо вернётесь богатым. Но он никогда не видел там лежащего на улицах золота.
— А что насчёт этой империи… Ксанг?
— Ксианг, — поправил меня Вендис. — Как видите, карта неполная, картографы Талака, похоже, почти ничего не знают о Ксианге. Нам известно намного больше, так как на протяжение многих веков мы по суше ведём с ними оживлённые торговые отношения, поскольку этот путь проходит через многие важные торговые города. Но посмотрите на границу Ксианга на этой карте, а потом сравните её вот с этой.
Карта, которую он разложил теперь, содержала мало информации о моей родине, на ней было явно больше белых пятен.
— Должно быть, это более старая карта, и если вы сравните границы Ксианга, то поймёте, что
— Значит вы теперь верите, что мы имеем дело с врагом? Что Аскир находится в состоянии войны, даже если никто не хочет этого признавать?
— Да, генерал, — ответил он. — Считайте, что вы меня убедили. — Он свернул карты и вернул их на полку. — Уже только вид этих карт показывает, насколько серьёзно мы должны относиться к этому противнику. С побережьем такой длинны у него должен быть большой флот, а учитывая величину его империи, недостатка в солдатах тоже не будет.
— На моей родине Талак бросил против нас тысячи принуждённых к военной службе крестьянин, а место каждого погибшего, заняли двое новых. Вы правы, в солдатах у них точно нет недостатка. Но моя компаньонка Серафина говорит, что морпехи, взявшие на абордаж наше «Копьё», были ветеранами и хорошо вооружены.
— Этого стоило ожидать. — Он поднял на меня глаза, полные беспокойства. — В любом случае, могу сказать одно: никогда угроза для империи не была ещё настолько велика.
Я разглядывал карту врага, что-то в ней меня встревожило. Что-то было не так, не вязалось… но я никак не мог понять, что именно.
Я всегда плохо ладил с картами. До сих пор я не встречал никого, у кого возникали бы проблемы с их чтением, но мне нужно было время, и прежде всего, хорошие объяснения.
Так что же в этой карте было неправильно? Хотя даже я смог её понять, везде мелким шрифтом были написаны объяснения и комментарии.
Враг тщательно исследовал наше побережье. Тут и там были внесены числа, написано: глубокие воды или осторожно, отмели или мелкий песчаный пляж, подходит для высадки на берег.
Даже устье реки Газар было чётко обозначено, указано расстояние в милях и сколько времени займёт путь. И здесь опять примечание о баллисте при входе в реку: дальнобойность 300 футов.
У картографа был аккуратный почерк, как бы мелко он не писал, я всё же легко мог… читать его слова!
Вот оно!
— Скажите, майор, — спросил я, в то время как мои мысли неслись вперёд, — какие языки вы знаете?
— Я пробыл здесь уже два года, поэтому знаю некоторые фразы алданского. Я могу затеять спор на языке фарландов, и достаточно хорошо выругаться на бессаринском, чтобы меня за это выпороли. И конечно же имперский язык. Почему спрашиваете?
— А что насчёт ксианского? — спросил я.
Он покачал головой.
— Ни произношение, ни их письмо не имею для меня смысла.
— Земли нашего врага находятся южнее Ксианга, — заметил я. — Я знаю, что на моей родине тут и там ещё можно встретить старый диалект, но мы говорим на имперском, потому что наши предки были выходцами из империи.
Он засмеялся.
— В противном случае нам было бы сложно сейчас разговаривать.
— Верно, — согласился я. — Поэтому скажите мне, майор Копья, у вас есть объяснение тому факту, что примечания на этих картах написаны на имперском языке?
— Боги! — воскликнул он, недоверчиво глядя на карту.
— Почему я не заметил этого раньше? — Он поднял на меня глаза. — Поверьте мне, генерал, обычно я соображаю быстрее.
Я покачал головой.
— Одна из моих спутниц родом из Талака. Она говорила на имперском языке с лёгким акцентом. И никто из нас этого не заметил! До сих пор.