Огненные острова

Ричард Швартц

Огненные Острова

Переведено специально для группы

~"*°†Мир фэнтез膕°*"~

Оригинальное название: Das Geheimnis von Askir — Die Feuerinseln

Автор: Ричард Швартц / Richard Schwartz

Серия: Тайна Аскира # 5 / Das Geheimnis von Askir # 5

Перевод: lena68169

Редактор: lena68169

Ранее

в Тайне Аскира

Трём королевствам угрожает империя Талак, войска которой обладают тёмной магией. Старый воин Хавальд, владелец изгоняющего меча под названием Искоренитель Душ и невольный последователь бога смерти, Сольтара, вместе с дипломатом Лиандрой и группой случайных компаньонов отправляется в легендарный Аскир за помощью. Однако Вечный правитель исчез, оставив империю в смятении.

Через магический портал Хавальд и его спутники попадают в пустынное королевство Бессарин, которое когда-то тоже являлось частью Аскира. Там они обнаруживают, что Талак угрожает не только их собственной родине, но и Аскиру, мощная магия которого и является истинной целью тёмного императора-некроманта с юга.

Хотя товарищи хотят как можно быстрее добраться до имперского города, в Бессарине им строят козни приспешники зла и вовлекают в борьбу за престол. Только когда Хавальд убивает агента Талака, могущественного некроманта, он и его группа могут продолжить путь в Аскир по морю, но и им эта битва обошлась дорого.

Приложение

Известные королевства:

Фарланды или Нордланды — родина северян, Старая империя

Бессарин — халифат, Старая империя

Алдан — Старая империя

Аскир — имперский город, Старая империя

Иллиан — Южнострание, Три королевства

Джасфар — Южнострание, Три королевства

Летазан — Южнострание, Три королевства

Талак — тёмная империя

Киш — легендарное королевство за Штурмовым морем, якобы населено ящерами

Ксианг — легендарное королевство на юго-востоке Старой империи, улицы там

выложены золотом

Боги:

Омагор — бог глубокой тьмы, бог крови темных эльфов

Борон — бог справедливости, насилия, войны и огня

Астарта —

богиня мудрости и любви

Сольтар — бог смерти и обновления

Соланте — темная сестра Астарты, которой поклоняются темные эльфы

Марениль — старая богиня моря

Безымянный — загадочный бог с темными намерениями

1. Рассвет

Когда встаёт солнце, открываются врата в залы Сольтара, и бог выполняет своё обещание данное людям: после ночи смерти следует жизнь. По крайней мере, так утверждают священники.

Пока шар касается земли, врата в его залы открыты и для душ мёртвых ещё есть время попасть к нему.

Я сидел на возвышающейся куче хлопковых тюков на краю речного порта Газалабада и смотрел поверх города и стен на его красный свет, который поднимался из пустыни.

Красный, как кровь на моей одежде.

Даже в столь ранний час речной порт не знал покоя, добрая дюжина кораблей лежала здесь на причале. Вверх по течение ещё две баржи с зерном из Касдира ожидали, когда смогут пришвартоваться. А другие три прямо сейчас разгружались.

Ещё недавно я бы сильно удивился, узнав, сколько зерна потребляет этот город каждый день. Я бы восхищённо наблюдал, как выгружается зерно, как его в мешках или корзинах несут к телегам, запряжённым ослами и как оно находит свой путь к зерновой бирже в почти бесконечно длинной цепочке повозок и вьючных животных, через плотную толпу в гавани. Ещё задолго до того, как первая баржа пришвартовалась здесь утром, торговцы Газалабада, там на бирже, определились с ценами и уже продали зерно, будь то один мешок или вся партия груза.

Но здесь грузили не только зерно, все мыслимые товары находили свой путь сюда, включая хлопок. Спрессованный и связанный в плотные тюки, он на краю гавани был уложен в штабеля по четыре пять тюков высотой.

На одной из таких куч я нашёл себе место и сидел, словно на высоком троне, среди всей этой суеты и всё же странно отстранённый.

Город простирался дальше и на другом берегу Газара; на другой стороне была арена, а также гарнизон городской стражи. Сотни других зданий теснились под защитой высоких городских стен, но я едва знал ту часть города. Только однажды, посреди ночи, я возвращался через этот район домой.

Но я смотрел не на сам город, а на золотистый утренний свет, пробивающийся сквозь открытые ворота и амбразуры и заставивший зубчатые стены вспыхнуть красновато-золотистым сиянием.

Совсем недавно небо над зубчатой стеной было ещё тёмным, теперь же ночь с каждым мгновением уступала место дню. Где только что ещё было видно мерцание звёзд, теперь небо становилось всё светлее, изгоняя тьму.

В тот момент, когда солнце больше не касается земли, врата божьи снова закрываются, разделяя мёртвых и живых.