Огненные острова

Швартц Ричард

— Бывают и получше, — согласился я. — Что произошло дальше?

— Он догнал нас быстрее, чем считал возможным Дерал. Лиандра была истощена после свой последней молнии. — Серафина сделала ещё одни большой глоток. — Она сказала, что это будет для неё уроком, в будущем лучше распределять свои силы, но в тоже время она надеялась, что сможет выпустить ещё одну молнию. Однако корабль не подплывал достаточно близко, чтобы она могла в него выстрелить, зато они открыли огонь по нам, швырнув на палубу десятки небольших глиняных сосудов, и только когда весь корабль был окутан едким дымом,

они атаковали.

Лиандра попыталась использовать свою молнию, но не смогла, потому что яд в дыме препятствовал её способности творить магию. То же произошло с Зокорой. Мы старались продать себя как можно дороже. Даже без магии Зокора ужасна, а у Лиандры было Каменное Сердце, у Ангуса топор, а Варош застрелил арбалетом с добрый десяток ещё прежде, чем они смогли взять нас на абордаж. Это были не пираты, Хавальд, а солдаты Талака, хорошо вооружённые и обученные. До сих пор я всегда думала, что эта империя бросает в сражения принуждённых к службе крестьян, но это были опытные бойцы. Вдобавок, у них, видимо, был приказ поймать нас живыми. Они пытались сделать это сетями, шестами и дубинками. Одно только Каменное Сердце и Лиандра уложили с дюжину, Зокора была как демон, Варош стрелял с мачты, а Ангус решительно бросался в бой. Он бесстрашен, Хавальд, а когда получает рану, похоже, даже не замечает её.

— Просто нужен твёрдый настрой одержать победу, тогда таких царапин просто не замечаешь, — скромно сказал Ангус. — Это была поистине славная битва!

— Она была бы ещё более славной, если бы вы время от времени оглядывались назад, — сказала с улыбкой Серафина.

— Сеть — не совсем порядочный способ победить воина! — возмутился Ангус.

— Они набросили на него сеть, — объяснила она. — И таким образом сумели одолеть его и вырубить. Чуть позже они поступили также и со мной, я тоже стала жертвой сети.

— Так поступают только трусы, — пожаловался Ангус. — Ты почти не можешь сопротивляться!

— Думаю, в этом и есть смысл, — сухо промолвила Зокора. — Затем в Вароша попал камень из пращи, и он выпал из вороньего гнезда, — продолжила она за Серафину. — Они набросились на него и почти убили. Приказ поймать живым, видимо, на него не распространялся.

— Или его выстрелы были слишком смертоносными, и они со злости об этом забыли, — предположила Серафина. — Я ещё никогда не видела, чтобы кто-то так стрелял, — добавила она почти с благоговением.

— Мы с Лиандрой попытались прийти ему на помощь, — продолжила Зокора. — Но их было слишком много.

— В тот момент, когда меня нокаутировали, Лиандра и Зокора стояли спиной к спине, — взяла на себя рассказ Серафина. — Но было уже очевидно, что они проиграют. Думаю, на чёрном корабле в экипаже было около семидесяти человек, и каждый, казалось, рвался в бой. Когда я потеряла сознание, наверное, больше двух дюжин из них полегло от наших клинков.

— Не столько много. Я убила всего пятерых, — поправила её Зокора, стоя на коленях у носилок Вароша. — Варош смертельно ранил четверых. Лиандра, как и я — пятерых, Ангус уложил троих, и ты тоже. Всего пало двадцать, не считая тех, что были ранены не смертельно.

— Ты считала? — удивился Ангус. — Ты уверенна,

что я убил только троих? Я мог бы поклясться, что их было пять!

— Их было трое, — лаконично ответило Зокора. — У меня хорошая память.

— Но… — начал Ангус.

— Их было трое.

Её тон ясно дал понять, что это её последнее слово.

— Что случилось потом? — поспешно спросил я, прежде чем Ангус успел что-то добавить.

— Они оставили только небольшую абордажную команду на «Копье». До дюжины не доставало пары человек. — Она оскалила зубы, как волк. — Это было небрежно с их стороны.

— Почему так мало? — спросил я. — Раз уж они приложили столько усилий, чтобы захватить «Копьё»…

— Мы подслушали их разговор, — сообщила Серафина. — Незадолго до того, как напасть на нас, они взяли на абордаж другой корабль, плывущий из Янаса, «Мурмел» или что-то в этом роде. — Она страдальчески улыбнулась. — Название мне запомнилось, потому что показалось неподходящим для корабля.

— Корабль назывался «Ормул», — поправила Зокора.

— Теперь понимаешь, насколько это расстраивает? — пожаловался Ангус Серафине. — Она всегда всё знает лучше!

— Это не моя вина, что твоя память барахлит, — промолвила Зокора, не поднимая взгляда от Вароша.

— Это сейчас совсем не важно, — раздражённо сказала Серафина. — Как бы то ни было, вот почему абордажная команда была такой маленькой. Я также слышала, как их капитан выразил беспокойство по поводу того, что «Копьё» может утонуть, поэтому послал на борт так мало людей.

— Они выбросили половину груза за борт, чтобы облегчить судно, — рассказал Ангус. — Я благодарен богам за то, что они оставили в покое мой бочонок! — Он почти укоризненно посмотрел на Серафину. — Я не понимаю, как эта женщина могла решить спрятать меч Лиандры, а мой бочонок просто оставила стоять на виду!

— Какая женщина? — спросил я немного сбитый с толку.

— Незнакомка, — объяснил Ангус. — Ну, знаешь, та, что всегда сидела без еды и питья. Когда нас взяли на абордаж, она внезапно исчезла. — Он в замешательстве покачал головой. — Не знаю, как на таком маленьком корабле можно так бесследно исчезнуть. Я сначала подумал, что она упала за борт, но ничего подобного. Как только стемнело, она прокралась в трюм, где мы лежали связанные и развязала нас.

— У неё талант быть неприметной и не запоминающейся, — сказала Серафина, качая головой. — Клянусь, иногда я её не видела, хотя знала, что она сидит у перил.

Я кивнул, со мной было тоже самое. Тем не менее было трудно поверить в то, что ей удалось спрятаться от солдат Талака. В конце концов, «Копьё» было не таким уж большим.

— Всё же, должно быть, она внимательно наблюдала за нами и понимала больше, чем мы думали, — продолжила Серафина. — Потому что она знала о значении Каменного Сердца. Когда Лиандру взяли в плен, один из вражеских солдат подобрал Каменное Сердце, чтобы отнести его на другой корабль. Позже мы узнали от командира абордажной команды, что он там так и не появился. Должно быть, она подкараулила его, поскольку, когда пришла ночью, у неё с собой было Каменное Сердце, и она протянула его Серафине.