Одолей меня
Шрифт:
Грохот выстрелов взрывает воздух.
Громко чертыхаясь, бросаюсь к Каслу на защиту – как вдруг слышу. Я слышу прежде, чем вижу. Удивленный вздох. Тяжелый стук. Вибрацию под ногами.
Брендан лежит на земле.
Уинстон всхлипывает. Я отчаянно прорываюсь сквозь строй товарищей, падаю на колени, бегло осматриваю Брендана. Он ранен в плечо. Легко. С ним будет все хорошо.
Бросаю Уинстону пузырек с пилюлями и говорю, чтобы закинул несколько Брендану в рот, говорю, чтобы он зажал рану, убеждаю его, что Брендан поправится, нужно только отнести его к Соне и Саре,
Меня будто громом стукнуло.
Ведь я же знаю эту девушку.
В панике оглядываюсь, кричу:
– Джульетта, НЕТ!
Но у нее уже отказали тормоза.
Глава 7
Она кричит.
Кажется, выкрикивает слова. Да, слова. И она их кричит, кричит яростно, во всю мощь своих легких. И… я не верю глазам – она будто… взрывается, сея вокруг разрушения.
Все происходящее похоже на сон.
Конечно, я знал о силе Джульетты – и знал, что мы не до конца ее исследовали, – однако и представить не мог, что она способна на такое.
Вот такое:
По потолку змеятся трещины. Сильнейшие толчки сотрясают стены и пол, даже зубы. Под ногами все вибрирует. Люди от потрясения застыли на месте, помещение ходит ходуном. Раскачиваются люстры, свет зловеще мигает. Новый толчок, и три массивные люстры отделяются от потолка и при ударе об пол разбиваются вдребезги.
Хрусталь брызжет во все стороны. Воцаряется полумрак, и трудно что-либо разглядеть. Я смотрю на Джульетту, она застыла с открытым ртом в ужасе от вида разрушений. Я понимаю: она уже молчит. Однако не в силах ничего остановить. Выпустила энергию на волю и теперь…
Та не может бесследно исчезнуть.
Дрожь с новой силой раскалывает пол, разрушает стены, сиденья и людей.
Глазам своим не верю, пока не вижу кровь. Долю секунды все кажется обманом – искалеченные тела с развороченными грудными клетками, подобно раскрытым крыльям бабочки. Все кажется розыгрышем, похожим на дурацкую шутку, на неудачную театральную постановку. Когда же кровь, густая, вязкая, просачивается сквозь одежду и обивку кресел, капает с застывших пальцев, я осознаю: от этого ужаса мы не оправимся никогда.
Джульетта только что одним махом убила шесть сотен человек.
Этот кошмар будет преследовать нас всю жизнь.
Глава 8
Я протискиваюсь сквозь застывшую группу ошеломленных, затаивших дыхание друзей. Слышу непрерывное хныканье Уинстона и спокойные, ободряющие слова Брендана о том, что рана не так страшна, как выглядит, что с ним все будет в порядке, что бывало и хуже, и он выжил…
А моя первоочередная задача – быть рядом с Джульеттой.
Добираюсь до нее, обнимаю, она не замечает; это напоминает мне тот момент, когда я нашел ее, стоящую над Андерсоном, с пистолетом, направленным в его грудь. Джульетта тогда сильно испугалась – до ужаса – того, что натворила, едва могла говорить. Выглядела так, будто затерялась где-то внутри себя, будто нашла в голове комнатку и там заперлась.
В тот раз она даже не убила никого.
Я пытаюсь оживить в ней хоть какое-то чувство, умоляю ее прийти в себя, обратиться к разуму.
– Знаю, дерьма сейчас немерено, Джей, но не думай об этом! Очнись! Выбрось из головы! Надо уносить ноги!
Она и бровью не ведет.
– Принцесса, пожалуйста. – Я тихонько ее трясу. – Нам надо уходить… быстрее…
Она никак не реагирует, даже не шевелится, и я понимаю: у меня нет выбора, надо ее вести. Тяну ее назад. Безвольное тело тяжелее, чем я ожидал, она издает тихий всхлипывающий звук, похожий на рыдание. Мои нервы от страха натянуты до предела. Киваю Каслу и остальным, чтобы уносили отсюда ноги без меня, оглядываюсь вокруг в поисках Уорнера, и до меня доходит, что его нигде нет.
То, что случилось потом, просто выбивает из меня остатки кислорода.
По комнате пробегает рябь. У меня темнеет в глазах, проясняется, вновь темнеет – только на сей раз по бокам.
Что за чертовщина!
А потом, внезапно…
Джульетта пропадает.
Пропадает. В самом деле. Просто исчезает. Вот она в моих объятиях, а в следующую секунду – мои руки сжимают пустоту. Я хлопаю глазами, наверное сошел с ума, оглядываюсь по сторонам и вижу: в аудитории все начинают шевелиться. Рубашки порваны, лица поцарапаны, однако никто не умер. Напротив, ничего не понимающие, они все начинают вставать и окружать нас. Кто-то сильно меня толкает. Я смотрю. Иан орет на меня, требует, чтобы я шевелил конечностями, пока есть шанс; я его отталкиваю, кричу, что мы потеряли Джульетту, что я не вижу Уорнера. Иан не реагирует, выпихивает меня вперед, вниз со сцены. Я слышу, как ропот толпы переходит в рев, и понимаю – выбора у меня нет.
Надо бежать.
Одолей меня
Кенджи
Она кричит.
Кажется, выкрикивает слова. Да, слова. И она их кричит, кричит яростно, во всю мощь своих легких. И… я не верю глазам – она будто… взрывается, сея вокруг разрушения.
Все происходящее похоже на сон.
Конечно, я знал о силе Джульетты – и знал, что мы не до конца ее исследовали, – однако и представить не мог, что она способна на такое.
Вот такое:
По потолку змеятся трещины. Сильнейшие толчки сотрясают стены и пол, даже зубы. Под ногами все вибрирует. Люди от потрясения застыли на месте, помещение ходит ходуном. Раскачиваются люстры, свет зловеще мигает. Новый толчок, и три массивные люстры отделяются от потолка и при ударе об пол разбиваются вдребезги.
Хрусталь брызжет во все стороны. Воцаряется полумрак, и трудно что-либо разглядеть. Я смотрю на Джульетту, она застыла с открытым ртом в ужасе от вида разрушений. Я понимаю: она уже молчит. Однако не в силах ничего остановить. Выпустила энергию на волю и теперь…