Одноклассники
Шрифт:
– Я не могу находиться здесь постоянно. У меня мама болеет, нуждается во мне. Я навещаю ее три раза в неделю. Должна была как раз сегодня, — при мысли о маме, сердце кровью облилось, она все время у телевизора проводит, наверняка уже все знает. А я даже предупредить не успела и не позвонишь ей. А с чужого не возьмет, мы ее сами мошенниками застращали.
— И о маме тоже позаботятся. Не переживай. Направим ее на месяц в санаторий. Хороший.
— Как-то гладко очень все. И мне это совсем не нравится. В чем подвох? — спросила напрямую. — Я ни в деда мороза, ни в фей,
— Не знаю. А в чем подвох, спросишь у отца своей дочери, когда приедет.
Салынский встал и пошел куда-то за дом, оставив меня с отвисшей челюстью.
У них с Игорем настолько тесные отношения, что он и об этом знает?? А Игорь будет навещать нас??
От одной этой мысли меня, с ног до головы бросило в жар. 00
Глава 32
Какое-то время, Салынский молча наблюдал за детьми и мне показалось, что даже слезы утирал.
Как не странно, я нечего не знала об этом человеке. Я даже фамилию его не слышала. Но его жена, приходившая ко мне за консультацией по имущественным вопросам, боялась, что она при разводе ничего не получит, потому что у него много детей от пред идущих браков и залетов, и всех их он отлично финансово поддерживает. А вот женщин, он совсем не ценит. Даже законных жен. Они для него проходящие моменты.
— Чуть не забыл! — объявил Салынский повернувшись ко мне. — Чтобы не сойти с ума от безделья, теперь будешь работать на меня. Завтра в пять, привезу новое дело, обсудим детали. Пока обживайтесь. Софья проводит тебя в комнату, там лежит твой новый телефон. Все необходимые теперь номера уже в биты. Я поехал.
Я недовольно поежилась, так как, почему-то на сто процентов была уверена, что дела у этого человека побольшей части приступные. Как отнять, отжать, обойти, не заплатить. Ни хотелось иметь с такими делами ничего общего.
— А что мне делать, если кто-нибудь приедет?
— Лишних людей охранник на участок не допустит, не беспокойся.
Мужчина уехал, а я, посмотрев немного на веселящихся девчонок, решила подняться домой.
— Надюш! Я пойду, наши вещи разложу, хорошо?
— Хорошо! Только мои в комнату к Марьяне! Ладно?
— Может не стоит?
— Стоит, стоит! — уверила наша новая знакомая. — У меня комната большая. А мы все равно все время вместе проводить будем теперь.
Глядя на то, как сияют глаза девчушки, у меня сердце сжалось. Она очень рада, что у нее, наконец, появилась подружка, но мы ведь здесь ненадолго, я надеюсь. Потом Марьяна снова останется одна и ей будет еще хуже, чем было до нас. Но обламывать ей крылья прямо сейчас, не поднялась рука, потому кивнула:
— Хорошо. Будь, по-вашему.
— Пойдемте, я заберу вещи Нади и разложу их в детской, — тут же отозвалась нянька. — Марьяш, пойдем покажем Наде комнату.
Комната детей, к счастью, находилась внизу. Рядом с комнатой няни. А вот моя была наверху. Не очень мне это понравилось, но что сделаешь? Я здесь не хозяйка.
После того как помогла расположиться дочери в большой и светлой комнате Марьяны,
В большом окне, сколько хватало глаз, был виден лес, лес, лес. Даже жутко стало. Куда, например, бежать, если вдруг пожар?
На столе действительно лежал телефон последней модели, а в контактах были брат, мама, домработница, нянька, Салынский и Игорь Смирнов. Все. Все!!
Впрочем, я ж и так хотела сменить номер, чтобы не желательные личности не беспокоили никогда больше. Так что все даже к лучшему.
Первым делом позвонила брату и попросила его съездить к маме, вместо меня.
— А с тобой что случилось? — закричал встревоженный брат так, что мне аппарат от уха отнести пришлось. — Мы три часа уже до тебя дозвониться не можем! Вера звонила в истерике! Какие-то люди Надюшку у нее прямо со двора увезли!
— Позвони ей и успокой. Я рядом с Надюшей. Все хорошо. Нас перевезли в безопасное место, чтобы уберечь от лишнего давления.
— А нельзя было это сделать как-то аккуратнее? Чтобы не доводить человека до предынфарктного состояния, а ребенка до истерики?
Я лишь тяжко вздохнула — бандиты, что с них взять?
— Все хорошо. Надюшка уже спокойна. Играет еще с одной девочкой.
— Точно все хорошо? — тон брата резко стал тише. — Если тебя слушают, покашляй в трубку.
— Нет нужды кашлять, Степ! Все Хорошо. Правда. Только маму успокой. Хорошо? И вбей ей этот мой номер. Я буду звонить.
— Хорошо. Ты там надолго?
— Не знаю, Стёп. Правда. Я буду звонить.
— Ты ведь знала, что его возьмут, так? К этому вчерашний разговор был?
— Нет, Степ, так сложилось просто. Никому не давай этот номер. Хорошо?
— Лизка, тут в церкви Смирнова видела. Он ставил за вас свечки. За всех троих, включая Вадима, как не странно. Ты поэтому решилась уйти от Вадима? Ты с бывшим сейчас?
— Нет, Стёп. Я сейчас не с бывшим. И не буду никогда, прошлое в прошлом, — сказала не только брату, больше себе.
— Идет слух, что он не простой человек теперь. Хочешь, достану его номер? Возможно, он сможет быть тебе полезным теперь?
— Единственное, что я хочу, Стёп. Это чтобы Игорь оказался рядом с Вадиком, на одной лавочке! Что б сгнили там оба! К чертовой матери!
Неожиданно для себя, не сдержала эмоций, а брат тяжело вздохнул в трубку:
— Ты ведь не все нам рассказала, так, сестренка?
— Прошлое, в прошлом, Стёп. Давай не будем его трогать. Поезжайте к маме и к Вере. Люблю вас. Номер Вере не давай. Напишу ей соцсетях.
— Хорошо, сестрёнка. Как скажешь. Берегите себя! Объявления я снял. Не переживай. Квартира ждет вас.
— Хорошо. Спасибо.
Отключилась, выдохнула, вытерла слезы и вздрогнула от тихого голоса за спиной:
— Значит, будь твоя воля, меня бы ждала настолько незавидная судьба?