Однажды ночью
Шрифт:
– Нет.
– Пока ты спускаешься, убийца добирается до Бакстона, переворачивает на спину и бьет камнем. И убегает. Он мог проделать все это так, чтобы его не увидели ни крестьяне, ни ты?
Мартин на мгновение задумался.
– Мог, хотя это и рискованно. Земля под утесом усыпана валунами и обломками. Он мог спрятаться, и для этого ему не надо было далеко ходить. А потом… когда крестьяне увидели меня, никто по сторонам уже не смотрел.
Аманда кивнула.
– Итак, ты добрался до тела, и там тебя увидели жители деревни. Вот как все случилось.
Мартин
– Уж больно спокойно ты рассуждаешь об убийстве.
Аманда повернулась к нему:
– Просто я очень неспокойно отношусь к тому, что тебя несправедливо обвиняют в убийстве. – Помолчав, она добавила: – Но за долгие годы ты с этим смирился.
Мартин не стал этого отрицать.
– Ну и как мы будем доказывать правду? – после довольно продолжительной паузы спросила Аманда.
– Даже не знаю, возможно ли это. Ведь и тогда не было никаких доказательств. Если бы были, я, даже в шоковом состоянии, воспользовался бы ими.
Аманда вспомнила слова леди Озбалдестон: «Иногда события случаются очень быстро. И что-то ускользает от внимания, а потом, значительно позже, неожиданно вылезает наружу».
– Никому не повредит, если ты порасспрашиваешь людей, – продолжала настаивать Аманда.
«Повредит, только не мне или ей, а кому-то другому», – подумал Мартин, однако вслух не сказал, понимая, что время пришло. Пора выбирать между Амандой и теми, кого он оберегает. Пока она не умоляет его, но, если он откажется, она будет умолять, так как полна решимости восстановить его доброе имя ради их совместного будущего.
Он тоже стремится к этому будущему, желает его больше всего на свете.
Мартин пристально посмотрел на Аманду, потом перевел взгляд на долину. На дом, который переходил от прадеда к деду, а затем к его отцу. Теперь он принадлежит ему.
Теперь он принадлежит им с Амандой. Если он…
Мартин набрал в грудь побольше воздуха и взял Аманду за руку.
– Давай разыщем Конлана, – предложил он. Аманда подскочила и вопросительно вскинула брови. – Кузнеца, который видел, будто бы я столкнул старика Бакстона с утеса.
Глава 20
– Отец в доме, за кузней. – Кузнец отложил мехи и, подобострастно кланяясь, жестом пригласил их войти. – Он будет рад видеть вас. Та история все годы лежала у него тяжелым камнем на сердце. Прошу, проходите. У него с ногами неважно.
– Спасибо, Ден. Я помню, как пройти в дом. Не надо провожать нас, продолжай работать. – Мартин махнул рукой в сторону остывающей подковы. – Ладно.
Они вышли во двор позади кузницы. Мартин остановился и поднял голову. Аманда проследила за его взглядом и тоже посмотрела на утес. Он был хорошо виден, но разве можно с такого расстояния разглядеть человека на его вершине?
– У крестьян зрение острее, – проговорил Мартин.
Аманда лишь хмыкнула и пошла вслед за ним, стараясь подстроиться под его широкий шаг.
Мартин постучал в дверь. Ему открыла пышнотелая женщина. Когда Мартин назвался и сказал, что хочет видеть
– О небеса! – Она присела в низком реверансе. – Милорд, я… – Она оглянулась на дверь позади нее, ведущую в комнату.
– Кто там, Бетси?
Мартин многозначительно посмотрел на нее. Взволнованно комкая фартук, она посторонилась, пропуская их в дом.
– Это Декстер, Конлан.
Старик, сидевший в кресле у очага, подозрительно вгляделся в гостей, поморгал. Наконец его лицо прояснилось.
– Ваша милость? Неужели это вы?
– Я.
– Хвала Господу! – Конлан струдом встал и поклонился. – Добро пожаловать домой, милорд. Слава Богу, теперь я могу вам все рассказать. Тогда я видел не вас.
– Почему ты в этом так уверен? – спросил Мартин, когда все расселись и Бетси закрыла дверь. – Я мог бы понять твои сомнения, но откуда такая уверенность, что это был не я? Даже ты с такого расстояния не разглядел бы лицо.
– Да, в этом вы, правы, но дело не в лице. – Конлан помолчал, собираясь с духом. – Позвольте рассказать, как все было, и вы поймете.
Мартин кивнул, давая разрешение.
– Я видел, как два человека дерутся на вершине, потом молодой столкнул Бакстона вниз. Я знал, что это Бакстон, потому что он был в своей жилетке в желтую полоску. Я побежал к Симмонсу, Таккеру, Моррисси. Мы уже неслись к утесу, когда нас догнали остальные. Таккер спросил, кто столкнул Бакстона. Я сказал, что молодой человек, похожий на вас. Ведь тогда в округе вы были единственным молодым мужчиной, и мы все знали, как вы выглядите, узнали бы даже издали. И я даже сейчас готов поклясться: человек, столкнувший Бакстона, был похож на вас. Тогда я так и сказал. А потом мы увидели вас. И все решили, что это сделали вы. А что еще мы могли думать, когда вы стояли с камнем в руках над бездыханным Бакстоном?
Мы отвели вас к вашему батюшке. Он принял решение молниеносно – поверьте, мы были шокированы. Мы не ожидали, что он прогонит вас. Но дело было сделано… и мы разошлись по домам. – Конлан кивнул на окно. – Я сидел у окна и слышал, как мимо проехала ваша коляска. – Он вздохнул. – Я пытался заснуть, но что-то мучило меня. Я мысленно все прокручивал и прокручивал в голове эту сцену, как молодой мужчина теснит Бакстона к краю и толкает. Ведь Бакстон был не дурак – он понимал, что нельзя приближаться к краю. А молодой теснил его. Само собой разумеется, Бакстон сопротивлялся… и вдруг все прояснилось, я понял, что мы ошиблись.
Мартин нахмурился:
– Как? Что ты вспомнил?
– У молодого человека была плетка. Он хлестал ею Бакстона. Его рука поднималась и опускалась, а Бакстон прикрывал лицо и пятился. Так он и оказался у края. Тогда молодой толкнул его. Я вспомнил, как он стоял и смотрел вниз, и плетка все еще была у него в руке. – Конлан опять вздохнул. – Теперь вы видите, почему я понял, что это были не вы.
Аманда покосилась на Мартина. Его лицо уже не было таким мрачным.
– А что именно убедило вас, что на утесе был не его светлость? – обратилась она к Конлану.