Однажды ночью
Шрифт:
– Дело в том, – уже тише продолжал раненый, – что я всегда думал, что он похож на директора моей школы, на Петтигрю. Я с удовольствием повидался бы со стариком. – Реджи замолчал, нахмурился, затем заговорил: – Это святой Петр. А не Петтигрю. Я знаю, как выглядит Петтигрю – как Петтигрю, верно? – Реджи продолжал бредить, но его бормотание стало неразборчивым.
Аманда тихо плакала. Реджи метался, и она пыталась удержать его, помешать ему сорвать повязку.
– Сядь в изголовье и подержи его голову. Я с ним справлюсь, – сказал Мартин, слегка
Аманда всхлипнула, вытерла слезы и передвинулась. Вместе им удалось справиться с Реджи и не допустить, чтобы он навредил себе. И им тоже: Мартину пришлось буквально в броске перехватить его руку, иначе он ударил бы Аманду. Судя по движению, Реджи взмахивал воображаемым кнутом.
Мартин не знал, как долго все это продолжалось, но в конечном итоге Реджи затих и снова впал в бессознательное состояние. Аманда в изнеможении привалилась к изголовью.
– Он решил, что умер.
Мартин обнял Аманду и прижал ее голову к груди.
– Он не умер, и нет повода думать, что он умрет. Просто нужно подождать, когда он проснется. – Он мысленно молил Господа о том, чтобы его слова сбылись.
Аманда всхлипнула и потянулась к кровати. Мартин догадался, что она намеревается дежурить до тех пор, пока Реджи не придет в себя.
– Нет, ты должна отдохнуть, – твердо заявил он.
– Я не могу оставить его, – тихо проговорила она, поднимая к нему заплаканное лицо.
– Мы можем устроить себе постель у очага, чтобы быть поближе к нему и услышать, когда он опять начнет бредить. – Он подвел ее к узлу с подушками и шалями. – Ему не пойдет на пользу, если ты будешь измождена.
Аманда позволила Мартину уговорить себя и помогла ему разложить покрывало и устроить на нем уютную постель. Она понимала, что он прав, однако не согласилась лечь поближе к огню, так как оттуда ей было плохо видно Реджи. Она заподозрила, что Мартин нарочно хочет уложить ее подальше от раненого, чтобы она не услышала, когда он проснется, и спокойно выспалась. Поэтому она решительно вскинула подбородок и повторила:
– Я лягу с краю.
Аманда опасалась, что вдали от огня она промерзнет до костей – в ней самой тепла уже не осталось, – но Мартин лег на бок, обнял ее, прижал спиной к своей груди, и она сразу стала согреваться. Постепенно ее мышцы расслабились, веки отяжелели…
Аманду разбудил странный звук. Нечто среднее между храпом и сопением, какое-то фырканье…
И тут она все вспомнила. Ее глаза широко распахнулись, она посмотрела на кровать. И поняла, что это был за звук. Действительно храп. Только храпел не Мартин, а Реджи.
Аманда выбралась из-под руки Мартина, встала и поспешила к кровати. Из незашторенного окна струился бледный свет. Реджи лежал на спине и спал глубоким сном, вид у него был вполне нормальный. Да и храп был добрым признаком – вряд ли умирающие храпят. Его лицо разгладилось, исчезла мертвенная бледность. Преисполнившись надежды, Аманда прикоснулась к его щеке. Он всхрапнул, поднял руку, похлопал Аманду по пальцам.
– Не сейчас,
Аманда изумленно уставилась на него. Реджи опять захрапел. Тут ее ушей достиг новый звук. Повернувшись, она увидела, что Мартин проснулся.
– Он спит, – прошептала она, указывая на кровать. – Это значит, что с ним все в порядке, да?
– Да, но сейчас еще рано. Оставь его, пусть спит. – Мартин перекатился на спину. – Иди сюда.
Еще раз взглянув на Реджи, Аманда легла рядом с Мартином, укрылась одеялом и прошептала:
– Я прикоснулась к его щеке, и он решил, что это какая-то Дейзи. Он сказал: «Позже».
– Замечательно.
Помолчав, Аманда спросила:
– Ты думаешь, он все еще бредит?
– Нет, он в полном сознании, только ослаб.
Мартин снова лег на бок и прижал Аманду к себе. Она тут же почувствовала… Ее глаза расширились от изумления.
– Давай спать. – Мартин произнес это с еще большим недовольством, чем Реджи. У Аманды сразу же возник вопрос… потом она улыбнулась и закрыла глаза.
Глава 19
Мартина разбудили шаги Колли, поднимавшегося по лестнице. Он не открыл глаза, пытаясь продлить последние мгновения покоя и тепла. Аманда тоже проснулась и, так же как и он, не открывала глаза: ей было уютно лежать в его объятиях и хотелось насладиться этим ощущением, потому что впереди их ждал день, полный суеты.
Но утро неумолимо вступало в свои права. Предстояло многое сделать. Мартин поднялся, помог встать Аманде и открыл дверь. Колли принес небольшой кувшин и тазик. После долгих размышлений Мартин все же предложил оставить Реджи спать, пока тот сам не проснется, и вместе с Колли спустился в кухню.
– Мы поживем здесь несколько дней. Надо приготовить комнату: смести паутину, прибраться. В общем, навести порядок.
Колли озадаченно посмотрел на него.
– Открыть большую гостиную?
Большая гостиная была огромной.
– Нет, достаточно малой.
– Я займусь этим после завтрака… – Колли устремил взгляд на плиту. – Я не очень-то умею готовить.
Мартин вздохнул:
– Что у нас есть?
Годы путешествий научили его многим вещам, чуждым графским детям, поэтому, когда Аманда спустилась вниз, он помешивал в кастрюльке почти готовую овсянку.
– Колли припас немного меда, с ним будет вкуснее.
Аманда только хмыкнула.
Однако она съела свою порцию – очевидно, решил Мартин, она была также голодна, как и он. По его настоянию Колли и Онслоу позавтракали вместе с ними. Перед завтраком Колли успел обмыть и перебинтовать руку бедного кучера.
Когда все насытились, Мартин решил выяснить, каково состояние кладовой.
– У нас есть кое-какие овощи, немного капусты, кусок пирога с дичью – остался с прошлой недели. – Колли на секунду задумался. – Да вот и все.