Одна на Троих

Ласка Уля

Окидываю взглядом остальных – они не слушают. Вернее, слушают, но как обычно, выхватывая не более двадцати процентов из всего сказанного, зато уж Алексей Сергеевич в полной мере окутан их вниманием.

Всё бы сейчас отдала за наличие глаз на затылке.

– А я надеюсь, на то, что каждая из вас поможет Марии Васильевне поскорее освоиться на новой должности и почувствовать себя в нашем коллективе, как дома, – добавляет он от себя.

И вот тут мне становится виден небольшой перелом, на лицах многих появляются улыбки –

полные счастья и радости, как если бы его просьба была обращена к каждой лично и именно ей будет вынесена его личная благодарность.

Так, нельзя терять ни минуты.

– Как зовут ту женщину со светлыми волосами и в темно–синей форме? – приглушённо спрашиваю я у босса, продолжая сохранять дистанцию.

– Тамара Леонидовна, – подтверждает мою догадку Чернов, что это одна из работниц, с которой, мне предстоит согласовывать свою работу.

– Отлично! Я знакомиться, – единолично принимаю решение, четко понимая, что любая рекомендация со стороны Алексея в данном случае окажет мне медвежью услугу, – минут сорок мне вполне хватит.

– Но я хочу сам. . . – начинает выказывать он свое возражение.

– Алексей Сергеевич, а как ваша подготовка к конференции? Все нормально? – берут его в кольцо преданные фанатики оттесняя меня естественным образом.

Резво подхожу к Тамаре, здороваюсь ещё раз и сразу же беру ее в оборот, обрушивая град вопросов, которые подготовила ещё вечером.

Сначала она подвисает, видимо, не ожидая от меня такой прыти и наглости, но потом хмыкает и, бросив ухмыляющийся взгляд мне за плечо, отвечает:

– Ну пошли, Мария Васильевна, знакомиться, так знакомиться. . .

Тон её голоса немного пугает, но я, подбадривая себя, что через это нужно будет пройти в любом случае, делаю шаг в неизвестность, с тайной надеждой, что мне не решат устроить темную за ближайшим углом.

Не устраивают! Более того, знакомство с мусороперерабатывающей фабрикой оказывается ещё одним открытием: линии по переработке пластика и бумаги являются основными, стекло и металлы отделяются и отправляются кому–то из партнеров.

Тамара Леонидовна с гордостью сообщает о наличии собственной лаборатории на территории фабрики и постоянных работах по улучшению характеристик перерабатываемого сырья. Именно здесь речь заходит о Чернове, как о талантливом химике, благодаря разработкам и активности которого, стало возможным сотрудничество с европейскими партнёрами самого высокого уровня.

Слушаю и начинаю по–настоящему завидовать Алексею, такое уважение и гордость действительно нужно заработать и подтвердить упорным трудом.

А ведь, на первый взгляд, и не скажешь, – с удивлением принимаю я очередной факт.

– Ну и напоследок, Мария Васильевна, мой вам совет, если хотите задержаться здесь, постарайтесь быть максимально нейтральной в отношении сближения с начальством. Маргарите Александровне идеально удавалось сохранять этот баланс, но на её стороне

был возраст, опыт и точное понимание того, чем она здесь занималась.

Вы мне понравились, и я надеюсь, у вас хватит ума проделать такой же блестящий карьерный рост. В обратном случае вы вылетите отсюда со свистом выпущенной из ствола пули. Это только кажется, что наши боссы не могут договориться друг с другом. Когда речь идёт об успехе их совместного детища, никто не сможет им помешать, – она с силой захлопывает тяжёлую цеховую дверь, наглядно демонстрируя, что может случиться со мной, если я попробую нарушить атмосферу радости и благодати, по её словам, царящим сейчас между руководством комплекса.

Оно, конечно, не критично, но особой гармонии между боссами я как–то не заметила, а вот тёрки по поводу, кто здесь самый главный и все будет по–моему, имеют место быть.

Ладно, мои планы как раз вписываются в концепцию Тамары Леонидовны, поэтому всё у меня получится! По крайней мере в эти ближайшие несколько месяцев.

– Маша, я не понял, а почему ты не зашла ко мне? – догоняет меня уже на выходе сам Чернов.

– Простите, Алексей Сергеевич, мы с Тамарой Леонидовной обговорили первые согласованные действия и, чтобы не затягивать, я намерена заняться ими сейчас же.

– Но она не твой начальник, – с достаточно хорошо скрываемым, но все жене довольством выговаривает мне он.

– Естественно, поэтому с отчётом по данному вопросу, я обращусь уже к вам.

–Маша, я ценю. . . мы все ценим, что ты так яро взялась за работу, но мне хотелось бы, чтобы отношения между нами носили более непринуждённый характер.

– Как между вами и Дианой? – не сдерживаюсь я.

И впервые вижу, как он смущается!

Точно?! !

Мне это не показалось?! !

–Нет. . . Там было другое. . .

– Алексей Сергеевич, – выдыхаю я, пытаясь подобрать более подходящие слова. – Вы же понимаете, что заменить Маргариту Александровну – это просто невыполнимая задача, но я хотела бы постараться хотя бы частично с этим справиться. Я уже и так вам очень благодарна за помощь с машиной. Спасибо! И буду ещё больше, если вы позволите мне влиться в работу без столь интенсивного внимания с вашей стороны.

– Цветочек, ты меня отшиваешь?. . – переспрашивает он, кажется, не веря своим ушам.

– Алексей Сергеевич, – закатываю глаза я, поражаясь постановке вопроса, – мы же договорились!

– О чём? – округляет он уже свои мне в ответ.

– О том, что рабочие отношения остаются рабочими при любом раскладе.

– Отлично, тогда после работы, я приглашаю тебя на свидание. Сегодня.

– Нет.

Не сразу соображаю, что происходит. Его взгляд теряет привычную теплоту, сменяясь заинтересованностью охотника–профи и горящим в глубине глаз азартом, лицо напрягается, прибавляя Алексею сразу несколько лет.