Одинокая девушка
Шрифт:
Девочки вырезали несколько сообщений о происшествиях, наклеили их на большой лист картона и повесили его на стену. Вспоминая заметки Алана, Лоррен вместе с ученицами увлеченно обсуждала влияние владельцев печатного издания на общественное мнение, степень политизированности каждой газеты и те ловкие приемы, с помощью которых журналисты выдают мнения за факты.
Она сказала девочкам, что в следующем семестре попросит их сделать проект газеты, а пока посоветовала изучить побольше разных публикаций в прессе. В перерыве в учительской Лоррен рассказала
– Данная тема совершенно не вписывается в программу, – недовольно заметила мисс Гримсон, старейшая учительница английского отделения и подруга директрисы. – И она ничем не поможет девочкам в подготовке к экзаменам, что является, по моему мнению, главной целью образования, которое они получают здесь.
– Этого и не могло быть в программе, – возразила Лоррен, сама удивляясь своему боевому задору, – однако, как мне кажется, данная тема научит их думать самостоятельно и понимать, что происходит за надежными кирпичными стенами этой довольно устаревшей школы.
После такого утверждения число слушателей заметно сократилось, а вскоре они с Анной вообще остались вдвоем.
– Ну и ну! – покачала головой подруга. – За последние несколько дней ты стала такой храброй! Это что, влияние твоего друга журналиста?
– Действительно, – нехотя согласилась Лоррен, – Алан помог мне кое-что пересмотреть. – И добавила горько: – Когда смог ненадолго оторваться от своей Марго.
– Да, – сочувственно вздохнула подруга, – Марго остается вне конкуренции. И выглядит она очень чувственно, и одевается с сознанием дела. Притягивает к себе мужчин как магнитом и чрезвычайно им нравится. У нее есть все, кроме интеллигентности. Но когда вокруг столько поклонников, разве это имеет какое-нибудь значение?
Лоррен рассказала, что произошло, когда они с Аланом работали.
– Зачем ему надо было держать тебя там? – нахмурилась подруга.
– Чтобы заставить ее ревновать, зачем же еще?
– Едва ли это необходимо. Даже когда Марго демонстрирует явный интерес к другим мужчинам, она никогда не отпускает Алана далеко. Он всегда при ней, чтобы она в любой момент могла вернуться, он же сам говорил. – Анна вздохнула. – Но все равно, это очень интересно… Прими-ка еще один совет от «тетушки»: гони его прочь из своих мыслей и сосредоточься на Мэттью. Если ты сама еще не поняла, говорю тебе – он твой со всеми потрохами, только позови. Лучшего мужчины и пожелать нельзя, уж поверь мне!
Школьный семестр закончился за неделю до Рождества. Однажды вечером Лоррен стояла на автобусной остановке, нагруженная пакетами с покупками, как вдруг рядом с ней остановилась машина Алана. Он открыл переднюю дверцу со стороны пассажира и крикнул:
– Садитесь,
Прижимая к себе пакеты, девушка протиснулась на сиденье, поблагодарила Алана, и они нырнули в поток машин.
– Готовитесь к Рождеству? – спросил он, не отрывая глаз от дороги.
– В разумных пределах. А вы?
– Тоже в разумных пределах, – эхом повторил Алан, и оба засмеялись. – Я завтра уезжаю, вы же знаете.
Лоррен слишком хорошо знала это. Ей просто повезло, что она не будет одна на праздники. «Все это время, когда ему казалось, что я будто бы получала удовольствие от ссор с ним, – думала она, – я просто-напросто страстно желала слышать его голос и видеть его».
– Не сжалитесь ли вы над одиноким журналистом, Лоррен, и не согласитесь ли со мной поужинать?
Девушка была так потрясена его приглашением и тем, как он его сделал, что прошло несколько минут, прежде чем она ответила.
– Если вы чем-то заняты, – прервал молчание Алан, – так и скажите. Нет необходимости щадить мои чувства. Для этого у меня найдутся желающие.
– Ну… – Она все еще была в нерешительности от неожиданности. – Мне почти нечего делать сегодня, так что я принимаю ваше приглашение. Мэттью сегодня не придет…
– А Марго уехала писать отчет о показе моды, – сразу парировал он удар.
Лоррен засмеялась:
– Двое свободных на вечер людей без своих избранников.
Алан бросил на девушку провокационный взгляд:
– Будем считать себя вторым сортом, да?
Она кивнула и отвернулась к окну.
– Ваша мать не будет против?
– Нет. Она ждет на ужин Джеймса, так что, видимо, они будут только рады остаться наедине. А потом их ждут в гости какие-то друзья.
– Отлично, тогда в семь тридцать, – сказал Алан, ставя машину в гараж. – Я позову вас.
– Хорошо, что мне не надо ждать вашего звонка у двери, – улыбнулась Лоррен.
– Обещаю барабанную дробь, если вы будете опаздывать больше чем на минуту. Если задержитесь, я войду к вам и насильно украду.
Лоррен даже не пыталась скрыть свое счастье. Оно светилось в ее глазах, когда она говорила матери о приглашении Алана.
– Мэттью знает? – с тревогой спросила Берил, серьезно посмотрев на дочь.
– Мэттью? – удивилась она. – Нет. Он не придет сегодня вечером. Но в любом случае он не стал бы возражать.
– Я просто интересуюсь, дорогая. Просто потому, что его отец и я…
Не дослушав, Лоррен выбежала из кухни. Она не могла вынести того, что ее мать хотела сказать ей. «Лоррен и Мэттью, Мэттью и Лоррен…» – повторяли они с Джеймсом. В родительских мыслях их дети были неразрывно связаны, и девушка порой чувствовала себя так, словно все двери накрепко закрыты и пути к отступлению нет.
Успокоившись немного, Лоррен стала одеваться. Она выбрала платье, в котором была на балу прессы, и, хотя оно было легкое и совсем не зимнее, для свидания за ужином вполне подходило. К тому же она помнила, с каким восхищением смотрел тогда на нее Алан.