Один мертвый керторианец
Шрифт:
Тем не менее, когда приведший меня лейтенант доложил о нашем прибытии и капитан обернулся, я на всякий случай спросил, указывая на корабль:
— Что это, капитан?
— Это… — (Я увидел, что Бергер попеременно то бледнеет, то краснеет. С пугающей скоростью). — Это, мистер Грейвз, беда, хуже которой в космосе не сыщешь! Перед вами «Прометей», флагманский дредноут Рональда Вена! Или, как его чаще называют, Бешеного Рональда. Я надеюсь, вам известно, кто это?
— О да! Конечно. — Значит, это действительно был герцог Венелоа собственной персоной.
Признаться, вопрос я адресовал самому себе, но капитан решил, будто он обращен к нему, и запальчиво вскинулся:
— Понятия не имею! В системе Этана всего два п-в-туннеля, и оба они охраняются — и со стороны Денеба IV, и там, откуда мы пришли. Эта система считается абсолютно безопасной, иначе пассажирские корабли здесь бы не летали.
— Ясно. Разумеется, ни бежать, ни сопротивляться мы не можем?
На этот раз капитан Бергер побледнел. До состояния свежезамороженного трупа.
— А вы считаете… — начал мямлить он, но я его перебил:
— Я еще ничего не считаю — просто оцениваю обстановку. Итак?
— Он может уничтожить нас в любой момент!
— Не паникуйте, капитан.
Я лихорадочно думал; отложив на время рассмотрение своих отношений с герцогом Венелоа, я никак не рассчитывал, что вернуться к этому вопросу придется под дулами его пушек. С другой стороны, совсем недавно герцог клятвенно пообещал не покушаться на жизнь остальных, да и по отношению ко мне вел себя вроде как дружелюбно…
— Погодите, а что вообще ему надо? — спросил я у капитана.
— Вас!
— В смысле?
— Ну, едва показавшись в зоне видимости, Вен вышел с нами на связь. Лично. Он заявил, что ему известно о наличии у нас на борту некоего Роджера Грейвза, и потребовал, чтобы ему предоставили возможность переговорить с вышеозначенным…
— И все? Никаких угроз?
— Все. Я послал за вами. Но…
— Так какого черта вы тянете?! — воскликнул я. — Ждете, пока он разозлится? Если гер… то есть мистер Век хочет со мной поговорить, то пожалуйста. Отчего бы и нет?
Капитан сделал знак старпому, давая добро на связь, но с негодованием бросил:
— Да вы как будто и не особо удивлены! И не боитесь… Вы что, с ним знакомы?
Его голос сорвался на визг, и, проходя мимо, я поморщился:
— Ох, капитан, не задавайте идиотских вопросов! Он заткнулся, и я подошел вплотную к стене, желая получше рассмотреть этот корабль, целыми десятилетиями наводивший ужас на просторах Галактики. Казалось, от самих его очертаний — раскинутых крыльев, гордо вздернутой головы — веяло свободой, мощью, слепой стихией…
— Красивый у него корабль, — подытожил я свои наблюдения.
— Красивый, вы говорите?! — взорвался за моей спиной Бергер. — Да мертвецами, оставшимися после встречи с ним, можно было бы заселить целую планету!
Я, не оборачиваясь, пожал плечами:
— Что с того? Он же объективно красивый! И это
По-видимому, он еще обдумывал ответ, когда в спор вмешался тихий голос старпома, — похоже, что в отличие от своего начальника он сохранял спокойствие:
— Вен на связи.
Развернувшись, я направился к освобожденному старпомом креслу, и тут капитан высказался:
— Значит, не зря меня предупреждали власти Новой Калифорнии! Вы на самом деле бандит! А я-то — дурак! — поверил вашему корешу…
Остановившись, я круто развернулся на каблуках, и он умолк. Однако я постарался держать себя в руках.
— Отвечаю по пунктам: власти Калифорнии и впрямь кругом оболгались, я не бандит, а Джек Уилкинс мне не кореш. Вы же, капитан, дурак круглый — с этим я согласен! — Он проглотил оскорбление молча, дав мне возможность закончить свою мысль. — Хорошенько посмотрите по сторонам: вы летите по своему маршруту, вас никто не трогает. Пока. Ведите себя спокойно, и имеете хороший шанс продолжать в том же духе.
— Хороший шанс!
От страха до него явно с трудом доходило, и я, бросив попытки его утихомирить, продолжил путь к креслу Уже садясь, я заметил, что и капитан, и его помощник придвигаются поближе.
— Что ж, валяйте, слушайте, — пробормотал я и взглянул на монитор.
Там действительно был герцог Венелоа, лицо которого при виде меня приняло изумленное выражение. Я был склонен приписать это своей одежде (а на мне была все та же черная форма без нашивок, только выстиранная и выглаженная); сам же герцог выглядел точь-в-точь как на памятном Совете: черный плащ, черный мундир… Поставленные рядом, мы являли бы собой забавную парочку, и, возможно, его посетили схожие мысли, ибо герцог обратился ко мне любезно, но не без иронии:
— Приветствую вас, Ранье! Рад видеть, что, несмотря на определенные опасения, вы пребываете в добром здравии. — Все это, разумеется, по-керториански.
— И вас, герцог, вижу, не коснулось крыло перемен, — в тон ответил я. — Чем обязан столь неожиданной встрече?
Отставив вдруг официальность, он просто сказал:
— Да, собственно, я хотел бы с вами побеседовать. Не более.
— На тему Вольфара?
— Да, — спокойно подтвердил он.
Я чуть подумал — и не нашел в подобном желании ничего предосудительного. В конце концов, я охотно мог поверить, что его и вправду интересует, кто и как прикончил его старинного врага.
— Что ж, я не против.
— Тогда я приглашаю вас побыть несколько часов гостем на борту «Прометея».
— Да, спасибо, это было бы удобно. Вот только я опасаюсь осложнений при попытке покинуть корабль — капитан, похоже, подозревает нас в сговоре.
— Боится?
— Жутко.
Губы герцога сложились в презрительную усмешку — первое выражение чувств, которое я заметил с начала разговора.
— Передайте ему, что его колымаге ничто не угрожает, покуда он не предпринимает враждебных действий против нас: вас и меня.