Один мертвый керторианец
Шрифт:
— Бесполезно… Они намертво заблокировали все выходы, когда вы проникли в…
— Суй, черт тебя дери!!!
На деревянных ногах, как идущий на эшафот, он сделал еще два шага и покорно вложил карточку в прорезь, но красные огоньки (здесь они были покрупнее — под стать дверям) лишь замигали еще скорее, а по всему помещению раскатился зловещий вой сирены.
— Я хотел вас сразу предупредить… — едва слышно забормотал он, но, право ж, лучше б этого не делал.
В припадке бешеной ярости я сгреб его в охапку и попросту отшвырнул в сторону. Пролетев ярда три, он рухнул на скат стоявшей там антигравитационной платформы, да так и остался
Не думая уже об улетающем корабле, я огляделся, отыскивая себе последний рубеж обороны, как вдруг заметил еще одну дверь! Она была чуть дальше слева и вела в том же направлении, то есть на поле. Я бросился к ней, как утопающий к спасательному кругу, как вратарь, парирующий пенальти в финале чемпионата Галактики… Нет, конечно, замок тоже наверняка был заблокирован, но ведь это же была обыкновенная дверь двух метров высотой и приемлемой ширины, того типа, для которого ключ не являлся обязательно необходимым.
Подскочив к цели, я отбежал на три шага, отшвырнул бесполезный бластер и с разгона атаковал плечом металлическую поверхность. Удар, казалось, сотряс самые стены ангара, я отбил плечо, дверь прогнулась, но с петель, или что там у нее, не соскочила… Тряся головой в безуспешной попытке избавиться от звона в ушах, удачно дополнявшего вой сирен, я вновь отправился на позицию. Помимо прочего, у меня возникло ощущение, будто что-то вокруг изменилось, но, лишь начиная второй разбег, я сообразил что… Я снова видел себя, так же как и все желающие, — генератор невидимости отключился! Эта мысль вкупе с донесшимися криками подстегнула меня, и в удар другим плечом я вложил всю массу своего тела — вместе с душой и исторгнувшимся из нее воплем.
Вышибив-таки дверь, я рухнул вслед за ней на бетон желанного летного поля, едва удерживая в себе душу, рвущуюся в собственный полет. Тем не менее, оглушенный, я умудрился подняться на карачки и вскинуть голову — представшая глазам картина заставила меня позабыть о дурном самочувствии и принять низкий старт.
Космический лайнер «Пелинор» возвышался в какой-то паре сотен метров от меня (вероятно, он до недавнего времени занимал тот ангар, через который я только что прорвался). В ближайшем ко мне борту его похожего на гигантское веретено корпуса зияло отверстие посадочного люка, от которого к полю спускался широкий трап. И по этому трапу следовала жиденькая цепочка пассажиров — посадка заканчивалась! А внизу, у основания трапа, толпились охранники.
Но я не обращал на них внимания, как будто оставался невидимкой, — мои глаза во время последнего отчаянного рывка были прикованы к яркому на фоне заката пятну входного люка. «Подождите!.. Подождите чуточку!..» — шептал я, задыхаясь и не успевая… Вот уже спина последнего пассажира скрылась в проеме, но — о чудо! — люк не закрывался.
Приободренный, я еще наддал и опустил глаза. И очень вовремя. Нестройная куча врагов преобразовалась в две шеренги, сверкавшие мне навстречу обнаженными дулами бластеров. Офицер, командовавший ими, кричал мне что-то, но я разобрал лишь последнее слово: «Огонь!» Раздался дружный залп, и в то же мгновение я включил генератор силового поля, управляющий перстень которого покоился в моем кармане рядом с кольцом невидимости.
Моих
Перешагнув наконец порог земли обетованной, я остановился и завертел головой, первым делом намереваясь обнаружить и горячо поблагодарить доброго ангела, придержавшего мне люк. Справа от входа, рядом с управляющей консолью, на полу лежал стюард в форме компании «Трэвел интергалактикс», а над ним возвышался Джек Уилкинс с лазерной винтовкой наперевес! Кивнув мне, он повернулся, утопил одну из клавиш на консоли, подошел к начавшему с шипением закрываться люку, врезал прикладом по зубам пытавшемуся проскочить внутрь эсбэшнику, дождался зуммера, возвещающего о завершении процесса герметизации корабля, после чего обратился к мужику, стоявшему передо мной:
— Ну все, капитан! Можно лететь!
— Вы капитан? — недоуменно переспросил я, пялясь на невысокого щуплого мужчину в белом кителе. — А почему вы не в рубке? Или где там полагается…
— Да! Я — капитан «Пелинора» Манфред Бергер! — рявкнул коротышка неожиданно сочным басом. — А не в рубке я потому, что этот господин с винтовкой в руках взял меня в заложники и пообещал снести голову, если я не пущу вас на корабль!
— Но я же на корабле… — Ничего не понимая в творящемся вокруг абсурде, я повернулся к Уилкинсу, но тот лишь усилил мое недоумение, нагнувшись и прислонив винтовку к стене со словами:
— Поэтому я и говорю: все в порядке, капитан! Надо сматываться с этой дерьмовой планетки!
Капитан Бергер явно понимал не больше моего, но все же сделал знак, после которого к Уилкинсу поднеслось несколько дюжих ребят — как я догадывался, из внутренней охраны корабля. Однако Уилкинс лишь скрестил руки на груди, и капитан вновь перевел взгляд своих серых глаз на меня.
— Так! — находчиво сказал он. — Вы…
— Я лечу вашим рейсом. — Я решил предупредить поток вопросов. — У меня есть билет!
— Покажите! — потребовал он.
Вытащив из нагрудного кармана пластиковую карточку «Трэвел интергалактикс», я протянул ее капитану. Придирчиво осмотрев ее, он протянул руку вбок, и кто-то тут же вложил в нее маленький приборчик. Проведя сканером над карточкой, он недоверчиво хмыкнул:
— Билет-то настоящий, но он выписан на имя Роджера Грейвза. А из министерства безопасности меня предупреждали, что под этим именем скрывается…
— Я — Роджер Грейвз! У меня есть документы. — Не дожидаясь очередного требования, я вытащил из кармана свой старенький паспорт, выданный на Рэнде, и отправил вслед за карточкой.
Пролистав сей допотопный образчик, сравнив фотографию и прочитав мифическую дату моего рождения, капитан так изменился в лице, что я поспешил заверить:
— Он тоже настоящий. Вы можете сличить отпечатки пальцев и рисунок радужной оболочки.
— Не надо, — внезапно дрогнувшим голосом сказал капитан Бергер. — Я вас узнал — вы действительно Роджер Грейвз!
— Вот видите, капитан! — вставил Уилкинс. — Все, как я вам говорил…
— Вижу, — сухо подтвердил тот и новым жестом потребовал себе рацию. — Рубка! Просите разрешение на взлет! Я сейчас буду.