Очи бога
Шрифт:
— Спасибо, Фиггис. Мне нравится, — с чувством сказал Гилвин.
— Пока не благодари, — ответил старик. — Нужно провести серьезное испытание, — он взял Гилвина за руки и помог подняться. — Вставай…
Гилвин вначале перенес вес на правую, здоровую ногу, затем слегка наступил на новый башмак. Шарниры в каблуке заскрипели.
— Нужно добавить масла, — заметил Фиггис.
Гилвин нажал немного сильнее. К его удивлению, башмак держал ногу, и лодыжка стояла прямо. Он почувствовал, как натянута кожа башмака, как плотно ремни охватили голень. Покачиваясь, он полностью наступил на ногу.
— Спокойно, — велел Фиггис. — Я держу тебя.
Для
— Работает! — радостно воскликнул Гилвин.
— Осторожнее, — заметил Фиггис. — Тебе нужно привыкнуть.
Гилвин старался удержать равновесие, используя здоровую ногу. Когда это удалось, он залился счастливым смехом. И снова сделал шаг, а удивительный башмак тянул его вперед. Раскинув руки для равновесия, Гилвин делал первые настоящие шаги в жизни.
— Тебе удалось это, Фиггис. Я могу ходить!
Фиггис просиял.
— С днем рождения, мой мальчик.
Гилвин с улыбкой повернулся к наставнику.
— Чудесный подарок, Фиггис. Спасибо тебе!
Фиггис уселся в кресло Гилвина, восхищаясь собственной работой. Он улыбался во весь рот, демонстрируя отсутствие зубов.
— До чего же радостно поглядеть, как ты здесь стоишь — ровно, как стрелочка. Твоя мать гордилась бы тобой.
Гилвин кивнул: он тоже хотел бы этого. У Бейт Томз никогда не было много денег, но сыном она не уставала гордиться. Когда мать была жива, Гилвин нечасто виделся с ней, занятый обучением библиотекарскому делу у Фиггиса. Но мать не обращала на это внимания. Она почти всю жизнь прослужила в Лайонкипе, будучи одной из бесчисленных служанок, следивших за чистотой в замке, и знала, что ее мальчик в миле от нее, под присмотром старого ученого. Так повелось с тех пор, как Гилвин выучился читать. Фиггис стал его приемным отцом. Но Бейт всегда была неподалеку, радуясь и гордясь сыном-ученым.
— Тебе нужна практика, — предупредил Фиггис. — Вначале расслабь ногу, не дави. Иначе нога покроется ранами, пока мышцы не окрепнут. Ничего, скоро привыкнешь и будешь сильнее.
— Да, это так, — согласился Гилвин. Он еще чуть пошатывался, но испытывал удовольствие от ходьбы. Он сделал маленький шажок к двери, надеясь, что марнийцы увидят его. Но в холле никого не было. Несколько человек рылось на полках, не обращая на него внимания.
— Теперь ты можешь пойти со мной и понаблюдать за лунным затмением — сказал Фиггис. — Пусть все видят, что ты ходишь.
Гилвин сделал гримасу. Из-за дня рождения он и забыл об эллипсе.
— Ммм, насчет этого, Фиггис… Я как раз хотел сказать тебе. Если можно, я не пойду тобой.
— Что? — радость старого ученого угасла. — Почему нет? Весь замок будет там. Даже генерал Трагер. — Фиггис лукаво усмехнулся. — Ты что, не хочешь встречаться с генералом?
Гилвин покачал головой. Он распрощался с мечтой стать солдатом, и даже специальный башмак не мог помочь.
— Я и в самом деле не хотел бы.
— Но для меня это будет великая ночь. Ты знаешь, как много я трудился, чтобы предсказать лунное затмение, — лицо библиотекаря смягчилось. — Ты всегда сможешь спрятаться в библиотеке.
— Я не прячусь, — сказал Гилвин. Он снова повернулся к дверям. Стоя на пороге, он выглянул в коридор, надеясь, что кто-нибудь появится, и неприятный
— Но я хочу, чтобы ты был. Это важно для нас обоих. Это шанс показать всему Коту, что мы так же важны, как армия. Что мы не просто книжные черви.
— Я знаю. Но не люблю толпы. Они будут глазеть на меня.
— Они будут слишком заняты глазением на небеса, чтобы отвлекаться на тебя, — заверил Фиггис. — И еще: если ты пропустишь такой драматический момент, как затмение…
— Я не пропущу его, — ответил Гилвин. — Я увижу его, и очень хорошо.
Фиггис подошел к столу и начал поигрывать маленькой моделькой, которую сам построил. Он назвал ее планетарием, в ней были представлены движения небесных тел. Наряду с увлечением математикой, книгами и культурой Джадора, Фиггис был еще и завзятым астрономом. Он лично предсказал сегодняшнее затмение Луны, о чем, не переставая, судачил весь Кот. Он двинул пальцем маленькие планеты, заставив их медленно вращаться.
— Эх, значит, придется идти одному, — произнес он. — А когда начнутся аплодисменты, все они достанутся мне. — Он обернулся к Гилвину. — Так ты этого хотел, ученик?
Гилвин не отвечал. Вместо этого он приблизился к столу, чтобы снова взглянуть на удивительную модель. Фиггис использовал планетарий, дабы объяснить суть затмения королю Акиле. И король впечатлился. По словам Фиггиса, он даже улыбнулся.
— Король тоже будет там? — спросил Гилвин. Он качнул маленький металлический шарик, заставив его двигаться. Краешком глаза парень заметил, как скривилось лицо Фиггиса.
— Нет. Ты же знаешь, он не выходит наружу.
— Даже ради лунного затмения? Я думал, он заинтересовался этим событием…
— Ты пытаешься уйти от разговора. Но, да будет тебе известно, король Акила сказал мне, что будет наблюдать затмение из замка.
— Жаль, — вздохнул Гилвин. Только присутствие короля могло повлиять на его решение. Ведь это уже само по себе явилось бы более значительным событием, нежели затмение. Акила Призрак почти никогда не покидал Лайонкипа. Гилвин не встречался с ним ни разу. Подобно своей уродливой супруге Кассандре, он избегал людей, встречаясь лишь с ближайшими советниками. К собственному удивлению, старик Фиггис был включен в число этих советников; несмотря на безумие, король любил свою библиотеку. Но напрасно некоторые пытались обсуждать с Фиггисом вопросы, связанные с жизнью короля. Для него это было закрытой темой, и при любой попытке старый библиотекарь становился глух и нем.
— А ты знаешь, на сегодняшнем мероприятии соберется множество хорошеньких девушек… — сказал Фиггис, глядя, как ученик забавляется с моделью.
— И что из этого?
Фиггис пожал плечами.
— Да, собственно, ничего. Просто пришло в голову. Вся площадь Канцелярий будет ими заполнена.
Площадь Канцелярий. Услышав это название, Гилвин хихикнул. Ее так не называли с тех пор, как король, много лет назад, упразднил все канцелярии. Некоторые из старых зданий канцелярий все еще оставались, но, в основном, их занимала армия генерала Трагера. Фиггис порой забывал об этом. Или просто предпочитал старое название?