Очи бога
Шрифт:
— У джадори есть ящеры для перехода по пустыне. У нас — нет.
— Не все из них путешествуют на крилах, милорд. Большинство караванов из Ганджора, и они используют дровасов. Если так, мы, конечно, отыщем путь.
Акила подумал минуту, глядя на взволнованное лицо библиотекаря. Он, кажется, поверил в эту дикую историю. В мире, и вправду, много колдовства. Акила знал это, так как проштудировал горы лиирийской литературы. Но никогда не слышал об амулетах «Очи Бога». Для него это звучало как полнейшая бессмыслица. Она закрыл глаза и вздохнул.
— Фиггис,
— А разве нет?
Акила открыл глаза. Перед ним стоял Фиггис, уверенный в своей правоте и прямой, как стрела. Похоже, он и не думал шутить.
— Фиггис, вы что, верите в сказки?
— Но это наша надежда, милорд, вот и все. Это не безумие и не глупость. Я верю в эти амулеты.
— Да? А может быть, просто хотите верить? Вы помешаны на Джадоре, Фиггис. Может, все это лишь обман, фальшивая надежда?
Фиггис пожал плечами.
— Даже если так, что еще мы можем предпринять? Кассандра умрет через несколько месяцев, и ничто на этой стороне от пустыни не спасет ее.
Для Акилы любая надежда, сколь нелепо она бы ни звучала, была в радость. Он уже много времени находился во тьме, откуда, казалось, нет возврата. Но Фиггис принес свечу…
— Фиггис, пожалуй, меня назовут безумцем. Для канцлеров я уже таков. Какими словами я расскажу им о магических амулетах? Это звучит как нелепица!
И снова библиотекарь раскрыл книгу.
— Все содержится в тексте. Здесь все, что нужно знать.
— Этого недостаточно. Вы сказали, что не прочли книгу полностью. Может, она — просто сборник выдумок? Кто докажет, что это правда?
— Я изучал Джадор, милорд, — откликнулся Фиггис. — Поэтому все, написанное здесь, — правда. Они пишут о крилах, и мы знаем, что они существуют. Пишут о городе посреди пустыни. Это Джадор, милорд. А Джадор — вовсе не миф.
Акила не отвечал. Может, под воздействием алкоголя, но он начинал верить старику. Подобно большинству лиирийцев, он мало знал о Джадоре, разве что о его отдаленности и таинственности. И он прежде сталкивался с колдовством, по крайней мере, с его отдельными проявлениями. На улицах Кота так и кишели гадалки и прорицатели по рунам. Если магия доступна им, то почему не джадори?
— Если бы это было так, — шептал он. — Я на все готов, лишь бы спасти Кассандру.
Фиггис ухватился за эту возможность.
— Амулеты спасут ее, милорд. Если они существуют, она будет жить вечно, не болея, такая же молодая и красивая, как сейчас. И вы — вместе с ней!
— Я вовсе не желаю жить вечно!
Библиотекарь опустил глаза. Акила приподнял бровь.
— Вы чего-то не договариваете, — потребовал он ответа. — Что вы скрываете?
— Милорд проницателен, — усмехнулся Фиггис.
— Говорите, — настаивал Акила.
— Да, есть кое-что. Это касается проклятий, милорд.
В этот момент Акила подумал, что он не расслышал, но затем разразился
— Проклятие? Вы хотите сказать, что эти чертовы амулеты прокляты?
— Позвольте объяснить, милорд…
— Нет, Фиггис, неужели вы не понимаете? Проклятие не имеет значения, ибо сам я проклят. Гигантские ящеры, магические амулеты, а теперь еще и проклятие! Как это кстати!
— Король Акила, пожалуйста, — взмолился Фиггис. — Это не то, что вы думаете. — Он начал листать книгу. — Вот. «Носитель Инаи ка Вала — „Ока Бога“ — не должен показываться на глаза людям. Если сделать это, чары разрушатся, наступит смерть. Вот и все.
— А вы не думаете, что это плохо? Вы что, сумасшедший? Нам придется стать затворниками, Кассандре и мне? Никогда не показываться на глаза людям? И сколько мы должны так прожить?
— Но подумайте, милорд. Все не так просто. Разве каган Джадора жил один и никто его не видел? А его жена? Вы понимаете? Здесь что-то еще, помимо написанного в книге. Если мы поедем в Джадор, то сможем отыскать правду касательно амулетов, обнаружить, как они должны использоваться.
— О, да, Я начинаю понимать. Вы просто жаждете попасть в Джадор, не правда ли? Вы сами сказали, что знали об амулетах многие годы. А теперь сможете найти их, а я оплачу вашу экскурсию.
Улыбка Фиггиса растаяла.
— Милорд ошибается, если думает, что я действую в собственных интересах. Я хочу лишь добра королеве.
— Но вы ведь возглавите отряд в Джадор, верно?
— Конечно. Я единственный могу объясняться на их языке. Глупо было бы не послать меня.
— Как удобно, — притворно улыбнулся Акила. Он плеснул себе еще бренди, сердясь, что позволил себя обмануть. Он не считал библиотекаря столь амбициозным. Но старик вроде бы говорит искренне. Акила задумался об амулетах, о глупом проклятии, о том, как добыть их в Джадоре. Фиггис с любопытством смотрел на него. Наконец, Акила поставил стакан.
— Я очень люблю Кассандру, — сказал он. — Мы были женаты недолго, но она для меня — все в этом мире. Я не могу потерять ее. Если эта история — всего только ложь, необходимая для поездки в Джадор, я повешу вас на первом же столбе.
— Это не так, милорд, я клянусь, — забормотал Фиггис. — В книге говорится, что Глаза Бога существуют, и я в это верю. Я принесу их вам, если позволите, — он умоляюще смотрел на Акилу. — Вы ведь позволите мне, милорд?
Акила помолчал какое-то время. Он думал о Кассандре.
— Наверное, я пьянее, чем думал, — сказал он. — Поезжайте. Я дам вам все необходимое для вашей миссии, Фиггис.
Лицо библиотекаря просияло. — Отлично, милорд. Спасибо вам! Но мне нужны люди, деньги и снаряжение. И отбыть нужно поскорее. К концу недели.
— Собирайтесь быстро, а потом приходите за деньгами. Я заплачу за все, что нужно, — Акила откинулся в кресле, на его лице застыла кривая усмешка. — А что касается людей, я знаю, кого послать с вами.