Очи бога
Шрифт:
— Да, — согласился Акила. — Все они меня испытывают. Абсолютно все.
Король Мор, барон Гласс, канцлер Хогон — все они состоят в заговоре, готовые уничтожить то малое, что он построил. Хотят власти для себя и ничего больше, но Акила не позволит им добиться желаемого. Он осмотрел постройку, зная в глубине души, что библиотека будет построена.
Чего бы это ни стоило.
Он услышал звук за спиной. Повернувшись, заметил скачущую под дождем одинокую фигуру всадника. Бронзовый Рыцарь был одет
— Можно мне подойти ближе? — крикнул он.
Акила подумал минутку. Он хотел побыть один.
— Ладно, если нужно.
Лукьен спрыгнул с коня. Посмотрел на небо и заметил:
— Сегодня плохой день для мечтаний, Акила. Почему бы тебе не вернуться в Лайонкип со мной? Выпьем чего-нибудь горяченького.
— Не сейчас.
Краешком глаза Акила заметил, как нахмурился Лукьен.
— Ты в раздумьях, — сказал рыцарь. — Что занимает твои мысли?
— Мне есть о чем подумать, — резко отозвался Акила. Он повернулся к Лукьену. — Зачем ты приехал? Проверить меня?
— Да, а еще привез новости. Дом Герцогов прислал в Лайонкип новую декларацию. Барон Гласс сам привез ее. Он ждет тебя в замке.
И без того дурное настроение Акилы сменилось мрачным оцепенением. Это уже четвертая декларация, объявляющая войну, изданная Домом Герцогов, и каждую последующую подписывало большее количество лордов Лиирии. Сейчас он уже не сможет проигнорировать ее, понял Акила.
— Барон Гласс настаивает на ответе, — продолжал Лукьен. — Я думаю, тебе лучше повидаться с ним.
— Мне еще нечего сказать ему. Вот почему я здесь — я думаю.
Лукьен подошел поближе, усевшись на камень рядом с Акилой. На его лице играла нежная улыбка.
— Что ты будешь делать? Сидеть здесь под дождем весь день?
— Если это поможет, то да.
— Ты очень сердит. Пожалуйста, не выплескивай свой гнев против Гласса на меня. Я ни в чем не виноват.
Акила закусил губу. Невинное выражение лица Лукьена говорило, что Трагер, пожалуй, солгал.
— У меня сейчас куча дел, вот и все, — произнес он. — Эти проблемы с Норвором измучили меня. Видимо, у нас нет другого выхода, кроме мобилизации войск.
Лукьен кивнул.
— Согласен. Значит, можно сообщить Мору об этом, прежде чем начинать. Как только он поймет серьезность твоих намерений, он, вероятно, пойдет на сделку.
— Сделку? О, нет, я вовсе не хочу этого.
Рыцарь заморгал.
— Не хочешь?
— Мор оскорбил меня, Лукьен. Он угрожает моему миру с Рииком. Я не позволю ему разрушить плоды своего труда и сделать из меня болвана.
— И что ты будешь делать?
Акила отвернулся. Впервые в жизни он не хотел делиться с Акилой планами. Он опустил глаза, и на лице его заиграла
— Когда все будет закончено, это будет нечто грандиозное, — сказал он. — Вот увидишь, Лукьен. И барон Гласс увидит, и Кассандра, и остальные. Эта библиотека поразит всех.
Лукьен оглядел жалкое строение.
— Но сейчас оно не выглядит таковым, верно?
— Еще нет, но скоро…
— Акила, я думаю… — Лукьен наклонился ниже. — Может быть, барон Гласс прав насчет библиотеки. Может быть, тебе стоит прекратить тратить на нее деньги…
Брови Акилы поднялись:
— Что?
— Я имею в виду, пока не решены проблемы с Норвором.
— Нет, Лукьен, — прошипел Акила, поднимаясь на ноги. — Гласс неправ. Ни насчет библиотеки, ни насчет всего остального.
Лукьен поднял руки.
— Я только предложил, и все.
— Эта библиотека будет построена. Черт бы побрал Норвор и барона Гласса. — Акила медленно направил палец в лицо Лукьену. — И тебя вместе с ними.
— Что? — Лукьен быстро вскочил, отводя палец Акилы. — Я не твоя маленькая служаночка, Акила. Не вздумай еще раз сказать такое. Помни, я на твоей стороне.
— Неужели? — скривился Акила.
Выражение лица рыцаря стало жестким.
— Да. Разве ты сомневаешься? Почему ты больше не доверяешь мне?
Не находя аргументов, Акила покачал головой и вздохнул.
— Ладно. Я не должен был говорить тебе такое. — Он снова уселся на камень. — Слишком много у меня дел. Это сводит меня с ума.
Это объяснение удовлетворило Лукьена, и он кивнул.
— Я знаю, ты еще беспокоишься насчет Кассандры. Как она?
Акила не мог справиться с собой.
— Почему ты спрашиваешь о ней?
— Потому что я давно ее не видел.
— С ней не все благополучно. Что-то с желудком, я не знаю.
— Тогда нужно пригласить лекаря, — резко сказал Лукьен. — И как можно скорее, ты не находишь?
— Она не хочет видеть лекаря, Лукьен. Ничего не хочет делать из того, что я предлагаю, ты знаешь.
— Ты ведь ее муж. Ты должен настоять.
Акила горько рассмеялся.
— Я ее муж! Не думаю, что для Кассандры это имеет значение.
— Акила, о чем ты говоришь? — спросил Лукьен, пораженный. — Это бессмыслица какая-то!
Акила махнул рукой.
— Поезжай обратно в Лайонкип. Скажи барону Глассу оставить свою декларацию там же, где остальные. Когда я буду готов, я пошлю за ним.
— Так ты не вернешься со мной?
— Нет. Я еще не закончил здесь.
Лукьен воззрился на него, но Акила отвел глаза. Наконец, рыцарь развернулся и пошел к коню. Подавленный, он взобрался в седло и поехал прочь. Акила наблюдал за ним. Ему не по душе было то, как он осадил Лукьена. Но он не знал, может ли доверять рыцарю.