Очи бога
Шрифт:
— Милорд, подождите, — окликнул Лукьен. — У вас уже не остается времени на раздумья. Вы должны действовать немедленно. Начинайте подготовку к отражению атак армии Акилы.
Кадар махнул рукой, словно его все это не интересовало.
— Довольно разговоров. Отдыхайте. Еду и напитки вам принесут. После встретимся и поговорим.
Но Лукьен снова не дал ему уйти.
— Подождите, еще вот что. Как вы научились говорить на нашем языке? Я же помню, шестнадцать лет назад вы не говорили ни слова.
— У меня был хороший учитель, Бронзовый Рыцарь, — отвечал Кадар. — И люди — чтобы обо всем позаботиться. Времени на обучение хватило.
С этими странными словами каган Кадар вышел из комнаты, оставив дверь открытой, а гостей —
44
Акила откинулся на спинку кресла в тени под деревом, изучая игровое поле и бесстрастное лицо соперника. Он уже пожертвовал всеми хорошими фигурами, но все еще пытался перехитрить его и добиться победы. Вокруг стоял обычный армейский шум. Король потянулся через стол за бокалом вина и, пока раздумывал над ходом, осушил его, сразу налив новый. Лейтенант Лил выглядел расслабленным и уверенным в себе. Акила же — нервным и сердитым. Дорога на юг оказалась весьма непростой, и до Фардука они добирались много дольше, нежели предполагали. Он устал и был раздражен, и только игра в крестоносцев доставляла ему удовольствие. Кроме выпивки, разумеется. Как только они достигли границ Нита, Акила позвал Лила сыграть с ним. Вначале их отношения были неловкими, ибо лейтенанту не доводилось так близко общаться с королем, и он не знал, как себя вести. Но затем между ними вдруг образовалась дружба, всячески поощряемая Акилой. Вот сегодня они играли в крестоносцев три часа подряд, пока Трагер и остальные офицеры разбивали лагерь. День стоял теплый, сидеть под деревом было так приятно. Армия выбрала отличное место для отдыха — в широкой долине Нита, среди вязов. Места оказалось более чем достаточно для размещения двух тысяч человек Акилы, да еще коней, повозок, оружия и припасов. Люди уже привыкли к путешествиям, и палатки ставились в одну минуту. Разжигали костры, чтобы готовить ужин, и вся равнина покрылась огнями, словно пылающими звездами. До Акилы донесся голос генерала Трагера. Он выкрикивал приказы, организовывал людей и проверял состояние лошадей. Трагер проявил истинный талант организатора, и дела шли хорошо. Если верить картам, в полумиле к востоку отсюда протекал приток реки Агоры. Трагер уже отправил нескольких человек искать брод, уверенный, что к закату они вернутся.
— Ваш ход, милорд, — прервал его раздумья Лил.
Акила поднял глаза.
— Знаю. Я как раз думаю.
— Простите, милорд.
— Пытаешься отвлечь меня, Лил. Не выйдет.
Он был хорошим человеком, этот лейтенант, да к тому же отличным воякой — по словам Трагера. А садясь за игру, проявлял себя истинным гигантом и почти всякий раз побеждал Акилу. Даже в тех играх, где Лил проигрывал, Акила был убежден, что лейтенант просто поддавался. Наконец, король взялся за фигуру, двигая генерала по доске. Лил только взглянул — и сейчас же выставил катапульту. Его скорость раздражала Акилу.
— Ты уверен, что хотел сделать именно этот ход? — спросил он. — Ты ведь даже не думал!
— На самом деле, думал, милорд. Я знал, что если вы походите генералом, то я отвечу ходом катапульты.
— Отлично.
Акила был рад забыться в игре. С тех пор, как он лишился Кассандры, его мозг утонул в горе и вине. Он скучал по Коту и комфорту Лайонкипа, но ведь скучал он и тогда, когда его возлюбленная жена находилась рядом, в своих покоях. А теперь все это ушло, и остались лишь горькие воспоминания.
Прекрасные виды вокруг не доставляли Акиле радости. Он хотел одного: достичь Ганджора, а затем и Джадора. А потом — найти Лукьена и убить его.
— Милорд? — внезапно спросил Лил.
— Что?
— Как вы думаете, принц Даралор позволит нам пройти?
— Уверен, что позволит, — отвечал Акила, удивленный прямотой лейтенанта. — Не одним путем, так другим.
Лил отвел взгляд от доски, всматриваясь в южном направлении, где начинался Нит. Герольды еще не вернулись. Но Акила не беспокоился. Он ожидал
— Люди Нита — гордецы, милорд, — напомнил Лил.
— Вот теперь ты заговорил, как Трагер, — проворчал Акила. — Не позволяй себе заразиться его пессимизмом, Лил. Как только Даралор увидит размеры нашей армии, он живо нас пропустит, как это уже сделали другие.
Эти слова, казалось, успокоили Лила. С того дня, как они покинули Кот, их армия не встречала сопротивления. Напротив, короли и правители земель радушно приветствовали их, явно напуганные как размером войска, так и его репутацией непобедимого. Акила понимал, что это заслуга Трагера, ибо генерал заставлял лиирийскую армию держать в страхе весь мир. В Марне и Фардуке их вообще встречали как героев. Осыпали дарами, снабжали вкусной едой и прочими припасами — и все это благодаря трудам Уилла Трагера. Акила был весьма признателен полководцу. Теперь, когда нет Грэйга, Трагер остался единственным его другом.
— Генерал считает, что нам лучше обойти вокруг, — заметил Лил. — При этом мы потеряем не более суток.
— Нет, мы не станем обходить, — возразил Акила. Он сузил глаза, разглядывая фигуры: интересно, удастся ли ему «съесть» катапульту Лила? — Время дорого, и нечего тратить его зря.
— А генерал думает, что время у нас есть. Он опасается переходить реку.
— Решения здесь принимает не генерал, — заявил Акила. — А теперь помолчи, дай мне подумать.
Будучи в раздражении, он быстро сделал ход кавалеристом и забрал катапульту Лила. Лейтенант улыбнулся, а потом двинул башню и забрал кавалериста. В голове у Акилы зашумело. В гневе он схватил стакан и сделал большой глоток — это единственное, что могло утишить его боль. Допив до конца, он с громким стуком опустил стакан на столик, отчего все фигуры разлетелись.
— Мне уже худо! — прошипел он. — От того, что я торчу тут, непонятно где, от всего этого проклятого шума!
Люди, разбивающие лагерь, бросали на него испуганные взгляды. Акила в замешательстве глубоко вздохнул. Лил, очень осторожно, начал выставлять на доску упавшие фигуры.
— Может, начнем новую игру, милорд? — предложил он.
— Что, сдаться? Забудь об этом, парень. Лучше продолжим.
— Как хотите, милорд. Ваш ход.
Как всегда, расположение фигур было в пользу Лила. Акила не был уверен, стоит ли доигрывать, но решил не допускать во время игры никаких разговоров о Ните. По непонятным причинам маленькое герцогство заставило его прославленную армию нервничать. Даже Трагер подбивает пойти в обход, теряя драгоценные дни. Глядя на доску, где его фигуры находились в столь неутешительных позициях, король вспомнил предостережение Трагера.
— Проклятые разбойники! — пробормотал он.
— Милорд?
Акила поднял глаза на Лила, внезапно осознав, что беседует сам с собой.
— Ничего. Я просто… задумался.
Он пытался вернуть внимание игре, но тут его отвлек чей-то крик. Они с Лилом заметили всадников, скачущих с юга. То были его герольды, возвращающиеся из Нита. За ними ехала небольшая группа людей с сине-золотым знаменем Нита. Акила усмехнулся. Генерал Трагер тоже увидел всадников и посмотрел в сторону короля.
— Я знал, что они вернутся, — с этими словами Акила помахал генералу рукой. — Видишь, Лил? Мне-то хорошо известно, о чем думают правители вроде Даралора.
Лейтенант вскочил при приближении своего генерала. Трагер послал ему кислую улыбку.
— Хорошо отдохнули, лейтенант? — саркастически спросил он.
— Полегче, генерал, — проворчал Акила. — Он поступал так, как я велел.
Трагер указал на приближающихся всадников.
— Похоже, ваше желание сбылось, король Акила. Здесь сам Даралор.
— Правда? — удивился Акила. Он вскочил на ноги и стал всматриваться в группу людей. Кроме герольдов, там было еще семь человек. Тот, кто скакал во главе процессии, был в ярко-зеленом плаще и золотой короне.