Обворожить графа
Шрифт:
– Я знаю. – На этот раз вино пил Картер.
– Я хочу сказать, что она… она соблазнительна. Красива, умна, очаровательна.
– Как будто я не знаю.
– А в таком случае я не могу поместить вас двоих в одной комнате, видимо, тебе придется довольствоваться кабинетом. Я прикажу лакею поставить там для тебя раскладную кровать.
Его брат поморщился, и он добавил:
– Ты же знаешь, здесь только две спальни, Картер; ты полагаешь, что миссис Смит, и я будем спать на полу? Если тебя не устраивает раскладная кровать, ты
Картер снова скривил рот, потянулся к бутылке и наполнил свой стакан.
– В таком случае мне определенно требуется выпить.
В гостиной графиня старалась всеми силами очаровать Лорен.
– Я вижу, что, увы, сегодня я займу вашу спальню. Разве вы поссорились с графом, что спите отдельно? C'est dommage.
– Конечно, нет, – невозмутимо ответила Лорен. Она ожидала этого. – Просто я люблю, чтобы было достаточно места, когда я одеваюсь. Но с удовольствием предоставлю вам возможность пользоваться моей комнатой.
– А-а, понимаю. Вы очень добры, как мне кажется. – Графиня изящно взмахнула веером. – Но если что-то будет не так с графом, если вы начнете надоедать ему или он вам, мы всегда сможем поменяться…
– Боюсь, я не понимаю, – вежливо сказала Лорен. – Поменяться чем?
– Я могла бы спать с графом, как в былые времена, а вы можете проводить ночи с его братом Картером. Он приятный джентльмен; я уверена, он вам подойдет.
Лорен была шокирована откровением графини. Стараясь сохранить самообладание, она проговорила:
– Вы с ума сошли! Разве женщины резиновые мячики, чтобы их перебрасывали от одного мужчины к другому?
– Думаю, всегда следует сохранять хладнокровие, – сказала графиня. – Это же ваша профессия, разве не так? Поэтому вам нетрудно будет найти нового любовника. Уверена, вы этим все время и занимаетесь.
– Вы ошибаетесь; это не моя профессия! – возмутилась Лорен. – И я этим не занимаюсь! – Она слишком поздно поняла, что именно такой она должна выглядеть в глазах окружающих. Слишком поздно, и это было очень плохо. Если графиня думала, что она прыгает в постель со всеми подряд, то Лорен больше не хотела притворяться. – А вы? – спросила она, с огромным усилием сохраняя спокойный тон.
Графиня рассмеялась звонким смехом, почти искренним.
– Увы, нет, ma cherie. Я только азартная любительница. Но l'amour – это игра, в которую мы все играем, когда можем, mais out? И если вы отпустите графа обратно в воду, я буду, счастлива, выловить его.
– Буду иметь это в виду, – сказала Лорен. – Но думаю, граф не безмозглая рыба, и он не позволит бросать его в ту воду, – возможно, недостаточно чистую для него, – где он не захочет плавать.
Графиня шумно вздохнула.
– Но стоило бы попытаться ради спортивного интереса.
Лорен подумала, что цинизм графини граничит с патологией, но она не могла обвинять ее, в графине было что-то
Ей захотелось спросить графиню, как долго они с графом были близки, и ее интересовало, почему они расстались. Очевидно, не потому, что этого хотела графиня. Но спрашивать было унизительно, и она придержала язык. К тому же в любую минуту должны были вернуться мужчины. Ей не хотелось, чтобы ее застали сплетничающей о графе – это было бы крайне дурным тоном.
Поэтому она предоставила графине болтать, обсуждая обстановку и каждую деталь этого маленького, но прекрасно отделанного охотничьего домика.
– Но он мог бы быть и побольше, – сказала она. – Какой смысл иметь такие хорошие деньги, если не пользоваться ими?
– Полагаю, что так, – сказала Лорен, почти не слушая ее. Она услышала мужские голоса, и в дверях появились граф с братом.
– Сыграем в карты, Саттон? – предложил Картер, войдя в комнату.
– Если хочешь, – равнодушно согласился граф.
– А я плохой игрок, – предупредила их Лорен. Граф выдвинул небольшой столик, и они расставили вокруг него четыре стула. Картер достал колоду карт и раздал их. Лорен чувствовала, что играет даже хуже, чем обычно. Присутствие незваных гостей мешало ей сосредоточиться. Она сидела слишком близко к камину и раз или два вынимала носовой платок и вытирала щеку. Опустив глаза, она увидела на нем инициалы Л.А.Х., аккуратно вышитые на уголке.
О Боже. Она торопливо скомкала тонкий батист в ладони и затолкала его в рукав, прежде чем кто-либо смог бы увидеть предательские инициалы. Ей следовало быть более осторожной. Теперь она уже совсем не могла сосредоточиться на картах.
В результате оказалось, что чаще выигрывали графиня с Картером. Но, к радости Лорен, игра вскоре прекратилась.
– Простите, – тихо сказала она графу, – я плохой партнер.
– Только в игре, – возразил он с многозначительной улыбкой.
Лорен глубоко вздохнула, пытаясь не покраснеть на глазах второй пары.
– Не выпить ли нам чаю перед тем, как отправиться спать?
– Это было бы приятно, – согласилась графиня. Проходя через комнату, Лорен проверила, на месте ли этот проклятый носовой платок, и не нащупала его. О нет! Неужели он выскользнул из ее рукава?
Она оглядела пол, но в эту минуту граф заметил на ковре скомканный платок.
– Чей это? – спросил он.
Лорен растерялась.
Но графиня оказалась быстрее.
– О, это мой, спасибо, дорогой мой Саттон! – И схватила платок, опередив графа.
Лорен на минуту отвернулась от них, дергая за сонетку, и надеялась, что граф не заметил ее смущения. Она не понимала, как это делают шпионы; она никогда не научится обманывать!
Когда они поднялись наверх, она извинилась и вернулась в свою спальню. Графиня уже переоделась в отделанную кружевами ночную рубашку, и горничная расчесывала ее темные волосы.