Обречённые. Том 1
Шрифт:
— Изменщики, падлы, суки! — стреляя по недавним «подданным» из автомата, орал «пурзидент». Когда магазин опустел, он швырнул автомат в толпу, и даже приготовился прыгнуть в бой… Но ещё раз грохнуло невидимое в смоге оружие, и здоровяк пошатнулся, рыча от боли и зажимая руками рану на животе. Гром раздался ещё дважды — и сперва правая, а потом левая голова брызнули сизыми ошмётками, будто упавшие на асфальт арбузы. Постояв, тело с глухим «бу-ум» рухнуло наземь.
Больше выстрелов не было. Не в кого стало стрелять: недавно наводившие ужас бандиты валялись в грязи,
Ученики обступили Мэтхена, кто-то уже грыз верёвки крепкими, острыми зубами, потом один из малолеток выдернул из тела Пахи Драчуна нож. Дело пошло быстрее.
— Э, клоуны, ну, кто тут главный?
Расталкивая мутантов, из тумана выплыла чья-то мощная фигура. Честное слово, мужик по комплекции мало уступал покойному Двуглавому. В мускулистых руках, словно тушью перечёркивая грудь, чернела крупнокалиберная снайперская винтовка. На глаз Мэтхен определить не мог, но отчего-то казалось, что калибр у неё миллиметров двенадцать, может, и больше. Длиной «пушка» была почти в рост мужчины. Теперь понятно, как пули сносили головы и отрывали конечности. Сурово, нечего сказать.
Поначалу Мэтхена поразила не снайпёрка, в конце концов, оружия он уже навидался. Здоровяк, в одиночку положивший пол-банды, был знаком. Да что там знаком… Эту мощную, тяжеловесную и всё же тигрино-грациозную фигуру он не спутал бы не с кем.
Это же невозможно!!! Как можно выжить, попав под очередь двадцатимиллиметровой пушки?! «Интересно, — подумал Мэтхен. — Узнает или нет?»
— А-а, Мэтхен? — ухмыльнулся Забойщик во все тридцать два зуба. — Жив, курилка?
— Ты-то как уцелел? — вместо того, чтобы сказать «спасибо», выпалил Мэтхен. — Я же видел, как тебя из пушки срубили…
— Послужил бы с моё, тоже бы научился ждать пакостей, — ухмыльнулся Забойщик. Хладнокровный расстрел нескольких человек никак не отягощал его совесть. Впрочем, если вспомнить, что это были за люди… — Я смекнул, что будут стрелять, когда пушку доворачивали. А дальше упал покрасивше, чтобы и под снаряды не попасть, и эти не стали добивать. Разок всё ж таки попали, да я… живучим оказался, ха! Поверили, хе-хе, даже когда в «штыковую» пошли, не тронули. Ну, а когда ты геройствовать стал, я под шумок и уполз.
— А пушку где достал? — указал на снайперскую винтовку Мэтхен.
— Паренёк один помог. Я с ним все окрестности облазил, до самого Барьера. Четыре мобсклада нашёл. Старьё, конечно, зато много его, и патронов завались. Я даже танк нашёл исправный. И граники есть, и ПТУРСы, и ПЗРК… Против современного добра — говно и хлам, но оно всё или на орбите, или на Луне. Против нас не бросят. Чести много.
— Погоди-ка, что происходит? — напрягся Мэтхен. — Ты с кем воевать собрался?
Ветеран снова зло оскалился. «Ну прямо бешеный волк!» — подумал
— Два глупых вопроса, парень. Мог бы сам догадаться. Что происходит? Эти ребятки — передовой отряд вторжения. Они должны всех перессорить, устроить гражданскую войну всех со всеми. А когда народишко, во-первых и передерётся, а во-вторых, соберётся большими кодлами, придёт черёд открытого вторжения. Войска на границе уже концентрируются. Повод найдут: например, в защиту мирных жителей, х-ха! А для этого используют выходки каких-нибудь отморозков и повесят на нас всех. С кем воевать? С ними, Эр, с ними. И воевать придётся. Если не хотите сдохнуть, как свиньи под ножом.
— Погоди-ка… — Мэтхен не мог поверить новостям. Неужто началось?! Ещё так много не сделано! По сути, он почти ничего не успел. — Ты что, против них драться станешь? Ты же военный вроде…
— Ага, — зыркнув на Мэтхена исподлобья, буркнул Забойщик. — Курт Ярцефф, последнее звание — капитан Корпуса специальных операций, к вашим услугам. Вот так-то, как за родину умереть, так всегда пожалуйста. А как наглого ублюдка на место поставить — так сразу под трибунал. Ладно, это всё лирика.
— А что не лирика?
— Не перебивай командира! Как я сказал, бандиты — только начало. Готовятся резервисты, тыловики. Техника старая, прошлого-позапрошлого веков, но местным, сам понимаешь, хватит выше крыши. А отсидеться больше не удастся никому: слишком велика группировка, чтобы это был простой рейд. Словом, надо сражаться.
— Как? И чем?
— Ну, про склады я сказал. А «как»… Ваш завод — идеальный опорный пункт. Там мы устроим им кровавую баню. Если, конечно, бойцы будут подготовлены и не трусить.
— Да кто ж их подготовит?
— Я. Давай, подсуетись и собери тут всех по новой. И кто будет отлынивать, скажи, пущу в расход. Понял?
— Да.
— Не «да», а «так точно», курсант Мэтхен!
Глава 6. Чистильщики
— Не спать, девочки! — орал капитан, которого, с лёгкой руки Мэтхена, все стали называть Забойщиком. Кличка приросла намертво, благо, полностью соответствовала владельцу. Капитан и правда начал с того, что показательно забил нескольких до полусмерти, двое вообще померли. Зато остальные осознали, что такое дисциплина, до самых тупых дошло, что неповиновение командиру — чревато. — Не растягиваться, мандавошки! Чистильщики вас перешмаляют, и не запыхаются даже!..
И верилось, верилось! Сам капитан был свеж и бодр после такой пробежки по развалинам, после которой остальные едва могли дышать. Раз за разом он специально отставал, чтобы отвесить пинка последнему, а если упадёт, добавить ещё. Потом с такой же лёгкостью, будто остальные бежали на месте, вырывался в голову колонны. Наконец, когда посельчане уже не только бежать, ползти не могли, начиналась «теория»: капитан показывал какое-нибудь устройство или оружие, и объяснял, для чего оно нужно, и как с ним обращаться. И горе тому, кто умудрялся заснуть.