Оболочка
Шрифт:
— Время отвечать.
— Время говорить.
— Любимица Торна.
— Ошибка Торна.
— Слышишь?
— Слышишь?
— Отвечай только правду, — вдруг шепнул Дэшшил и замер, уставившись в одну точку.
— Умный.
— Наученный.
— Знаешь, почему такой холодный?
— Виноватый.
— Виноватый.
Кира покосилась на него, начиная кое-что понимать, но Дэш лишь поджал губы и продолжил сверлить взглядом пространство.
— Задавайте уже свои вопросы.
— Расскажи
Растерявшись, Кира посмотрела на эвертов, но на их лицах читалось такое же недоумение.
— Эта… вторая. Я…
— Неправда!
— Неправда!
— Я не вру, — возмутилась Кира.
— Не врёшь.
— Но неправда.
— Как такое возможно?
— Вот ты и ответь.
Показалось, или в интонациях странников проскользнула ирония?
— Я помню только одну свою жизнь, — осторожно произнесла Кира и умолкла, ожидая реакции.
— Правда, — недовольно протянул один голос.
— Правда, — с грустью согласился второй.
— Нет других миров?
— Нет других путей?
— Я помню только одну свою жизнь, — упрямо повторила Кира и повернулась к эвертам. — Зачем им это?
— Ищут лазейки, — процедила Таруан. — Твои воспоминания могут…
— Тут мы спрашиваем! — взвизгнули призраки сотнями голосов, и Кира зажала уши, но даже так слышала этот мерзкий скрежещущий звук.
— Пустой старик! Пустой! Пустой!
— … стой… стой… стой… — разносилось по округе.
Истерика прекратилась через минуту. Странники смолкли и… будто даже исчезли. Сложно сказать, когда их изначально не было видно.
— О чём они? — тихонько уточнила Кира. — Почему пустой?
— Говорят, все они были магами, — ответил Дэшшил вместо Таруана. — Когда Торн начал отнимать у детей Сестёр силу, некоторые предпочли умереть, но не расставаться с нею. Вот и ушли в отражённый мир, став неупокоенными. Странниками.
Ясно. То есть это место — некая вариация лимба?
— Все они? — переспросила Кира. — Их же двое.
— Куда больше.
— Куда хуже.
— Куда лучше.
Проклятье. Не исчезли.
— Расскажи о том, что помнишь, — вновь запели странники.
— О первой жизни.
— О первом мире.
— Расскажи.
— И сможете поспать.
— Больше не будет вопросов.
— Больше не надо секретов.
Усталость и правда брала своё, так что уже даже факт беседы с призраками не впечатлял и не пугал. И Кира понимала, что остальные наверняка вымотались ещё сильнее, ведь, в отличие от неё, не сидели весь день без дела.
— Так не пойдёт, — решительно произнесла она. — Тот мир огромен. И жизнь была достаточно долгой. Ваше «расскажи»
Конечно, был вариант, что их сейчас просто вышвырнут обратно в рощу, наплевав на договорённость, но Кира почему-то в это не верила. Если странникам действительно настолько важны чужие секреты…
На мгновение всё стихло, и она ощутила себя мифическим Сфинксом, поставившим искателя сокровищ в тупик сложной загадкой. Хотя в данном случае отвечать придётся как раз ей…
— Хорошо.
— Хорошо.
— Забудь про мир.
— Секреты важнее.
— Первый вопрос.
— Первый.
— Ты веришь в Торна?
— Верю, — неожиданно для самой себя сказала Кира, хотя ещё несколько часов назад наверняка бы ответила отрицательно и не солгала.
— Верит. — В призрачных голосах вновь послышалось недовольство и даже раздражение. — Верит.
— Второй.
— Вернёшься домой, если поможем?
— Мы ведь знаем как.
— Мы ведь знаем.
Сердце дрогнуло.
«Неправда», — пронеслась мысль. Но ведь вопрос был в другом.
Если бы действительно нашёлся путь? Способ? Возможность?
Мама, отец, друзья, такая далёкая, далёкая жизнь. Сейчас, в этой пустыне, в окружении сказочных существ, после полугода без единого человека поблизости прошлое казалось сюрреалистичным сном, а не чем-то случившимся на самом деле.
— Я не знаю, — выдавила Кира.
— Так нельзя. Вернёшься?
— Не знаю.
— А здесь ты умрёшь, — вдруг зашипели голоса. — Наверняка.
— Мы видели.
— Мы помним.
— Вернёшься?
— Я не знаю!
— Умрёшь навсегда.
— Не как в прошлый раз.
— Навеки.
— Будет больно.
— Страшно.
— Вернёшься?
— Нет! — выкрикнула Кира и тут же зажала рот ладонью.
— Не вернётся, — вздохнули странники.
— Не вернётся, — вторило им эхо.
— Последний вопрос, — зашелестели голоса, не давая ей прийти в себя и осмыслить, в чём только что призналась.
— Последний.
— Почему?
— Почему не вернёшься?
— Потому что я дома, — еле слышно промолвила Кира без особых раздумий и медленно осела на песок. — Потому что не смогу.
— Не только, — возразили странники, и в этих размноженных словах ей почудилась насмешка.
— Не только.
— Я не…
— Там ты ни о ком не думала.
— Совсем ни о ком.
— Кроме себя.
— А теперь думаешь, да?
— Много думаешь.
— Часто.
— Глупости думаешь. Правда?
— Это вопрос? — скривилась Кира.