Обидный проигрыш

Феррайоло Дебора

Когда я заканчиваю, воцаряется тяжелое молчание.

— Не знаю, мне кажется, он просто хотел тебе помочь, — говорит наконец Зои.

Очередной укол. Но этот — другой. Тоньше, глубже. Наверное, это чувство вины.

— Серьезно? — парирую я, стараясь звучать саркастично. — Потому что мне показалось, что он меня осуждал.

Официант появляется в этот момент, словно видение, посланное богами эмоционального побега. Он расставляет перед нами тарелки. Я хватаю вилку, готовясь с головой уйти в пасту. Аня — единственная, кто пытается

питаться правильно, со своим лососем на пару и бурым рисом. Порции пенне с водкой у Зои хватило бы на целую семью, а мои спагетти карбонара — это просто способ поглотить запредельное количество сливок и бекона.

— Возможно, ты восприняла это в штыки, потому что тема для тебя болезненная? — предполагает Аня своим обычным мягким тоном, стараясь на цыпочках пройти по этому минному полю.

Если быть до конца честной, мы оба облажались. Картер — со своей манерой профессора университета, решившего преподать жизненный урок. Я — со своей импульсивностью, вечной защитной стойкой и иррациональным желанием ударить первой, прежде чем ударят меня.

Хоть я всё еще считаю, что его подход был холодным и осуждающим, должна признать: возможно, я перегнула палку. Не то чтобы я когда-нибудь призналась в этом вслух. Даже перед лучшими подругами.

Я пожимаю плечами, но по лицу Ани вижу — она знает правду. Она как живой детектор лжи.

— Вы с Картером разговаривали с тех пор? — спрашивает Зои, не отрываясь от тарелки.

Я удивлена, что Дэш ей еще всё не выболтал. Но, может, Картер никому ничего не сказал. Я достаточно его знаю, чтобы понимать, насколько он скрытный, и сомневаюсь, что он захочет делиться с Дорианом или кем-то еще позорными подробностями нашей ссоры.

— Он присылал сообщения, — признаюсь я, — но я ответила, что мне нужно пространство. К тому же, я была по уши в тренировках.

Между Дэшем, который заставил меня учить основы обязательных курсов, и безумным количеством запросов от клиентов, мой календарь просто взорвался. Это было изнурительно, но удобно. Отличный способ не думать о Картере.

Оглядываясь назад, мне стоило согласиться встретиться с ним до сегодняшнего вечера, чтобы поговорить до того, как мы окажемся в одной комнате с двадцатью людьми и открытым баром, празднуя скорую свадьбу моего брата. Но нет. Я закрылась в себе, пытаясь зализать раны в одиночку, и вот я здесь, с математической уверенностью, что это будет один из самых неловких вечеров в моей жизни.

— Хватит обо мне, — обрываю я, забирая последний кусок хлеба. — Как там у вас с Дэшем?

— Да, Зои, как оно? — улыбается Аня с тем самым заговорщицким видом, который дает мне понять, что я пропустила что-то грандиозное.

Щеки Зои заливает румянец. — Всё... хорошо.

— Да скажи ты ей уже, — подначивает Аня, накалывая кусочек лосося.

— Ну, в общем, на днях во время секса он мне... — Зои замолкает и делает глубокий вдох.

— Подарил лучший оргазм в её жизни, — заканчивает Аня

за неё.

Бум.

Вот оно, напоминание, которое мне было совсем не нужно. Прошло больше недели с тех пор, как у меня был секс. Я знаю, это не вечность, но... после Картера каждый день кажется эпохой. Хуже того: прошлым вечером у меня был оргазм во сне. Да, во сне. И, разумеется, мне снился он. Очевидно, некоторым частям меня плевать на то, как сильно я злюсь. Это еще одна причина, по которой я его избегаю: я знаю, что просто затащу его в постель вместо того, чтобы решать проблему.

И тут еще эта деталь, которую невозможно игнорировать: Картер сказал своему брату, что не хочет, чтобы я знала их родителей.

— Он позвал меня уехать с ним на следующий месяц, — говорит Зои. — Просто на выходные в Напу или типа того.

— Это круто! — восклицаю я. — Ты же согласилась?

— Да, но я немного на взводе. Всё идет слишком хорошо, понимаешь? У меня всегда такое чувство, что что-то может пойти не так.

Да. Я понимаю тебя слишком хорошо. Это чувство, которое заползает под кожу, когда дела кажутся идеальными. Будто вселенная затаила дыхание только для того, чтобы отвесить тебе пощечину секундой позже.

Я тоже это чувствовала.

И в итоге всё действительно пошло не так.

* * *

Ужин пролетел незаметно, и вот мы уже на улице, перед массивными деревянными дверями «On Tap».

Я чувствую себя объевшейся, взвинченной и слегка пьяной. Взрывоопасная смесь.

Когда Аня открывает дверь, меня как обухом по голове бьет мысль: телефон!

Шарю в сумке и... бинго. Его нет.

— Черт, я оставила телефон в машине. Аня, можно ключи? Сбегаю заберу.

Она оборачивается и смотрит на меня со скепсисом. — Ты уверена, что забыла его, или просто пытаешься оттянуть неизбежное?

Я пожимаю плечами. — Серьезно забыла. Кажется, он в подстаканнике.

Хотя, честно говоря, это отличный предлог, чтобы выиграть немного времени перед встречей с Картером. Аня бросает мне ключи, и я ловлю их на лету. Две минуты спустя телефон у меня в руках, и я стою одна у входа, рядом со стойкой хостес, пытаясь убедить себя присоединиться к вечеринке в глубине зала.

Не то чтобы у меня был выбор. Я не могу подвести брата и Холли.

— Лейла?

Голос, раздавшийся за спиной, мне слишком хорошо знаком...

Но это не Картер.

Да, я жалкая. Потому что на секунду какая-то часть меня надеялась, что это он.

Я оборачиваюсь, и стоит мне увидеть, кто передо мной, как сердце уходит в пятки.

Остин и Мелани. Рука в руке.

Серьезно, вселенная? Именно сегодня? Именно здесь?

Очевидно, они не знают, что это бар Картера и что я буду здесь. Так что да, это просто совпадение. Скверное, тошнотворное, жестокое совпадение.

Я задерживаю дыхание, пытаясь собрать по кусочкам свое достоинство, пока разглядываю их.