Обидный проигрыш
Шрифт:
Желание огреть его кием становится неконтролируемым.
Через несколько минут после конца второй партии он, наконец, исчезает, и я не теряю времени. Как только остальные отвлекаются, я пересекаю комнату и встаю перед Лейлой.
— Прости за это, — киваю в сторону бара.
Понятия не имею, почему я извиняюсь, ведь это я должен быть в ярости после её таинственного исчезновения тем утром.
Какого черта!
Лейла скрещивает ноги, создавая дистанцию между нами.
— О,
Меткий выпад, который, я знаю, заслужил.
— Судя по всему, ты тоже.
Она фыркает — смесь веселья и раздражения. Наверное, потому что я только что признал, сам того не желая, как сильно я ненавидел этот спектакль с Дэном.
— Разница в том, что Дэн не пришелец с улицы. Он здесь ради Дориана.
— Я должен был сразу её прогнать? — спрашиваю я. — Я просто пытался быть вежливым.
Лейла наклоняет голову, её розовые губы изгибаются в кривой усмешке. Из тех, что сулят неприятности.
— Если бы мне пришлось описать тебя одним словом, это определенно было бы слово «вежливый».
Это удар ниже пояса.
— Так кто это был? — продолжает она. — Дебра, Эбби... — она загибает воображаемые пальцы. — Или... как её зовут? Мэриан? Я не могу запомнить их всех...
Чёрт. Она права, и от этого отвечать еще труднее.
— Ни одна из них не важна, — парирую я, игнорируя неприятное чувство, ворочающееся в желудке.
Она разражается смехом, затем делает глоток своего вишневого напитка. — Они никогда не важны, — комментирует она с уверенностью человека, который уже всё понял.
А вот и нет. Ни хрена она не поняла.
— Ты важна, — слова вылетают прежде, чем я успеваю их остановить.
Лейла уставляется на меня с ошарашенным видом, не зная, что сказать.
У меня тоже кончились слова. И впервые с тех пор, как я её знаю, мы оба обезоружены.
Проходит несколько секунд, и никто из нас не произносит ни звука. Ситуация становится еще более неловкой, когда к нам подходит Дориан и приобнимает нас обоих за плечи, совершенно не подозревая о буре, бушующей между нами.
— Посмотрите-ка, два моих любимых человека впервые ведут себя прилично!
Меня накрывает чувство вины, потому что он и понятия не имеет, что было между мной и его сестренкой. Как бы сильно Дориан меня ни любил, я знаю, что он придет в ярость, если узнает. И я не смогу его винить, ведь мои намерения относительно Лейлы совсем не благородны.
— Считай это своим подарком на день рождения, — смеется Лейла, обнимая его. — И не привыкай слишком сильно, — добавляет она с лукавой улыбкой.
— Что бы это ни было, я принимаю, — говорит Дориан, пошатываясь.
Если бы он не вцепился в нас, уже валялся бы на полу. От него несет спиртным — гремучая смесь текилы и пива. Что неудивительно, учитывая, что Дэш и Уайатт поили его весь
И после этого люди называют «плохим другом» меня.
Подбегает Холли с обеспокоенным видом и руками на бедрах. — Тебе не следовало позволять Дэшу вливать в тебя столько текилы, — отчитывает она его, как измученная мать.
— Всё нор-р-рмально, — икает Дориан. Затем он высвобождается и заключает Холли в шаткие объятия, пока она борется за то, чтобы удержать его на ногах. — Всё так круто, ты потрясающая невеста, а вы, ребята, просто фантастические друзья.
Когда Дориан начинает изливать чувства, не угрожая при этом немедленно вырвать, понимаешь — он перебрал капитально. Это, и еще тот факт, что он начал фальшиво орать «You've Got A Friend In Me».
— Холли, думаю, пора везти его домой, — говорю я, повышая голос, чтобы перекричать восторженный припев Дориана.
Она кивает, глядя на него со сдержанной улыбкой. У неё такой вид, будто она разрывается между желанием отругать его и мыслью о том, какой он милый.
Дориан гладит её длинные черные волосы, бормоча о том, какие они красивые. Романтик, даже в разгар эпического похмелья. Даже моё ледяное сердце не может не признать, что это почти трогательно.
Лейла качает головой, глядя на него со смесью веселья и жалости. — Ты никогда не умел пить.
Честно говоря, если бы я выпил столько же, я бы тоже был в хлам. Вот почему я держался подальше каждый раз, когда они шли к бару за шотами.
Я не могу позволить себе потерять контроль. Не тогда, когда Лейла рядом. Мне нужно сохранять ясность ума, пока я пытаюсь разобраться в том, что у нас с ней происходит.
— Вас подвезти? — спрашиваю я Холли, мысленно молясь, чтобы она отказалась.
Холли качает головой. — Я не пила, так что сама за рулем. Я подозревала, что всё этим закончится.
Мудрое решение.
— Не могу поверить, что я старею. — Дориан закатывает глаза, затем его лицо принимает страдальческое выражение. — Тридцать два года — это много.
Я откашливаюсь, стараясь не звучать слишком раздраженно. — Мне тридцать два уже семь месяцев, друг.
Дориан смотрит на меня так, будто я только что сообщил ему, что Санта-Клауса не существует.
— Вот видишь! — восклицает он с выпученными глазами. — Мы оба старые. Когда это случилось?!
Лейла прикрывает рот, подавляя смех. Очевидно, она знает, что я совсем не в восторге от того, что меня называют старым. Особенно учитывая, что она на девять лет моложе меня.
Девять. Мать их. Лет.
— Тебя подвезти, Лейла? — спрашивает Холли, не подозревая о нашей тихой войне.
По какой-то причине я надеюсь, что она откажется.
— Ну, Зои уехала с Дэшем, так что, видимо, да, — она небрежно пожимает плечами и запускает пальцы в волосы. — Я должна была ехать с ней, — добавляет она.