Обидный проигрыш
Шрифт:
Я переспала с Картером. Один раз.
И вместо того чтобы выкинуть это из головы, его имя выжжено у меня в мозгу каленым железом.
Когда я прихожу к родителям, мама уже на кухне. Она напевает под нос, готовя бранч.
Запах поджаренного бекона и кофе смешивается со сладким ароматом теста для вафель.
Это должно было меня успокоить. Но не успокоило.
Я опираюсь локтем на черную гранитную столешницу и краду кусочек бекона с тарелки, затем листаю соцсети в телефоне, пытаясь отвлечься, но всё,
Три месяца назад у меня было 3,86 миллиона подписчиков. Были спонсоры, коллаборации, стабильное будущее.
А сейчас? Сейчас я лишь тень той, кем была раньше.
Мелани пустила всё по пизде.
Она скопировала контент у малоизвестной инфлюенсерши, её разоблачили, и я оказалась в самом центре скандала.
Быть блогером кажется фантастической работой, пока она не перестает ею быть.
Успех — это карточный домик. Достаточно дуновения ветра, и всё рушится. И самое худшее? Никакой страховочной сетки не существует.
— Как дела с работой, милая? — мама закрывает вафельницу, вытирает руки о клетчатый фартук и смотрит на меня с той типичной родительской тревогой, которая появляется, когда они видят, как ребенок отчаянно пытается собрать по кусочкам свою жизнь.
— Дела так себе.
Её лицо смягчается, и на миг я чувствую себя маленькой девочкой, которой нужно, чтобы её успокоили.
— Я уверена, что скоро всё наладится.
— Да, — отвечаю я, хотя сама в этом не очень-то уверена.
Если бы мне удалось создать качественный контент, я бы смогла вернуться в колею, но я переживаю по-настоящему фрустрирующий творческий кризис. Обновления выходят редко — и по частоте, и по смыслу, — и дело вовсе не в отсутствии стараний. Я хочу писать интересные посты, но стоит мне сесть за компьютер, как вдохновение испаряется.
В целом, я мало что успеваю. У меня висит девятьсот непрочитанных имейлов и еще пара десятков тех, что я открыла, но так и не ответила. Искушение удалить их все одним махом очень велико, но это было бы глупо, ведь мне нужна любая возможность или спонсорство.
Слышу, как скрипит дверь гаража. Трамп радостно лает и несется к входу, где Леди уже в ожидании. Они начинают поскуливать и скрестись — несмотря на свои размеры, ведут себя как щенки.
— Кажется, Дориан и папа вернулись. Ты уверена, что не хочешь, чтобы я помогла? — спрашиваю я маму в пятый раз. Я не асс в готовке, но инструкции выполнять умею.
Она качает головой: — Нет-нет. Иди присядь и расслабься.
Расслабиться. Конечно.
Легко сказать, когда у тебя есть бывшая подруга, разрушившая твою карьеру, и заклятый враг, подаривший тебе лучший оргазм в жизни.
На экране всплывает уведомление о новом сообщении в директ. Может, это предложение по работе или бренд, желающий сотрудничать?
Открываю и вижу, что оно от какого-то парня и… это очередное фото непотребства.
Потрясающе! Как раз
Удаляю сообщение и блокирую профиль со скоростью ниндзя.
Всё это — идеальная метафора моей нынешней жизни: разочаровывающе и полно нежелательных сюрпризов.
Вскоре Дориан и папа заходят в кухню, преследуемые вихрем шерсти и виляющих хвостов Леди и Трампа.
— Лала! — восклицает папа, крепко обнимая меня. От него пахнет солнцезащитным кремом и лосьоном после бритья — знакомое и родное сочетание.
— Как гольф? — спрашиваю я.
— Мне тебя не хватало на поле.
Я не особо сильна в игре, но, возможно, было бы лучше присоединиться к ним, чем идти в спортзал и натыкаться на Картера.
Он проводит рукой по своим светлым волосам, которые уже начинают седеть. — Твой брат начинает давать мне прикурить, — смеется он.
Это не сюрприз, учитывая, что встречи с клиентами на поле для гольфа — существенная часть работы Дориана.
Мама ставит на стол кувшин с ледяной водой и приглашает всех садиться. Я устраиваюсь рядом с братом и притягиваю миску с ягодами.
Леди и Трамп крутятся вокруг, вынюхивая пол, пока мама не приказывает им лечь. Они смотрят на нас печальными глазами, прежде чем отправиться к своим лежанкам у двери на патио.
— Что ты думаешь о предложении Дэша? — любопытствует Дориан.
На Новый год, до того как всё усложнилось с Картером, Дэш предложил мне получить фитнес-сертификат и стать инструктором в их зале. Кажется, у них трудности с поиском персонала.
Хотя оплата заманчивая, а идея забавная, предложение кажется мне скорее жестом жалости, чем искренней верой в мои способности.
— Не знаю. Не было времени подумать.
— Ты была бы великолепна, — утверждает Дориан, разрезая вафлю и поливая её кленовым сиропом. — У тебя подходящий характер.
— Я дам ответ на этой неделе.
Другой повод для беспокойства — сама сертификация. У меня всегда были трудности в школе, и я знаю, что путь к квалификации фитнес-тренера может быть довольно тернистым.
Часть меня боится, что я не справлюсь. Нужно разузнать получше, что включает в себя процесс, чтобы понимать, на что я подписываюсь и не обречена ли я на провал. Особенно если там замешаны расчеты — мой вечный камень преткновения.
Мы погружаемся в легкую болтовню, обсуждая новости родителей — они оба готовятся оставить свои напряженные карьеры ради полу-пенсии.
В семье, где отец — дерматолог, мать — адвокат по разводам, а старший брат — корпоративный юрист, я определенно чувствую себя неудачницей.
Затем разговор переходит на свадьбу.
— Ты рада быть частью большого дня Дориана и Холли? — улыбается мама.
Она в полном восторге и уже мечтает стать бабушкой.
— М-м-м… да, — я немного в замешательстве. Я всего лишь подружка невесты. Это важная роль, но не сказала бы, что она какая-то судьбоносная.
— Я ей еще ничего не предлагал, — вставляет Дориан.