Оазис грез
Шрифт:
– Но их было трое.
– Двое других не так важны, – Катя наклонилась. – Вы должны сказать мне, почему похитили Клео.
Пьер весь затрясся. Почему именно Клео, а не Катю? Джасмин поклялась, что с Клео ничего не случится.
– Пьер, вы должны ответить мне, – приставала к нему Катя. – Неужели вы не понимаете? Вас предали. Охотились-то ведь на меня, не правда ли?
– Нет, – прошептал Пьер.
– Теперь нет смысла лгать и дальше! – вскрикнула Катя. – Или кого-то выгораживать. Жертвой должна была стать я. Кто бы ни действовал с вами заодно, Пьер, он вам больше не верит.
На
– Вам не следует так вести себя из-за того, что вы меня опасаетесь, – бросила уходя Катя. – Теперь вам известно, кого вам надо опасаться.
Как только Катя вышла из больницы, ее злой гений, инспектор Хамзе, в отместку набросился на нее, подвергнул ее многочасовому допросу о том, что произошло в казино.
– Такие вещи случайно не происходят, мисс Мейзер, – заявил он. – Два человека погибли, одного похитили, несколько других ранены. Это произошло в вашем заведении, а все, что можете сказать вы – что-де не имеете представления, почему это произошло. Вы издеваетесь над здравым смыслом, мадемуазель!
– Кажется я сказала слишком мало, чтобы делать такие выводы! – заявила со своей стороны Катя. – Ни в мой адрес, ни в адрес казино не раздавались никакие угрозы. Насколько мне известно, никто не точит зуб на кого-либо из моих сотрудников. Ваше собственное расследование должно показать то же. Поэтому, инспектор, я спрашиваю вас, как знатока Бейрута, что же, черт возьми, по-вашему, произошло?
Хамзе покраснел от ее колючих слов.
– В моем городе нельзя считать нормальным положение, когда стреляют из автоматического оружия по невинным людям в общественном заведении, мисс Мейзер. Но опять же, здесь произошло столько необычного с тех пор, как вы сюда приехали, так ведь? Возможно, вы потянули сюда хвост своих проблем из Америки.
– Я рассказала вам все, что смогла, – парировала Катя. – Почему бы вам не сказать мне, что вы предпринимаете, чтобы найти Клео?
Хамзе задумчиво посмотрел на нее.
– Я не могу вам сказать больше, чем нам известно, мисс Мейзер. Вы можете поверить моему слову.
– Я не тот человек, который нуждается в вашем обещании, инспектор. В нем нуждается сама Клео.
Катя распорядилась, чтобы кассиры казино отложили миллион долларов наличными в качестве резерва. Она решила подготовиться на тот случай, если похитители предъявят условия для освобождения Клео. Не успела она закончить все эти приготовления, когда к ней позвонил человек, звонка от которого она никак не ожидала, – Набил Туфайли.
– Мне надо вас увидеть, мисс Мейзер, – сказал ей зуам. – По делу чрезвычайной важности.
– Мистер Туфайли. Уверена, вы понимаете, что сейчас не лучшее время, чтобы…
– Мисс Мейзер, мне хорошо известны ваши последние затруднения. Именно поэтому мы и должны встретиться. Более того, я настаиваю на такой встрече. Сегодня вечером, в десять часов, в моей канцелярии в «Арабо-американском банке», на Гранд-Корниш. Мои сотрудники проводят вас. И пожалуйста, приходите одна. Думаю, что когда вы услышите то, что мы хотим вам сказать, то оцените, почему нам лучше оказаться
Заинтригованная загадочным звонком Туфайли, Катя прибыла в высотный дом на набережной ровно в десять часов. Туфайли тоже был верен своему слову. Молчаливый человек в черном костюме пригласил ее в лифт, нажал самую верхнюю кнопку. Двери скоростного лифта открылись прямо в богато обставленной приемной, заполненной мебелью розового дерева скандинавского производства и художественными изделиями ремесленников Африки и Азии. Основная тема этого искусства, как сообразила Катя, были отличавшиеся особой величиной половые органы.
В центре зала на диванах и креслах устроились полукругом десять мужчин, включая самого Набила Туфайли. Катя узнала многих из них по фотографиям из газет и журналов. Ей были известны и их имена, и она припомнила, что о каждом из них говорил ей Арманд. Все они были зуамы.
– Благодарю вас за пунктуальность, мисс Мейзер, – поблагодарил ее Туфайли без всяких предисловий. Он показал на единственный стул, стоявший перед группой. – Разрешите предложить вам чаю?
Катя села и обратила свой взгляд на Туфайли.
– Не надо, спасибо.
– Очень хорошо. Думаю, что мы можем обойтись без нравоучений? Вам известно, кто мы такие.
– Да, конечно, мистер Туфайли.
– В таком случае разрешите мне объяснить вам причину, по которой мы попросили вас прийти сюда. Мисс Мейзер, бейрутцы больше всего ненавидят одну вещь – беспорядок. Наша земля процветает, потому что мы люди слова, если хотите, честные брокеры.
Одна бровь Кати приподнялась, но если Туфайли и заметил это, то не придал значения.
– С большим сожалением должен сообщить вам, что ваша деятельность в Бейруте, болезненные события и трагедии, возникшие вокруг вас, создали серьезную угрозу равновесию, которое мы так высоко ценим. Уверен, что все это произошло помимо вашей воли, но как бы там ни было, это произошло. Сочувствую вашей утрате и сознаю бремя, которое пало на ваши плечи. Но как бы все это ни было тяжело, мы не можем сидеть сложа руки и позволить вам погружать нас во все больший хаос.
Катя сжала кулаки, чтобы не сорваться. Но в этот момент ей надо было что-то сказать, хотя она и понимала, что если Туфайли прервет женщина, то он расценит это как недопустимую грубость.
– Видимо, вы хотите что-то мне посоветовать, мистер Туфайли?
– Действительно, хочу. До нас дошли сведения, что некоторые предложили очень щедрые условия продажи акций «СБМ» для общей публики.
– А почему вы считаете, что это просто не очередные слухи, мистер Туфайли? – резко спросила Катя.
– Потому что вы это не отрицаете. Но даже если бы и стали отрицать, это не имеет значения. Наши источники могут оказаться и не такими надежными, как нам того хотелось бы, но они всегда дают нам нужную информацию.
Как я уже сказал, это предложение открывает перед нами несколько вариантов действий. Приняв его, вы превратитесь в очень состоятельную женщину, значительно более богатую, чем в настоящее время. Знаю, что у вас происходило в последнее время, мисс Мейзер. Подумайте о всех прекрасных делах, которые вы смогли бы поддержать, возвратившись в Америку.