О любви

Гичко Екатерина

Первым делом Дарилла отыскала данный ей Рыжжей пузырь с мазью. Риалаш не стал противиться, когда она решила обработать его раны. Наоборот, слабо и сонно улыбнувшись, наг обмакнул пальцы в оранжевую густую жидкостью и что-то написал ею на щеке девушки. Увидевший это Доаш хмыкнул и сказал своему брату:

– Твои опасения, видимо, оправдались.

Но прежде, чем Миссэ успел посмотреть, что там, Риалаш аккуратно размазал написанное.

– Это чё такое?
– Ерха, присев рядом, кивнул на лекарство.
– И откуда?

Дарилла загадочно пожала плечами и с улыбкой

ответила:

– Не помню.

– Совсем не помнишь?
– засомневался старик.

– Совсем.

Одного взгляд на девушку хватало, чтобы понять: скрывает что-то. Но она и не старалась убедить друзей в том, что действительно ничего не помнит. Это выступление она оставит для оборотней.

Закончив с обработкой ран, Дарилла отдала наагасаха в руки Миссэ, а сама, прихватив свои вещи, направилась к ближайшим кустам в сопровождении Ерхи. Пока старик стоял на стрёме, она быстренько переоделась и натянула на ноги одолженные у Низкана яркие сапоги.

– Точно брат и сестра, - ворчал Ерха, рассматривая ноги Дариллы.
– Даже стопа одной длины.

– И ничего не одной, - откликнулась девушка, едва не потеряв сапог.

Риалаш тоже успел с помощью Миссэ переодеться и даже причесаться. Братья-наги, посоветовавшись, порекомендовали наагасаху пока не оборачивать хвост ногами. Больно уж проплешины на чешуе обширны. Неизвестно ещё, как они на ногах отразятся. Поэтому наследник полулежал-полусидел, привалившись спиной к двум возложенным друг на друга сёдлам и расстелив свой длинный хвост вокруг костра. Миссэ пробовал выпрямить конечность, но стоило сонному наагасаху прикрыть глаза, как хвост сам собой тянулся к теплу.

Дарилла подсела к наследнику, с беспокойством осматриваясь. Лагерь оборотней жил шумной жизнью. Раздавалось очень много голосов, кто-то постоянно бегал, а из дальней части лагеря доносились крики боли и сочные ругательства. Ерха, который, как всегда, всё успел узнать, сообщил, что там держат пленных разбойников.

– Эт не самые явные лиходеи, - добавил он.
– Ишо разбираться будут, в чём их вина. А известных злодеев господин Ранхаш велел сразу же вешать. У него не забалуешься! Он всех этих душегубов поимённо знает. Как посмотрит в лицо, помолчит мгновеньице и выдаст: «Банкарий из Новандаша. Повесить». И так, посчитай, с каждым. Раз на двадцатый тока кому-то везёт и он не узнанным остаётся. Сейчас там их, правда, много скопилось. Ну ничаво, раз господин Ранхаш в себя пришёл, то недолго и им осталось.

Зябко поведя плечами, Дарилла решила, что точно не хочет ничего говорить этому оборотню. Мало ли что он решит насчёт жителей Гава-Ыйских болот.

Сам господин Ранхаш прибыл только после полудня. Его приближение было заметно издали. Двое дюжих оборотней несли самодельные носилки, на которых возлежал командующий, а рядом быстро шёл раздражённый мужчина с полностью седой головой.

– Господин, вам нужно отдыхать!
– возмущался седовласый.
– Вы вредите себе. Вы вообще понимаете, что едва ноги не лишились? Вам сейчас просто необходимо быть осторожным, иначе вы хромым на всю жизнь останетесь!

Но его возмущение было проигнорировано.

Вялый

и сонный Риалаш мгновенно проснулся и подобрался. Дарилла почувствовала сильную ладонь на своей талии и, обернувшись к нагу, ободряюще ему улыбнулась. Но он даже не обратил на это внимания, продолжая пристально наблюдать за приближением процессии.

Носилки были опущены напротив Риалаша и Дариллы, и они наконец смогли рассмотреть мужчину, лежащего в них. Красавчиком назвать его было нельзя, по крайней мере, именно в этот момент. Кожа имела болезненный серый оттенок, щёки ввалились, а длинные серебристые волосы казались тусклыми и безжизненными. Но какой решимостью горели его жёлтые глаза!

Серовато-бледный оборотень приподнялся на локтях и попытался сесть в носилках, но по его лицу прошла судорога боли, и он был вынужден остаться на месте.

– Господин!
– с укором протянул седовласый оборотень.

– Это господин Ранхаш Вотый, - прошептал Миссэ Риалашу.

Наагасах чуть удивлённо приподнял брови - какой всё-таки род Вотых плодовитый и как его представители похожи друг на друга - и осторожно кивнул. Дарилла прижалась к боку нага, неприятно поражённая взглядом оборотня. Жёлтый цвет ей всегда казался очень тёплым, но глаза господина Ранхаша были по-настоящему ледяными. При этом они лихорадочно блестели и казались обжигающими, но это был обжигающе холодный лёд.

– Поздравляю с удачным возвращением, - произнёс командующий, но его мрачный вид навевал подозрения в неискренности.
– Мне нужны ответы на некоторые вопросы.

Риалаш не смог сдержать улыбку. Ему всегда очень нравились такие прямые и решительные люди. Маму напоминали. А вот Дарилла напряглась ещё больше.

– Я буду рад ответить, - спокойно и немного хрипло протянул наагасах.
– Миссэ мне передал, что уже известил вас о цели нашего путешествия. Если вы хотите спросить меня о том же, то мне совершенно нечего добавить.

– Подтверждение слов вашего слуги от вас мне не требуется, - немного резко ответил оборотень. Возникло ощущение, что его что-то беспокоит.
– Я написал консеру Хешу ещё два дня назад, и сегодня прибыл пернатый посланник от него. Дед всё подтвердил и велел позаботиться о вас. Меня же интересует, что произошло с вами на болотах.

Миссэ едва сдержал вздох облегчения, когда услышал про послание от консера Хеша. Теперь можно не опасаться какой-нибудь каверзы от господина Ранхаша. Расслабленно улыбнувшись, наг уставился на наагасаха, желая тоже узнать, что произошло на болотах.

– На нас напала какая-то тварь, когда мы искали своих друзей, - спокойно ответил Риалаш, незаметно поглаживая напряжённую Дариллу по бедру.
– Я помню бой, но вот дальше...
– он грустно вздохнул.
– Видимо, тварь та была ядовита, и я, искупавшись в её соках, просто потерял сознание. В голове мелькают какие-то обрывки, но я не могу составить из них целостную картину.

– А ваша невеста?
– требовательно спросил Ранхаш.

– Жена, - мягко поправил Риалаш.

Миссэ и Доаш обменялись многозначительными взглядами, а Ерха прищурился.