Новый Мир
Шрифт:
От внимания Сталина не ускользнула мгновенная тень неудовольствия, затенившая лицо Жукова. Похоже, на этот раз разведка НКВД опередила военных.
– Прежде всего, - продолжал Берия, - Кабинет министров продолжает работу в прежнем порядке, но у англичан есть "Королевский тайный совет", что-то вроде заповедника для престарелых чиновников высокого ранга. В его рамках Елизавета вводит временный институт "Собрания доверенных советников Ее величества". Формально, она просто время от времени собирается с особо приближенными лицами обсудить некоторые вопросы. По сути, это что-то вроде нашей Ставки - собрание самых
Берия сделал паузу, перевел дух, отпил из стакана глоток воды.
– Армия, - продолжил он.
– Теперь управляется Армейским Советом под управлением государственного министра обороны. Если совсем точно, Совет наконец становится по-настоящему действующим органом. Королевский Флот под управлением государственного министра военно-морского флота. Военно-воздушные силы - Министерство авиации, соответственно под госминистром авиации. Все это вместе объединено через Комитет оборонительных сил Метрополии. Как говорят англичане, "в воздухе носится идея" присоединить к этой тройке военминистерств еще и МВД. Чтобы оно контролировало обеспечение бесперебойной работы всех коммуникаций, транспорта и организации наземной ПВО. Это в том случае, если налеты наших ВВС окажутся болезненнее ожидаемого. Вопросы снабжения передаются военным департаментам, а Имперский генеральный штаб фактически воссоздается заново, на этот раз как орган планирования и организации. В то время как ранее он исполнял главным образом задачи квартирмейместера. Таким образом, Черчилль теперь будет первым советником Елизаветы, лордом-президентом тайного совета и председателем Комитета оборонительных сил.
– Сколько времени у них это займет, какие шансы на успешную реорганизацию?
– спросил Сталин.
– Сама реорганизация - не менее полугода. Англичане полностью переписывают всю структуру управления войной и военным производством. Смело, но рискованно. Основные циркуляры уже изданы и разосланы по адресатам, но впереди у них огромная работа.
– И, насколько я понимаю, - эти полгода англичане беззащитны перед вторжением с суши, - пробасил Жуков, отчаянно борясь с желанием чихнуть.
– Да, примерно так, - вступил в разговор Апанасенко.
– Но воспользоваться этой паузой мы все равно не сможем.
Взоры всех присутствующих обратились на него. Это было первое заседание у Сталина, на котором заместитель начальника генерального штаба присутствовал один, без непосредственного руководителя. Но здоровье Шапошникова резко ухудшилось, и НачГШ поселился в своем ведомстве, выезжая только по личному вызову Вождя для решения самых важных задач. Поэтому сегодняшняя встреча было помимо прочего еще и проверкой самостоятельности и возможного будущего рулевого ГенШтаба.
– Система противовоздушной обороны собственно Острова оставлена без изменений, - продолжил Апанасенко.
– она работает и показывает хорошую эффективность. Кроме того, их Бивербрук добился очень неплохих успехов по увеличению выпуска истребителей. Без завоевания полного господства в
Товарищ Берия, какие данные по организации сухопутных сил обороны?
– сухо спросил Сталин.
– Противоречивые…
Берия на глазах терял самоуверенность.
– Сейчас сухопутной армии у них как таковой нет. Есть сборище разрозненных частей, которые спешно эвакуировались, бросая технику и имущество. Мы знаем, что есть некие планы по такой же масштабной реорганизации, но никаких подробностей узнать не удалось. Пока не удалось. По-видимому, англичане и сами колеблются с выбором окончательной формы.
– Что скажет военная разведка, - Сталин устремил немигающий взгляд на Жукова.
– Точно так же, - честно ответил нарком.
Сталин отстучал короткую дробь пальцами правой руки по краю стола - признак раздражения и недовольства.
– Скверно, товарищи, скверно… Как идет работа по планированию собственно операции?
– вежливо спросил он, наконец.
Но Апанасенко не обманулся кажущейся мягкостью Генерального Секретаря. Это был ключевой вопрос, ради которого и собрался узкий круг приглашенных. Теперь каждое его слово могло приблизить к вершине карьеры. Или отодвинуть очень надолго, если не навсегда.
– В настоящее время определены основные контуры и цели операции, идет примерный подсчет сил необходимых для ее проведения.
– Медленно, - сказал Сталин с неопределенной интонацией, то ли отмечая факт, то ли высказывая неодобрение.
– Мы работаем круглосуточно, - ответил Апанасенко, - но работа очень сложная. Каждый новый момент нужно согласовать с немцами, притом строго секретно. А если возникает спорный момент, согласования сильно затягиваются. Много времени отнял выбор основной идеи - действовать от обороны или наступления.
– Подробнее, пожалуйста, - попросил Сталин.
Жуков, как ни крепился, все же громоподобно чихнул. Все терпеливо ждали, пока нарком смахнет с глаз выступившие слезы.
Апанасенко воодушевился, планирование было его давней любовью. Даже на Дальнем Востоке, самой "горячей" точке страны, он не столько напрямую руководил боевыми действиями, сколько считал, чертил и учитывал, давая подчиненным четкие планы и указания благодаря которым победа казалось сама шла в руки. Его таланты прирожденного штабиста не остались без внимания.
– Что здесь нужно учитывать, - ровно и бодро начал он, - стоящая перед нами задача не имеет готовых шаблонов, которые мы могли бы использовать. Основные элементы, которые мы должны учитывать - невозможность перебросить на другой берег максимум возможных сил, не хватит плавсредств. А так же неизбежное появление у зоны высадки английского флота. Таким образом, нам нужно обеспечить три вещи. Первое - подавить авиацию англичан. Второе - обеспечить постоянную поддержку с воздуха наших соединений, в том числе и в вопросах снабжения. Третье - любой ценой и любыми средствами нейтрализовать английский флот, когда он двинется к месту высадки. С авиацией и флотом более-менее понятно, это вопросы решенные и утвержденные. Поэтому главной проблемой становится планирование действий десанта. Здесь есть две основные мысли.