Новобранец
Шрифт:
Здесь все выглядело по-другому. Как на другой планете.
Три десятка домов с маленькими окнами и не запирающимися дверями. Смысла запирать такие двери не было никакого: они слетали с петель от одного хорошего удара ногой. Ну, от двух. Поля стояли открытые всем ветрам и любым случайностям. Град, засуха, пожар, саранча, набег троллей — что угодно могло погубить их.
И защиты от этого нет.
— Как же они живут? — спросил Денис у своего спутника.
Арилье правил лошадью, Денис сидел на краю телеги, свесив ноги. Специфический груз в высоких
— Кто живет? — переспросил Арилье.
Справа побежала рощица, слева потянулось поле. Шмели жужжали над ним так громко, словно вся вселенная принадлежала им.
— Ну, крестьяне. — Денис показал на деревню, видневшуюся впереди на холме.
— А что тебе непонятно? — удивился Арилье.
— Что заставляет человека вот так подставляться? — попытался уточнить Денис.
— Объясни. — Арилье оглянулся и глянул на приятеля.
Денис сосредоточенно думал, подбирая слова. Очевидно, вид мучительно соображающего Дениса, насмешил эльфа, потому что веселая ухмылка приподняла уголки его рта. Впрочем, от комментариев Арилье благоразумно воздержался.
— Ну, они так от многого зависят… Неурожаи там, голод, враги… Получается, что они выживают только чудом. Почему же они не бросят все и не уйдут?
— Их жизнь не так ужасна, как тебе представляется, — серьезно ответил Арилье. — Я, правда, немногое о ней знаю…
Он задумался о своем, а Денис вдруг попытался представить себе детство своего друга. Каким он был? Какими вообще бывают дети-эльфы? Вообразить себе беременную эльфийку он мог, а новорожденного эльфа — нет. И мальчишку эльфа — тоже нет. Разве что нечто вроде мультяшного Питера Пэна…
Наконец Денис спросил:
— А где ты вырос?
Арилье глянул на друга, улыбнулся.
— Мой народ — воины и кочевники. Мы живем в лесах. Далеко отсюда. Немногие остаются дома. Большинство из тех, кто живет на прежнем месте, — не те, кто остался, а те, кто вернулся. Может быть, и я когда-нибудь вернусь…
— Я хотел бы посмотреть на те края, — серьезно сказал Денис.
— Увидишь, — ответил Арилье.
— Правда?
— Я не шучу. Рано или поздно мы с тобой там побываем.
— Интересно, — сказал Денис. И больше не проронил ни слова: думал об эльфийских лесах и о том, что когда-нибудь окажется там. Эльфы добры, но надменны: для того, чтобы они всерьез воспринимали человека, нужно быть по меньшей мере супергероем. Так что, может быть, и не стоит торопиться там побывать.
В деревне посланцев из замка ждали. Местные крестьяне, как отметил Денис,
Один из них вышел вперед. Арилье натянул поводья.
— Привет посланникам замка! — проговорил крестьянин. Он прищурился, взглянул на возницу. — Никак, сам Арилье пожаловал?
— Это я, — сказал Арилье, бросая поводья и спрыгивая на землю. — Неужто ты не забыл меня, Хамтун?
— Тебя, пожалуй, забудешь!.. — Хамтун негромко рассмеялся и мельком глянул в сторону Дениса. — А это кто с тобой?
— Мой друг, — ответил Арилье. — Денис. Он — менестрель. Мы встретились на поле боя.
На миг лицо Хамтуна омрачилось, словно ему неприятно было слышать о «поле боя», но только на миг. Вскоре он снова улыбался как ни в чем не бывало.
— Что ж, — сказал Хамтун, посмеиваясь, — может быть, не все в этой деревне будут счастливы видеть Арилье, да еще не одного, а с приятелем-менестрелем, но я — точно рад вам обоим. Закончите грузить навоз — заходите ко мне выпить меда.
— Ага, — сказал Арилье. — Насчет выпить мы всегда готовы. Правда, Денис? Мы и сюда-то попали только потому, что кое-кто слишком увлекается выпивкой… Так увлекается, что даже забирается в закрытые винные погреба.
Денис зашипел сквозь зубы. Арилье и его деревенский знакомец дружно рассмеялись.
— Зачем ты ему это сказал? — сердито спросил Денис у эльфа, когда они остались наедине.
— Берись за корзину, — откликнулся Арилье. — Будем болтать — застрянем в навозе до ночи.
— Я тебя спрашиваю, зачем ты всем и каждому рассказываешь про мой дурацкий набег на винный погреб? — повторил Денис. — Это обидно, в конце концов!
— Да? — Арилье выглядел по-настоящему удивленным. — А я почему-то считал, что тебе это льстит.
— Чего уж тут лестного: забрался, куда не следует, чтобы спереть пива… Да еще попался так глупо. Это ведь ты все подстроил.
— Ничего, подобные приключения весьма украшают воспоминания о юности. Представляешь, будешь ты таким, как господин Эахельван, с трясущейся головой, подслеповатыми глазками и выпавшей челюстью… Кругом — внучата и правнучата. «И вот, детки, — зашамкаешь ты, — был такой смешной случай, когда я забрался в винный погреб…»
— Заткнись! — рявкнул Денис.
Арилье едва не выронил корзину.
— Что с тобой?
— Да то! — выкрикнул Денис. — Например, то, что когда я стану похож на господина Эахельвана, ты по-прежнему будешь молод и прекрасен.
— Ревнуешь? — прищурился Арилье.
— Дурак.
Остаток работы они проделали молча. Арилье поглядывал на Дениса и, очевидно, не без сокрушения думал о том, что, кажется, перегнул палку. А Денису было одиноко, как никогда в жизни.
Когда последняя корзина перекочевала с телеги под специальный навес, Арилье сказал примирительно: