НоуНейм

Ренкас Евгений

– А вы тут какими судьбами? Отдыхаете? – продолжил движение по лезвию ножа не отошедший от первого шока молодой человек.

– Да, судя по всему, в компании ещё одного знакомого твоего папы, – приобняла меня мастерица ставить окружающих в неловкое положение.

Надо было как-то спасать игорное заведение от присутствия моей глумливой подруги, и я повлёк её на улицу, галантно обхватив за талию:

– Марина Андреевна, припозднились мы, поедемте!

Дождь заканчивался. Асфальтовая гладь парковки отражала рекламные огни казино. Город

всё ещё не избавился от летнего ощущения расслабленности. Пока мы шли до машины, Марина взяла меня под руку:

– Помнишь, как ко мне в институт на День первокурсника приперся, а потом провожал в такую же погоду?

– Да. Ты как раз меня то ли до этого дня, то ли после бросила первый раз.

– Всё не так было!

– Как скажешь. Кстати, а каким боком Гриша к тебе и областной прокуратуре отношение имеет? Он же следак вроде, в райотделе.

– Дело одно объединили, нам передали, много эпизодов, сложно там всё, короче… Приходится и с Григорием плотно общаться, – со мной заговорил профессионал, обязанный не разглашать деталей свой текущей работы.

– И как он тебе?

– Симпотный.

– Ты ему в бабушки годишься, я не про твою неконтролируемую похоть сейчас спрашиваю.

– Специалист он хороший. Хоть в прокуратуру забирай, но ментов к нам не берут почти. – Марина села в машину.

– Поговорила бы ты с ним. А то пропадёт тут. – Двигатель автомобиля завелся, но уезжать почему-то не хотелось.

– Играет много?

– Заигрался уже. Слишком много я таких видел.

– А ты у меня типа не такой? – Маринина ладонь легла мне на шею.

Я кивнул в ответ и газанул в сторону выезда с парковки.

«Турбазой» знакомого Султана оказался гостинично-развлекательный комплекс, недавно отстроенный в сосновом лесу. Срубовые и каменные дома упорядоченно-хаотично располагались вокруг нескольких искусственных прудов, соединенных протоками. Два отдельно стоят их здания предлагали отдыхают им развлечения на любой вкус.

Спа-центр с крытым бассейном почти олимпийской дистанции и разнообразными банями, саунами, массажными кабинетам и спортивным залом соседствовал с корпусом, ориентированным на досуг менее притязательных гостей. Биллиардная, двухуровневый ресторан, совмещенный с холлом, где проводились культурно-массовые мероприятия, детская зона с целым городком для развлечения самых маленьких постояльцев занимали четыре этажа другого строения, спроектированного так, чтобы не нарушать гармонии местного пейзажа.

Срок окупаемости подобного предприятия лежал явно за пределами двадцать первого столетия. Всё это великолепие было ещё в новинку для жителей огромного, но провинциального города, раскинувшегося на берегах большой русской реки.

Я проехал через поднятый шлагбаум пропускного пункта «турбазы». Француз инструктировал двух дилеров, сидящих на заднем сидении:

– Вся ваша работа сегодня – не ошибаться, молчать и улыбаться.

– Я по-другому и не умею, – равнодушно согласился Василий.

– И ты, Лизонька, задницей

там не крути особо. Не за это половину своей месячной зарплаты за одну ночь получишь.

Заглушив машину на стоянке комплекса, я дождался, пока старые знакомые из персонала казино покинут автомобиль, и спросил у задержавшегося Лёхи:

– А ты чё именно их-то для сегодняшней игры выбрал?

– Доктор мне за небольшую благодарность посоветовал. Самые сообразительные и трепаться не будут. Ну и у него под присмотром.

С пропускного пункта подошел охранник:

– Леонид Владимирович просил вас проводить.

Окруженная соснами аллея, близость воды, дым от мангалов и вечерние сумерки уносили меня куда-то совсем далеко от предстоят ей, довольно муторной работёнки. Мы прошли рестораны и холл, больше походивший сейчас на ночной клуб, заполненный музыкой, и поднялись на четвертый этаж, отведенный собственником комплекса под личные нужды.

Сам владелец, разносторонний человек, ждал нас в салоне с высоким сводчатым потолком и витражным остеклением, где находилось сразу три стола – для настольного тенниса, биллиардный и покерный. Прервав разговор с двумя незнакомыми мне людьми, он занялся нашей маленькой группой:

– Пусть ребята пока приготовятся. – Хозяин сегодняшнего вечера указал дилерам в сторону дивана перед тумбочкой с кейсом для фишек и запечатанными колодами карт.

– Алексей, рад видеть тебя и твоего… партнера, в хорошем, конечно же, смысле этого слова, – задал непринужденный тон общения мужчина в годах, внешне напоминавший остепенившегося скинхеда, не забросившего походы в подвальную качалку со штангами, сваренными из радиаторных батарей.

Леонид Владимирович старался по возможности избегать публичности. Однако его интересы зачастую становились поводом журналистских публикаций и давали богатую почву для анализа экономическим экспертам и политтехнологам. Переключив внимание на меня, он счёл нужным представиться:

– Леонид, – и, закрепив знакомство рукопожатием, пустил разговор в неожиданное русло. – Я немного удивился, когда Алексей сообщил, кто составит нам компанию. У вас довольно редкая фамилия. Такая же была у моего научного руководителя в аспирантуре.

– Вы, скорее всего, имеете в виду моего деда. Правда, я об этом ничего не слышал.

– Очень принципиальный был человек, многому научил. Но научная стезя после крушения Союза обесценилась, и мне пришлось заняться более приземленными делами.

Наивно ожидать всплесков сентиментальности от подобного деятеля, он всего лишь проверял, настолько ли я глуп, чтобы скрывать очевидное, оказавшись в его обществе. И наверняка полностью «пробил» гостя перед тем, как допустить к аспектам своей личной жизни. Значит, прекрасно осведомлен о моей биографии.

Крупный предприниматель снова обратился к Французу, подтверждая поговорку, что любой город – это большая деревня, где все друг друга знают:

– Как там Анатолий Николаевич поживает?